маячило нечто, похожее на человека из дурного сна — массивное, со странно вывернутыми наизнанку коленями, руками, усеянными узлами оружия, и блюдцеобразной головой, оно стояло, слегка выпрямившись, и смотрело прямо на них. Если лобовая атака ракеты-ножа и нанесла ему какой-то ущерб, то его не было заметно. Коссонт не узнала эту модель арбитра — она выглядела древней и ни на что не похожей. Что-то постоянно вращалось на его груди.
Затем — почти беззвучно, потому что слух, похоже, частично оставил её — прогремел еще один взрыв, казалось, непосредственно над той частью шахты, которую она могла обозревать, и вниз хлынули обломки, пролетая мимо и уносясь в глубину. Человек в громоздком сверкающем костюме с крупным пистолетом из зеркального материала, спустился вниз, как если бы сидел в невидимом кресле. Он выглядел спокойным и сосредоточенным.
Коссонт огляделась. Ей показалось, что их вынесло сквозь стену в какое-то складское помещение — куда бы ни падал взгляд в пыльном, рассеянном сумраке, всюду вздымались стеллажи, полные коробок, похожих на ту, в которой лежал сверкающий серый куб с состоянием разума КьиРиа. Вокруг сгрудились остатки мебели, перемешанные с многочисленными обломками.
Несколько бледного вида кубических ящиков скатились сверху, подпрыгивая и грохоча, присоединившись к царившему на полу хаосу. Арбитр поочередно осветил каждый из них тонким лучом света, вырывавшемся из его оружейных блоков, но позволил упасть и занять своё место в общей груде, не открывая огонь.
Коссонт безучастно смотрела на свое бедро. Наплечной сумки там не было. Должно быть, её уже забрали.
Черт, подумала она.
Человек в блестящем костюме парил, неподвижный, посреди лифтовой шахты, глядя на них. Он склонил голову, как бы размышляя, что сказать. Боевой арбитр переместился в сторону, сохраняя открытым пространство для стрельбы.
"Вот теперь мы, кажется, в полной заднице, не так ли?" — сказала Коссонт через наушник: собственный голос странно отозвался у неё в голове и шлеме. Она ощутила вкус крови во рту.
"Не обязательно", — ответил Бердл с присущей ему беззаботностью. — "Осталась ещё одна ракета-нож".
"Но я думала, что…"
"Она осталась. Она не была уничтожена, пройдя длинным путём вокруг здания", — сказал ей Бердл. — "Я подозреваю, противник предполагал, что все боевые ракеты, имевшиеся у нас, просто прорвутся сквозь всё на своем пути — это первое, что обычно приходит в голову, когда речь идёт о ножевой ракете. Так что элемент неожиданности сохранён. У меня всё", — объявил аватар, когда вокруг боевого арбитра внезапно вспыхнул свет.
Человек в сверкающем костюме начал кружиться вокруг машины, вскидывая руки, исчезая и распадаясь в потоке белого огня. Затем изображение померкло.
Потом снова начались удары. Это было похоже на то, как если бы ее засунули в металлический барабан с кучей острых камней и столкнули вниз по крутому склону горы, усыпанному валунами.
"Ракеты-ножи, используемые здесь, представляют собой усовершенствованную боевую систему мини-дронов", — говорил Бердл, когда пол, стеллажи и, казалось, сам воздух вибрировали, сотрясаясь от охватившей их внутренней лихорадки. — "Хотя не лишним будет упомянуть, что усовершенствованной она стала довольно давно. Тем не менее. Сила их в действительности очень примитивная. Необузданная и грубая. Не очень подходит для работы в гражданском окружении, в сооружениях в частности, слишком боевая — но это все, что у меня было. Интересно, что наноракеты, наносящие непосредственный урон, имеют всего миллиметр в длину и в десять раз меньше в диаметре — такие мелкие, что их едва ли может заметить невооружённый глаз: вот что можно сделать с антиматерией. А здесь…"
Как раз в тот момент, когда казалось, что удары уже затихли, случился ещё один, титанический толчок, и Бердл сказал: "Держу пари, что это больно. Ладно, пора выбираться…"
Взгляд Вир сфокусировался. Шахта лифта и освещенный коридор за ней были полны пыли и дыма. Дверной проем, в котором стоял прежде боевой арбитр, больше не выглядел аккуратным прямоугольником — он стал практически круглым с рваными краями, окружённый скопищем осколков, большая часть которых светилась. Один или два разбитых механизма, лежащие на полу коридора, дымились, полыхая и брызжа какой-то технической жидкостью. Это могли быть части боевого арбитра. От человека в сверкающем костюме не осталось и следа. В шахте тем временем что-то вспыхнуло.
— Я бы не стал совать туда голову, — сказал Бердл, перекрывая отдаленную какофонию сигналов тревоги и глубоких рокочущих звуков, исторгавшихся из шахты. — Полковник Агансу там, внизу, в значительной степени выведен из строя, но, очевидно, ещё способен стрелять. — Бердл выбрался из-под спрессованных обломков стеллажей, в которые они врезались, увлекая за собой Коссонт. Он отстранил её руки, затем повернулся к ней лицом. Коссонт стояла, покачиваясь. Она подозревала, что костюм выполнял большую часть работы по поддержанию её в вертикальном положении.
Она сосредоточила взгляд на аватаре. Вся передняя часть его груди представляла собой неглубокую серебряную вмятину, медленно возвращавшуюся в прежнюю форму.
— Хм, — сказал Бердл, посмотрев вниз, когда еще одна яркая вспышка осветила шахту лифта позади него. — У этого человека довольно мощный лазер, — аватар присел, подняв с пола сумку с кубом. — Вот, — руки завязали узел на лопнувшем ремне так быстро, что она едва успела заметить движение. — У тебя всё хорошо? — спросил он.
Коссонт прочистила горло и кивнула.
— Лучше не бывает.
Бердл выглядел безмятежно довольным.
— Что ж, отлично. Похоже, нет других сил, желающих вступить с нами в бой, так что, возможно, худшее уже позади.
В шахте позади снова вспыхнул свет.
— Разве ты не собираешься прикончить полковника? — спросила Коссонт.
Бердл покачал головой.
— Нет необходимости. У меня там внизу с ним ракета-разведчик. Наблюдает. Он не должен доставить нам больше проблем.
— А что насчет Паринхерма?
— Я пытался связаться с ним, но он отключен. Мы попробуем вытащить его, когда корабль вернется. Иди сюда.
Коссонт, протиснувшись между высокими стеллажами, неуверенно ступила в заваленный обломками коридор. Казалось, он тянется бесконечно далеко. Что-то пронеслось позади неё, пройдя сквозь дым на высоте головы и заставив её вздрогнуть. Объект повис рядом с Бердлом.
Это был тонкий цилиндр толщиной с палец и длиной с ладонь. Передняя его часть имела форму угловатого, затупленного наконечника стрелы, а тусклую серебристую поверхность испещряли тонкие темные линии и крошечные точки. Бердл приподнял одну серебристую бровь и сказал, обращаясь к ракете:
— Да, неплохая работа. Однако, неосмотрительно использовать слишком много наночастиц. Это можно было сделать и более экономно. Даже так — если бы возникла целая серия таких ситуаций, насколько успешно можно было справиться с ними? Хорошо, я понял.
Ракета улетела так быстро, как будто её выпустили из невидимого пушечного ствола
