– К нам делегация, госпожа просто Ганга.
Орчанка обернулась и увидела приближающуюся процессию из десятка важно шагающих дворфов. Когда они подошли, то вперед выступил пузатый дворф и вежливо спросил:
– Уважаемые гости! – от этих слов у орчанки брови взметнулись вверх. – Мы могли бы увидеть графа Ирридара Тох Рангора тан Аббаи?
– Его сейчас нет. Но я его заместитель. Что прикажете, господа, передать милорду?
– Вот это, – Дворф протянул эльфару свиток с золотой цепью. Это грамота пожалованная графу в том, что он является почетным жителем нашего города. Орчанка замерла и вытаращилась на свиток. Эльфар вежливо принял и поблагодарил важных гостей. И пообещал все передать графу. Когда дворфы ушли, а Ганга пришла в себя. Она с обидой в голосе спросила:
– Гради-ил, ну как это ему удается? Один раз с боем прошел в город, сломал ворота и получил грамоту? А? вот скажи? Это что, колдовство или невероятное везение?
Эльфар улыбнулся.
– У вас, госпожа просто Ганга, замечательный жених. Умный, добрый и ответственный…
– Ага, добрый. Заставил меня готовить пищу отряду и мыть котел. Он просто, сама доброта. Убей, говорит, Гради-ил, всех, кто не будет слушаться и меня в том числе тоже, надо понимать.
Гради-ил не убирая с лица улыбку произнес:
– Он вас, госпожа просто Ганга, любит. И сказал, что вы женщина умная и до того не дойдет. Но если дойдет, я вас убью и рука не дрогнет. Улыбка осталась на лице эльфара, лишь глаза опасно и холодно блеснули.
– Ты тоже, «добрый», – поморщилась орчанка. – Конечно, не дойдет, что я дура что ли? Вы с Фомой по его приказу любого прирежете и глазом не моргнете. Мне-то что делать? Поговорить с ним хотела.
– Госпожа просто Ганга…
– Гради-ил, – перебила его орчанка. – Можешь называть меня Ганга.
– Нет, госпожа просто Ганга.
– Понятно вздохнула орчанка, – этикет. А Госпожа Ганга?
– Так могу, госпожа Ганга. Вы бы занялись делом. А то смотрю, вы себе места не находите…
– А где мое место Гради-ил? – с горечью в голосе спросила орчанка. – У котла?
– Возьмите на себя магическое прикрытие отряда. Я отдаю в ваше подчинение шаманов. Туда включите Су, она магически одаренная. Не давайте ей валять дурака. Это для нее плохо закончится. Держите ее в строгости. Вы это умеете и занимайтесь с лером Саму-илом этикетом. Поверьте, это полезно. Хватит быть диким орком, вы теперь миледи.
– Раньше за такие слова я бы тебя пристрелила из лука, Гради-ил, или прирезала, а теперь вынуждена подчиняться. Не знаю, когда было лучше, – проворчала она. – В степи или сейчас, с этим непоседой. Вот как он собирается жить семейной жизнью? Налетами?
– Это вы обсуждайте с ним, госпожа Ганга, я бобыль и семейную жизнь не проходил. Советовать не могу. Вы простите, но у меня много дел. – Эльфар поклонился и поспешил к повозкам. Ганга огляделась и увидела зевающую Сулейму.
– Су? Ты чем занимаешься? – крикнула она.
– Да, ничем, Ганга. В носу ковыряюсь, – засмеялась она и она сунула палец в нос. – Пока лер зануда этого не видит. Но за ее спиной стоял лер Саму-ил с сыном и лер качал головой, сын беззвучно смеялся.
– Значит так, Су! Попала ты в мое распоряжение. Поэтому, быстро побежала за шаманами и привела их сюда.
– Я что посыльная? Мне заниматься надо… этим… как его? Во! Этикетом. – И ухмыльнувшись, собралась уходить, Девушка нагло повернулась к Ганге спиной и увидела лера Саму-ила, и тут же поменяла свое решение. – Я сейчас Ганга! – быстро затараторила она. – Я только сбегаю…
– Стоять! – грозно окрикнула ее, возмущенная неприкрытой наглостью эльфарки, орчанка и направилась к ней. Подошла вплотную и, наклонившись к маленькой щуплой Сулейме сверху, угрожающе прорычала. – Я для тебя госпожа Ганга, мокрица. И ты будешь делать все, что я прикажу. Такое указание дал лер Гради-ил. А если ты будешь строить из себя дуру, то одной дурой на свете станет меньше. Говорю один раз. Это тебе первое предупреждение. А для лучшего понимания расскажу тебе традиции нихейцев. Слушай и запоминай! Ганга ткнула в лоб Сулейме пальцем. да так сильно, что ее голова откинулась назад. – Одна женщина пустила в дом кошку и та нагадила на полу. Муж это увидел и сделал кошке замечание. Потом, кошка нагадила второй раз и муж ее просто убил, а жене сказал, что это ее первое замечание. С тех пор жена была сама послушание. Смысл этой притчи тебе понятен?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А что вы мне сделаете? – воинственно сжав кулачки и нагло смотря на орчанку, ответила с вызовом Су. – Убьете? Руки коротки. Меня Фомочка защитит.
– Фома! – громовой голос орчанки усиленный магией и гневом разлетелся по месту стояки и орк тут же появился.
– Что прикажете, госпожа Ганга? – спокойно спросил он.
– Фома! – Заорала во все горло Су. – Они хотят меня убить!
– Кто? – невозмутимо спросил орк.
– Да все они! – эльфарка обвела руками окруживших ее Гангу, лера Саму-ила и его сына.
– Ты слышал, Фома, – уже успокаиваясь, произнесла орчанка. – У нас бунт и его подняла твоя невеста. Что будешь делать?
– Выпорю ремнем, – спокойным негромким голосом ответил орк, – а если Гради-ил прикажет, убью безболезненно.
– Фома, ты что!? – Су стояла, как громом пораженная. – Это же я, твоя невеста. Мы столько вместе пережили…Как ты можешь? – На ее глазах выступили слезы, но она все еще не верила словам жениха.
– Учитель не пожалел своей невесты и она тоже под страхом смерти, – ответил орк. – Почему я должен жалеть тебя, если у тебя не хватает здравого смысла понять, что мы находимся на вражьей территории и опасности грозят со всех сторон. Иди в наш фургон немедленно.
– Но Фома…
– Ты хочешь бесславно умереть от моей руки?
– Нет Фомочка… прости… – Су побледнела еще больше, хотя куда еще больше с ее белой кожей и опустив плечи поплелась в фургон. Вскоре, оттуда раздались ее вопли:
– Ой!.. Больно! Пожалей… Ой! Ой-о! Пощади! Фомочка!.. Ой… Гад! Больно… Ой! Прости-и-и… Своло-очь! Больно… Пощади… Ой не буду больше-е….
Лер Саму-ил высказал свое мнение.
– Мда… Спорная методика воспитания, но действенная.
Вей Лур со своим отрядом пограничников прибыл к месту засады с помощью свитка телепорта. Место, которое они должны были контролировать, находилось в двух лигах от места казни «нечестивых сосудов» людей, в которых была примесь эльфарской крови. Их подсаживали к оскверненным, но когда-то Священным деревьям и магическим способом приживляли. Ужасная казнь, длившаяся годами. Человек постепенно становился деревом, а дерево питало его и прорастало в нем, вызывая непреходящую, длившуюся годами мучительную боль…
Недалеко от такой рощи был проход в ущелье Старых гор ничейной территории. Ущелье выходило к подножию Снежных гор. Когда-то давно в ущелье располагался город лесных эльфаров, но после одного из походов орков, они вырезали все население. Город разрушили, а рощу осквернили своей ритуальной магией. С тех пор тут никто не селился, а участок леса примыкающий к Старым горам, лесные эльфары прокляли и населили разным тварями. Приспособили и саму рощу, сделав ее местом казни. Занимался этим Совет по чистоте расы при Великом князе Вечного леса.
Группа Вей Лура состояла из десяти рейнджеров его маленького дома Звонкого ручейка. Бойцы опытные, спаянные волей командира и общностью родства своего дома, они были самыми умелыми поисковиками в их пограничном отряде. Выследить нарушителя и поймать его, для них было простым делом.
Вей Лур огляделся и приказал:
– Идем в ущелье. Перекроем вход в покинутый город. Будьте очень осторожны. – он внимательно оглядел лица своих бойцов. – Преждевременно своего присутствия не обнаруживайте. Не нравится мне то, что происходит в Лесу…
– Ты думаешь, что снежки сюда дойдут? – спросил его такой же немолодой как и сам командир пограничник.
– А как ты думаешь? Как они смогли пройти столько по лесу и остаться незамеченными нашими патрулями? – Ответил вопросом на вопрос Вей Лур. Ответ ясен. Или у них есть карты леса, или их ведут спецы Кирсан-ола. И то, и другое плохо. Тут или предательство, или Кирсан опять копает под командующего пограничными силами. У меня предчувствие… – он невесело вздохнул. – Дойдут они сюда и задержать их будет, ох как, непросто. Пошли.
