совокупное население обоих городов превышает половину населения планеты, дело сделали важное, встречу провели успешно.
— Вот так примерно ведется политика на взятых под контроль территориях, — сообщил я своим примерным слушателям, изо всех сил старающихся публично не зевать, за что им всем большая моя признательность.
— По-моему, много им чести, — с искренним возмущением выпалил Пик. — Вам было бы достаточно приказать! По праву силы и происхождения.
— А всех недовольных в расход, — произнес я, глядя не на Пика, он просто идиот, ему уже ничего не поможет, а на Батыя.
Батый только криво усмехнулся, но тему не поддержал. Уже прогресс.
— Можно представить человеку бластер к голове, — произнес я. — И целиком подчинить его своей воле. Но так вот с бластером у его головы вам и придется жить дальше. Даже в сортир отводить. Не самая эффективная комбинация.
— Есть способы и позатейливее, — буркнул Батый.
— Конечно есть, — ответил я. — Если относится к людям, как к скоту, то всегда можно обосновать способы поэффективннее. Но если люди скот, то эти способы разрешены и к вам, не так ли?
— Да вот ещё, — буркнул Батый. — Не посмеют. Кто я, а кто они?
— Отчего же не посмеют? — удивился я. — Ещё как посмеют, рано или поздно. И, кстати, кто ты, Батый? Неужто ты перерос нас всех и теперь являешься представителем более высокого вида, чем бы он ни был? Ты уже не человек?
— Я человек, конечно, — мрачно отозвался Батый. — Но им я не ровня.
Он ткнул пальцем себе под ноги, туда, где находилась планета относительно моего салона для аудиенций.
— Они тоже граждане империи, — мягко произнес я. — По крайней мере, снова ими будут. Империи людей. И они люди. А нелюди — они там.
Я ткнул пальцем в наискось в потолок, в примерном направлении Ордынского Трека, пути, по которому двигалась по галактике Орда вглубь населенных людьми областей.
— И они уж точно считают нас скотом, с которым все средства хороши, — добавил я. — Если хоть что-то считают.
Батый мялся, пыжился, но достойного ответа, видать, родить не мог и сам это понимал. И промолчал. Плюсик в карму. Мы еще сделаем из тебя человека, на страх врагам, Батый Угэдеевич!
— Ладно, господа, — произнес я. — На этом урок наглядной политологической антропологии закончен. Можете разойтись. Расписание своих вахт, вы получите от Октавии в течении часа.
Практиканты единым гласом застонали, но я только усмехнулся в ответ. Служба есть служба и я вас, господа, служить научу.
Так и началась наша осадная рутина. В космосе не происходило ровным счетом ничего важного.
Города под лифтами получили займ от нашего Флотского банка Герберы и начали торговлю на нашей бирже. К Войпелю потянулись корабли с продовольствием, а обратно к Гербере с товарами военного назначения со складов Мастеров Никто. Мы их досматривали конечно, но ничего особенного не нашли.
«Принц Евгений» посильно ремонтировался и был уже приведен в более-менее рабочее состояние, по крайней мере мог уже сам за себя постоять. Но половина отсеков и часть важных систем были неисправны, окочательное восстановление корабль пройдет уже только на орбитальных верфях Гиацинта.
А еще «Принц Евгений» остался уверен, что у него на борту кто-то чужой.
— Я вот прям чувствую, как кто-то там лазает у меня внутри. — жаловался мне героический орденоносный крейсер.
— Камеры его зафиксировали? — поинтересовался я.
— Нет… — уныло отозвался Евгений.
— Н-да, — задумчиво отозвался я.
Прям и непонятно так сразу, что делать в такой ситуации. Что ли, собрать уже откровенно скучающих практикантов и устроить веселую облаву на «Евгении» с криками, гиканьем и переломанными ногами, или, может, отправить Евгения к Октавии, явный пост-травматический синдром заласкать? Блин…
Короче, я обещал подумать.
На грунте тем временем мы практически беспрепятственно расширили зону нашего контроля до городов спутников, восстановив некоторое снабжение на контролируемой нами территории. На этом всё, возможный предел при нашей численности был успешно достигнут. Ещё сильнее растягивать ряды войск, чем боец на километр фронта, я не мог, не собирался нарываться. Я здесь чтобы побеждать, а не превозмогать.
В наши вспомогательные силы народ записывался не спеша, но пару подразделений я сформировать смог, для удержания одного из второстепенных направлений. И то хлеб…
Очевидно, боевые действия уже пришли в стадию, когда противоборствующие силы готовы, утерев юшку, малость поговорить.
Я пригласил к себе Андрона и попросил организовать мне разговор с Криоангелом.
— Ты наверняка знаешь какие-нибудь тайные каналы связи через свою строительную мафию, — сказал я ему. — Давай, покажи класс.
— Будет сделано, — невозмутимо отозвался Андрон.
И он мне этот разговор организовал что характерно, трех дней не прошло. Очень оперативно.
— Крионагел на линии, — доложила Октавия, когда я медитировал на полюбившейся мне галерее с видом на космическую войну.
И, конечно, я немедленно подключился.
— Рад видеть вас в добром здравии, генерал, — усмехнулся я, увидев Криоангела в грязном болотном камуфляже.
— Не ожидал услышать вас так скоро, граф Александр, — произнес Криоангел в ответ. — Уже сдаетесь?
Вот же приколист записной.
— Не торопитесь, любезный, — усмехнулся я. — Мы только начали разогреваться.
— Если не поторопитесь — так и остыть можно совсем, — парировал Криоангел. — О чём же вы тогда желаете поговорить?
— Надеюсь, эта маленькая заварушка не встанет между нами, когда придет время, — усмехнулся я. — Мы довольно неплохо понимаем друг друга. Я вижу в этом плюсы. Войпель не последняя планета на свете, можно за неё так не цепляться. Или вас кто-то обязывает сражаться?
Это я так ненавязчиво намекнул на какие-нибудь очень серьёзные силы, покровительствующие «Мастерам Никто». Ну, так, на всякий случай — вдруг проговориться? Но он и бровью не повёл.
— Уговариваете меня сдаться? А вы коварный, — с одобрением произнес Криоангел. — Я это ценю.
— Это большая политика. Моим союзникам понадобилась эта планета, — пожал я плечами. — Они её получат. Ничего личного. А я вижу смысл в том, чтобы сохранить потенциал всех участников конфликта. Наш настоящий враг не здесь.
— Это Орда, что ли? — с тонкой усмешкой уточнил Криоангел. — Этот ваш настоящий враг никогда не причинял мне столько вреда, сколько нанесли мне вы, граф Александр, ударив в спину. От вас я
