знаю, чай, в столице живу, а не в глухомани какой-нибудь.
– Но если… Если ты знал обо всём, что случилось у нас в Жадвиле, почему ты не попросил королевского разрешения, чтобы вернуться домой? – растерянно спросила Рицпа. – Адар Витерий – добрый и понимающий человек, он бы отпустил тебя, да ещё и сопровождение дал бы.
Руфус раздражённо мотнул головой.
– И зачем это мне надо было? Совать голову в пекло?
Рицпа растерялась. Она не знала, как ответить на этот цинизм.
– Если ты знал… Если знал, что произошло, то приехал бы, чтобы помочь мне. Ведь и я могла погибнуть…
– Да кому ты нужна! – пренебрежительно фыркнул юнец.
Подавальщики переглянулись, красноречиво подняв брови. Вышибала буркнул:
– Слышь, парень, ты бы с матерью почтительнее говорил, что ли.
– Не твоё дело! – огрызнулся Руфус.
Рицпа стояла бледная, раздавленная таким безразличием. Этот мальчик, которому она отдавала всю свою жизнь, всю свою любовь, только что пренебрежительно плюнул ей в душу. Что теперь делать? Как с ним говорить? И надо ли вообще?
– Дара, если хочешь, я выставлю его на улицу, – сочувственно обратился вышибала к растерянной Рицпе.
Она молчала, не зная, что сделать, зато Руфус желчно заметил:
– Правильно, давай, прикажи ему гнать меня вон, своего единственного сына!
– Таких сыновей, как ты, вообще следует топить, – буркнул вышибала.
Руфус надулся, и неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не Ингерам. Он поднялся из-за стола, прошагал к двери и решительно схватил Руфуса за воротник.
– Не волнуйся, братан, мы его забираем, я прослежу, чтобы всё было тихо, – обратился Ингерам к вышибале.
– Ну гляди, – недоверчиво ответил тот, – а то я его в два счёта выкину.
– Всё нормально будет, – улыбнулся Ингерам.
– Эй, эй, а это ещё кто такой? – возопил Руфус. – Я с тобой не пойду! Я вообще тебя не знаю!
– Зато твоя мать знает…
– Плевать мне на то, что она знает!
– Ну, тогда я скажу, что я – офицер Лесной Стражи.
– Срать я хотел на Лесную Стражу и на тебя в том числе!
– В нужнике посрёшь, а здесь веди себя прилично, с нами дамы, – рука у Ингерама была твёрдая. Сейчас Элина узнала бы того самого лейтенанта, который сопровождал её в самой первой поездке в Жадвиль. – Пообедаем да отправимся домой.
Ингерам насильно усадил упирающегося юнца за стол, а в качестве закрепления урока влепил ему подзатыльник. Рицпа вздрогнула, но промолчала. В конце концов, мальчику следует вести себя прилично, и кое-какие уроки ему должен преподать авторитетный мужчина. В отсутствие Рэйшена Ингерам вполне подходил на эту роль.
– Я, может, не собираюсь есть те помои, что могли заказать такие, как вы! – хорохорился Руфус. – И вообще не хочу с вами сидеть за одним столом!
– Будешь сидеть, где покажут, жрать, что дадут, и спать, когда разрешат. Я понятно объясняю?! – тон бывшего лейтенанта был весьма решительным, и юнец стушевался. Получать затрещины ему не хотелось. Это совсем не то, что хамить безответной матери.
Вдобавок он приметил за столом белокурую красотку. Возможно, эта компания будет не так уж плоха. Правда, рядом с красоткой сидел парень, который телячьим взглядом смотрел на неё, но это не беда. Таких парней Руфус в расчёт никогда не принимал. Тем более, что на самого Руфуса парень посматривал настороженно. Ага, уже боится возможного соперника. Руфус даже помыслить не мог, что здесь, в столице, он лицом к лицу столкнулся с тем самым бардом, которого хотел изловить в Военной Слободке родного Жадвиля за похабную песенку.
Рицпа просто радовалась, что сын угомонился, больше не скандалит и даже проявляет любезность к Полли. Всё-таки её мальчик хорошо воспитан! А вот Гри эта любезность пришлась совсем не по нраву. Он сразу почуял соперника, но решил сделать вид, что ничего не замечает. Да и вообще, драться с ним, что ли? На это Гри вряд ли бы решился.
Глава 22
После обеда Руфус несколько отяжелел, поэтому путь "домой" показался ему трудным и долгим. Правда, в конце он рассчитывал на мягкую постель в чистой комнате и, возможно, даже на компанию очаровательной Поллианны. Однако, увидев общую "мужскую" комнату, вновь встал на дыбы:
– Это ещё что такое?! Я не собираюсь делить комнату с какими-то безродными мужланами! Мама! Почему у меня нет отдельной комнаты?!
Рицпа молчала, как молчала всю жизнь, боясь гневливого мужа. Теперь, похоже, место тирана решил занять её единственный сын. Полли нахмурилась, но Руфус истолковал её сведённые брови как-то по-своему. Он решил, что ей хотелось бы уединиться с ним в отдельной комнате, в тишине и комфорте.
– У тебя деньги есть? – деловито вопросил Ингерам.
– Есть немного, а что? – Руфус был сбит с толку этим расчётливым вопросом.
– Я видел, здесь сдаётся комнатёнка под самой крышей. Если столкуешься о цене с хозяином, она твоя.
Руфус похлопал глазами. Денег, которые он вытребовал накануне, осталось совсем немного, и он вовсе не собирался тратить их. Он думал, что мать обо всём позаботится, но эта курица ни на что не способна!
– Ну? – требовательно продолжил бывший лейтенант. – Чего не идёшь? Или передумал? Или ты решил, что кто-то за тебя будет платить? Так учти, денежки счёт любят, каждый платит сам за свои хотелки!
То-то Элина порадовалась бы!
Руфус, немного побурчав себе под нос, согласился на общую комнату и занял свободную кровать.
– Но это пока Рэйшен не вернётся, – нерешительно сказал Гри, обращаясь к Ингераму. – Это же его место.
– Я даже не знаю, вернётся ли он, – мрачно ответствовал Ингерам. – Поэтому пусть уж наш орёл тут сидит. Целее будет.
Руфус поразился. Так этот бешеный дроу был в их компании?! И куда девался? И что делать, когда вернётся? Как с ним справиться? Помнится, отец весьма нелестно говорил об этом Рэйшене, хотя и боялся старый распутник его ужасно.
– А где сейчас ваш Рэйшен? – поинтересовался Руфус. – Он скоро вернётся?
Гри и Ингерам переглянулись. Бывший лейтенант понял, что объяснять придётся ему.
– Так, слушай сюда, но очень коротко…
Из лаконичного объяснения Руфус вынес лишь то, что Рэйшена и его подружку арестовали люди короля.
– Так они
