В последний раз вы были официально предупреждены двести тридцать два года назад, причем в категорической форме. Вы не вняли Последнему Предупреждению.
По мере перевода мромрозий, возможно от усердия, медленно менял цвет шерсти и наконец стал серо-буро-малиновым.
А ваммгаллоз тем временем продолжал столь же патетично:
— Суд Справедливости для Новых Планет на основании вышеперечисленного приговаривает вас, бастангалы, к полной внешней и внутренней изоляции. Любые передвижения в космическом пространстве для вас отныне запрещены на период не менее тринадцати столетий. Все ваши сорок шесть звездных систем лишены права общения с другими космическими расами, а также между собой. По истечении вышеупомянутых тринадцати столетий данное решение Суда Справедливости для Новых Планет может быть пересмотрено. Однако и тогда смягчение наложенного на вас наказания останется на усмотрении Союза Двенадцати.
После этого ваммгаллоз отвернулся от представителя бастангалов и все свое внимание направил на экран, с которого не сходило изображение командующего флотом Гризмая. Свентур не могла не заметить, что Гризмай побледнел.
Ваммгаллоз переналадил свое переводное устройство и заговорил на мелодичном человеческом языке.
— Серьезные нарушения замечены нами также и со стороны человечества, — сказал он. — Однако следует признать, что преступления были совершены кучкой бунтарей в одной из служб космической безопасности.
Поскольку в этих прискорбных событиях не участвовало человечество в целом, то такая мера, как Последнее Предупреждение, признана нами преждевременной и неадекватной.
Тем не менее Суд Справедливости для Новых Планет обращает внимание людей на то, что в случае повторения подобного рода событий неизбежно последует Последнее Предупреждение, а за ним и Тотальный Карантин.
С настоящего момента деятельность всей службы космической безопасности хомо сапиенс, и прежде всего одной из ее ветвей — Старших Блюстителей, будет находится под нашим неустанным контролем.
Мы намерены регулярно инспектировать корабли и базы Старших Блюстителей и санкционируем доступ наших представителей ко всей внутренней секретной информации вышеупомянутой службы.
Далее ваммгаллоз продолжал:
— У нас имеются документы, которые неоспоримо доказывают, что среди Блюстителей существовал преступный заговор. Зло медленно вызрело в рядах Старших Блюстителей. Мало-помалу в крамолу были втянуты также и люди из второй ветви Блюстителей. В итоге ситуация потребовала нашего вмешательства.
Наряду с этим я хотел бы подчеркнуть особую роль командира скиммера Леатрис Свентур в деле разоблачения вышеупомянутого преступного заговора.
Именно благодаря ее усилиям намерения негодяев были вовремя сорваны и пятно позора не легло на все человечество.
В связи с этим советуем вам быть строже при отборе офицеров.
Тут ваммгаллоз круто повернулся к Свентур, втянув внутрь все свои телескопические руки, и обратился непосредственно к ней:
— Вы совершили в высшей степени правильный поступок, когда призвали нас сюда. Суд Справедливости для Новых Планет выражает вам искреннюю благодарность за мужество и мудрость.
При этих словах он попробовал своей единственной выдвинутой рукой дотянуться до левого плеча, но потерпел неудачу.
Свентур вытянулась перед иносапиенсом по стойке «смирно» и четко отдала салют.
Она была счастлива. Это был ее день.
Одновременно краем глаза она увидела, как медленно удаляется бастангал.
Неожиданно для себя она испытала острую жалость к существу, которое еще несколько минут назад ненавидела.
Страшное наказание.
Подумать только: человечество тоже могло подвергнуться такому же наказанию — лишиться выхода в космос, распасться на множество совершенно изолированных планет.
«Разве кто-то может быть счастлив, — с грустью спрашивала она себя, — если останется один, в своем узком мирке, пусть даже самом распрекрасном?»
Перевел с английского Владислав ЗАДОРОЖНЫЙ
Публикуется с разрешения «Bill Fawcett & Associates, Inc.» (США) и литературного агентства Александра Корженевского (Россия).
От эпитета «нордический» у многих проходит холодок по коже. Дело, конечно, не в суровом климате северных широт, где живут и совершают свои подвиги боги и герои соответствующей мифологии. Скорее, память подсказывает другое: «характер нордический…» — ну и так далее.
Знаменитому английскому писателю Клайву Стэйплзу Льюису, другу и соратнику Толкина, принадлежит образная и лаконичная характеристика нордической мифологии: «Холодная, распахнутая вширь, жестокая, сдержанная по колориту — и бесконечно далекая». Сказано будто специально об американском фантасте Гордоне Диксоне, в творчестве которого «нордические» мотивы — даже не существенный элемент, а сама суть.
Диксона традиционно причисляют к продолжателям «дела Киплинга» и «дела Кэмпбелла», к тем авторам «твердой» НФ, которые воспевают «бремя вооруженного землянина». Солдат есть оплот закона и порядка во всей обитаемой Вселенной. Он верен боевому знамени и чужд какой бы то ни было рефлексии. Английский писатель и критик Брайан Олдисс, человек прямо противоположных взглядов, в своей истории научной фантастики, «Шабаш на триллион лет», так оценивает эту плеяду писателей, потесненных в начале 1960-х «Новой волной» и занявших глухую оборону, но, впрочем, сравнительно быстро оправившихся: «Старые традиции не торопятся умирать. Из боевых порядков авторов-традиционалистов снова слышны призывы перестать окапываться и готовиться к атаке! Бравые вояки из „твердокаменных“ вылизывают до блеска сапоги, поправляют эполеты, надевают шлемы, проверяют обоймы своих бластеров. Словом, они готовы драться! Заметно поредевший строй ветеранов, где на правом фланге неколебимо стоят Джек Уильямсон, Пол Андерсон и Гордон Диксон, в последние годы пополнили молодые рекруты — такие, как Ларри Нивен и Джерри Пурнелль… Когорта научно-фантастических „ястребов“ (к которым по праву следовало бы причислить всех без исключения авторов журнала „Аналог“) продолжает изнурительную муштру на плацу, словно не замечая бушующей вокруг них жанровой революции!»
Сказано в духе Олдисса — хлестко, смачно и вызывающе «недипломатично». С чем-то можно поспорить, хотя, в общем, не далеко от истины. Но именно — в общем. Одна из «частностей», выбивающаяся из процитированной характеристики, носит имя «Гордон Диксон».
