Реджинальд Бретнор - Гнурры лезут изо всех щелей

Выиграв компанию, Папа Шиммельхорн и генерал Поллард отправились в Вашингтон. Оба выезжали тайно, опасаясь охваченных восторгом толп, но тем не менее, чтобы расчистить для них путь, едва хватило трех конных полков — в полном составе и с саблями наголо. Наконец, герои добрались до Пентагона. Рука об руку прошли они по коридорам и остановились у двери в кабинет генерала Полларда. Благоговейно коснувшись гнурр-пфейфа, генерал произнес:

— Папа! Мы с тобой делали историю. И впредь будем делать, черт бы меня побрал!

— Йе, — подтвердил старый часовщик и подмигнул генералу. — Будем делайт, только не сегодня. У меня свидание с Кэти. А для тебя, зольдатик, она пригласить подружка. Ну как, кутнем?

Генерал Поллард поколебался.

— А это не отразится на дисциплине войск? — спросил он.

— Не волнуйся, зольдатик. Мы не сказайт никому. — Папа Шиммельхорн засмеялся и распахнул дверь.

За дверью стоял массивный генеральский стол. Возле стола вытянулся по струнке бригадный генерал Хансон. У стены стояли Кэти Хупер и Джерри Колливер. Лейтенант Колливер самодовольно улыбался, обнимая Кэти за талию.

А в любимом кресле генерала восседала чопорная дама в длинном темном платье и постукивала зонтиком по лежащему на столе пресс-папье.

Увидев эту даму, Папа Шиммельхорн остолбенел. Она оставила в покое пресс-папье и ткнула зонтиком в его сторону.

— So! — прошипела дама. — Ты думайт, что сумел убежать? С любимый фагот кузена Антона? Чтобы играйт на нем мышам и докучайт военным девушкам? — дама повернулась к Кэти Хупер, и они обменялись многозначительными взглядами. — Очень хорошо, что ты позвонил, девушка, — продолжала дама, обращаясь к Кэти. — Ты есть умница. Умейт разглядеть волка в овечий шкура!

Она встала, подошла к Папе Шиммельхорну и вырвала у него из рук гнурр-пфейф. V-образный кристалл выскользнул из мундштука и хрустнул у нее под каблуком. Никто даже глазом не успел моргнуть, а вмешаться и подавно.

— Все! — заявила дама. — Никаких гнурров. Никаких голых задниц. Баста!

Схватив папу Шиммельхорна за ухо, она повела его к двери, приговаривая:

— Домой, домой. Ты здесь ухлестывайт за зольдатка, а дома пора делайт ремонт.

Папа Шиммельхорн не сопротивлялся.

— До свидания, — удрученно попрощался он. — Я должен идти домой с Мама Шиммельхорн. — Однако, проходя мимо генерала, он подмигнул ему и шепнул на ушко: — Не волнуйся, зольдатик. Я опять убегайт. Я же гений!

Так (нем.).

Е — день победы над Германией во второй мировой войне, J— день победы над Японией.