– Пустыней не пройти, – мгновенно ответила вторая из женщин.
– Откуда такая уверенность?
– Мы посылали небольшую группу на разведку. Они углубились на однодневный переход. Никакой растительности, и нет ни малейших признаков воды.
– Эту миссию предстоит выполнить нам. Только женщины могут свободно передвигаться по планете. Если мужчин просто обращают в рабство, то беглого раба ждет смерть. Мы недавно видели, что это за смерть, – вступила в обсуждение Лана.
– Надо идти окольным путем, через территорию свободных, – резюмировала Тана. – Эта дорога занимает полтора месяца, но если спешить, то можно успеть и за месяц.
– Сейчас удачное время. На днях группа женщин отправляется навестить своих родных, – сообщила молчавшая до сих пор еще одна женщина. – Можно присоединиться к ним.
– Удачная мысль. Задержи их отход, пока мы не будем готовы.
– Кто пойдет с картеро? – спросила Лана.
– Пока не знаю, но не позже чем через двое суток зверьков надо отправить, – подвела итог дискуссии Тана.
Оставшись одна, Тана задумалась о судьбе женщин на Планете рабов. С одной стороны, в отличие от мужчин, они не жили в вечном страхе попасть в рабство и могли более или менее свободно перемещаться по планете. Еще ни одна из них не была обращена в рабство. Нашлись, конечно, женщины, которые воспользовались этим и жили в свое удовольствие, не горюя, и, когда очередного мужчину забирали, они быстро находили ему замену, но такие были в меньшинстве. Большинство женщин горько оплакивали потерю мужа и были готовы следовать за ним. Их останавливали только семьи. He-гуманоиды категорически запрещали детям селиться рядом с пещерным городом, и женщины планеты бросали родные места и следовали за своими мужьями, чтобы облегчить их участь. Жизнь в поселении рядом с городом рабов была нелегкой – работа в поле или на пастбище, необходимость ежедневно готовить на всех еду, а еще приходилось издалека ведрами таскать воду, чтобы мужчины после каторжных работ могли смыть с себя пот и грязь. А еще проносить мимо охранников вынутую из тоннеля породу, а обратно – деревянный крепеж и инструменты. Сейчас им предстояло создать запасы еды и доставить картеро в горы. Вот на что они меняли относительно безбедную жизнь, следуя за своими мужьями. Но их поток не иссякал.
Тунон прикинулся больным и провел ночь в лазарете, но это не значило, что он увиливал от работы. Сегодня была его очередь копать тоннель. Дождавшись, когда колонны рабов оставили загон, он покинул место своего ночлега и направился в дальний зал. Там в одной из ниш скрывался вход в тоннель. Женщины уже успели доставить туда новое кайло. Взяв его, Тунон ползком пробрался на рабочее место. Высота тоннеля позволяла ему встать на колени и в такой позе орудовать кайлом. Почва была рыхлой, податливой, и работа спорилась. Если на их пути не встретится больше твердых пород, то через неделю тоннель выведет их в небольшой лесок. Тунон сделал перерыв. В это время женщины убирали выработанную породу, расчищая тоннель. Потом в специальных мешках, спрятав их под одеждой, они проносили ее мимо охранников и сваливали в заранее подготовленном месте, заметая следы. Обратно несли деревянные подпорки, которыми крепились своды тоннеля, для того чтобы предотвратить обрушения.
Гидон впервые шел на работу без Янона. Он вообще не помнил, когда последний раз провел целый день не в его обществе. Теперь надо привыкать жить одному. Его чудовищный план созрел, и сегодня он приступит к его реализации.
Гидон специально выбрал рабочее место в отдалении, чтобы другие рабы не могли его видеть. При первой же возможности он подал знак охраннику, что хочет с ним поговорить. Но тот не отреагировал – даже пригрозил ему Дубинкой. Но Гидон проявил настойчивость, и охранник нехотя направился в его сторону.
Сегодня дежуурил Ф" ек, это была его идея – внедрить шпиона в логово рабов. Затея бездарно провалилась, и он получил нагоняй от наместника. Наместник обозвал их головастиками и выгнал из своего кабинета. От невеселых мыслей Ф" ека отвлек раб, который размахивал руками. Что надо этому презренному, как он смеет отвлекать его? Пригрозив ему дубинкой, охранник вернулся к своим печальным мыслям. Но раб не унимался. Придется его проучить.
– У меня есть важное сообщение, – начал Гидон, не дожидаясь, пока охранник приблизится настолько, чтобы огреть его дубинкой. – Я знаю о замыслах рабов.
– Говори.
– Я не могу говорить здесь. Если нас увидят вместе, все мои сведения потеряют ценность. Доставь меня незаметно к начальству.
Первой реакцией Ф" ека было наказать обнаглевшего раба, но потом он сообразил, что, если сведения окажутся интересными, он сможет оправдаться перед Флаан Тху, а может, и получит повышение. Решившись, он вызвал транспорт.
– Иди за тот холм и жди там.
Через десять минут Гидон вместе с не-гуманоидами находился возле холма, на вершине которого приютилось их поселение. В сопровождении четырех охранников его провели в двухэтажное белое здание, построенное из неизвестного ему материала, усадили на скамью и, включив гравитатор на небывалую мощность, заставили ждать.
Потирая руки, Ф" ек бесцеремонно вломился в кабинет наместника.
– Наши усилия увенчались успехом, – не давая Флаан Тху выразить свое недовольство, затараторил охранник, – я привел к вам раба, который готов сообщить важные сведения о замыслах этих недобитых ублюдков.
Флаан Тху мгновенно оценил значимость произошедшего. Впервые за двести лет оккупации раб добровольно шел на контакт с не-гуманоидами. Из этого можно извлечь пользу.
Охранники втолкнули Гидона в помещение. За столом, весь в черном, сидел призрак. Гидон ожидал увидеть кого угодно, только не призрака. Раньше он их видел лишь в роли палачей. Ужас охватил его, и он рухнул на приготовленный для него стул.
– Говори, – нарочно грубым тоном сказал Флаан, довольный произведенным эффектом.
– У меня есть одно условие… – начал Гидон заикающимся голосом.
– Как ты смеешь, презренный раб! – издавая шипение, вмешались фарфоровые куколки.
Наместник не стал их перебивать, надеясь усилить давление на раба. Но тот, похоже, уже пришел в себя.
– Я буду говорить, только если мое условие будет принято, – уже твердым голосом продолжал Гидон, – тем более что для вас это сущий пустяк.
Наместник все-таки удалил куколок, чтобы те не мешали беседе. Он решил, что пора перейти на доверительный тон.
– Можешь излагать свое условие.
– Я хочу, чтобы вы убили одного раба. Его зовут Янон.
– Ты хочешь казни?
– Нет! Нет! Убейте его незаметно, на работе…
