Достаточно кучной группой они шли молча без малого час.
Каждый думал о своем — или старался ни о чем не думать.
Наконец Меахама Годлендо не утерпел и нарушил молчание.
— А как тут насчет хищников? — тихо спросил он. — Небось охотятся как раз по ночам!
Ответила Свентур — как единственный среди них коренной житель Лонтано. Вспомнив слышанное в детстве, она сказала:
— Хищники тут изредка встречаются. Самый опасный — что-то вроде медведя, только с прытью и очерком тела как у леопарда. Однако эта тварь — уже не помню ее названия — в этих краях не водится.
Подобно большинству людей на планетах Магникейтской Федерации, она никогда не видела живых зверей, даже тех, что обитали на ее родной планете. Только картинки в школьных учебниках.
— А какие еще неприятные сюрпризы может таить фауна вашей планеты? — продолжал любопытствовать Годлендо.
Свентур вздохнула и начала перечислять:
— Есть несколько видов рептилий — они, мягко говоря, довольно крупные. Однако их осталось чрезвычайно мало, да и людей они стараются обходить десятой дорогой. Есть разновидность ночных летунов — это не птицы и не ящеры, а что-то ближе к летучим мышам, только больше размером. Чуть крупнее совы. Эти ночные летуны опасны лишь в стаях. Питаются мясом. Появляются, насколько мне помнится, только после полуночи. Вот и все, что мне известно…
К счастью, ее спутники не знали, что в представлении Свентур сидящая сова должна быть человеку по пояс. Знай они эту деталь, ночные летуны предстали бы их воображению куда менее безобидными зверушками!
Свенгур подумала еще и прибавила:
— Существует еще гигантская многоножка — размером с кошку, только вдвое длиннее. Ее укус очень болезненный и ядовитый — от него может появиться слабость и рвота. Впрочем, и гигантская многоножка на холмах тоже не обитает.
— Веселенькая информация! — врастяжечку сказал Годлендо, настороженно покашиваясь по сторонам.
Приборы ночного видения в щитках их шлемов позволяли достаточно хорошо видеть в темноте — и тем не менее давали несколько расплывчатую информацию об окружающем. Можно было с легкостью различить знакомые предметы, но смогут ли люди вовремя отличить неведомого зверя от куста или от коряги?
Все члены отряда вдруг разом начали озираться.
— Спокойствие, — сказала Леатрис Свентур, хотя и у нее на душе было тревожно после разговора о многоножках и прочих тварях. — Никакой зверь нам не страшен — мы вооружены и у нас десять пар глаз. Подумаем о предстоящей операции. По-моему, лучше провести ее на рассвете, чем в темноте.
— При дневном свете? Да нас же будет видно, как на ладони! — воскликнул Моран Торгеманн.
— Не тешьте себя иллюзиями. У нашего врага такие же отменные приборы ночного видения, как и у нас. Поэтому нет принципиальной разницы между ночной и дневной атакой. И все-таки рассвет в нашем случае предпочтительней. У тех, кого мы будем спасать, скорее всего, не будет приборов ночного видения. По крайней мере, мы не можем на это с точностью рассчитывать.
Им везло: на протяжении всего пути отряд не встретил ни одной страшной твари. Пару-тройку раз прыснули из-под ног зверушки размером с крысу — вот и все отрицательные впечатления.
Час спустя от «Суидотала» их отделяла только одна гряда холмов.
Свентур приказала всем сосредоточиться, соблюдая предельную осторожность, и внимательно наблюдать за местностью.
— Помните, — сказала она, — «Суидотал» до сих пор не уничтожен. Это говорит об одном: его оставили как приманку. У нас есть единственное преимущество: мы знаем о засаде. И наша задача — просочиться мимо тех, кто нас поджидает.
— Съесть сыр в мышеловке и уйти живыми, — хмыкнул Годлендо.
— Ни одной мыши это до сих пор не удавалось, — мрачно изрек Торгеманн.
— Вы забываете о том, что мыши не проходили подготовку в десантной школе, — напомнила Свентур.
Раздались тихие смешки.
Все ободрились, и Лой-Рей даже предположила, что никакой засады нет: враги попросту поленились искать «Суидотал» — дескать, шмякнулся, ну и черт с ним.
— Шутки в сторону! — скомандовала Свентур. — Мне нужны два добровольца, которые останутся в тени кустов — для наблюдения и для прикрытия, если придется спешно отступать. Если завяжется бой, этим двоим придется труднее всех.
Первым отозвался лейтенант Годлендо. Вяло подняв руку, он сказал:
— Ладно уж, давайте я пойду. Двум смертям не бывать…
— Ну и я, — выступил главный инженер Анцелотт. — На нас с Годлендо больше всего брони, да и подготовка получше, чем у других.
С этим никто спорить не стал. Свентур не хотелось рисковать самыми опытными и самыми крепкими парнями в своей группе, но выбора не оставалось — прикрывать должны именно они, самые опытные и самые крепкие.
— Согласна, — сказала она. — Спрячьтесь и затаитесь. Если вас обнаружат до времени, нам всем крышка. Из-под защитного экрана и носа не высовывайте! Что касается связи, прибегайте к ней только в случае абсолютной необходимости.
— То есть когда на нас нападут, — лаконично прокомментировал Годлендо.
— Правильно, — сказала Свентур. — Пользуйтесь только засекреченным каналом 17-Д.
— А как насчет «Ямапункта», командир? — спросил Дементий Хоад. — Разве мы не должны встретиться с ними поблизости от «Суидотала»? Как это сочетается с вашим планом?
— Я помню о «Ямапункте».
— Так мы ждем их или нет?
— Надеюсь, они подтянутся, — сказала Свентур. — Случись с ними что-нибудь плохое, нас бы уже известили. Но пока на их поддержку уповать не следует. Будем исходить из предположения, что мы одни и спасать экипаж «Суидотала» начнем в одиночку.
Раздались возгласы сдержанного одобрения. После этого Свентур дала указания остальным семи бойцам — их обязанности во время предстоящей операции.
Отряд двинулся дальше, взошел на вершину очередного холма и залег там.
Оттуда открывался вид на «Суидотал». Облитый светом двух местных лун, он стоял в низине, на проплешине. Стоял как-то криво — видимо, посадка была не слишком удачной.
Однако явных повреждений Свентур не заметила. Впрочем, корабль был прикрыт автоматически выброшенной после посадки маскировочной сеткой.
Свентур надеялась, что «Суидотал» бросается в глаза только людям, ибо абрис скиммеров для них привычен. А бастангалы могут его и не заметить с воздуха — спутают, например, с купой высоких кустов. Что до вражеских локаторов, то для них корабль остается невидимкой благодаря включенному экранированию, которое продолжает действовать даже после сильнейшей аварии, когда уже практически ничего больше не работает…
