в зачет, так и быть, не пойдет. Не знаю, кого ты там боишься, но я ближе и убью вас намного быстрее и мучительнее. Итак, задаю первый вопрос. Хочешь, чтобы у супруги уши остались на месте? – провел я пальцем по лезвию стилета.
– Да!
– Ты состоишь в тайной организации?
– Да!– выдавил из себя Мойша.
– Хочешь ребенка понянчить?– продолжал я играть стилетом.
– Да!
– Тайник в доме есть?
– Да! – сдулся Мойша.
***
В небольшом подвале, вход в который, был спрятан внутри шкафа, обнаружился сундук с хитрым замком. Как я и думал, денег в тайнике оказалось немного, как и драгоценных камней. Основное содержимое тайника составляли документы, часть из которых были на немецком, а часть на иврите. Погрузив супругов с мешками на голове, сундук из тайника, золото из меняльной лавки и коллекцию монет в найденную Кнутом повозку и прикрыв их большим покрывалом, мы двинулись к разведанному нами выезду из гетто, ведущему в сторону леса. Того, что нас опознают, я не боялся. Даже не рассчитывая на сегодняшний замес, я не хотел, чтобы нас срисовали у дома Мойши. Поэтому в гетто мы приехали уже в сумерках, верхом, в длинных плащах и широкополых шляпах, закрывающих лицо, а уезжали сейчас вообще в полной темноте. А в это время, пожар в доме Ротшильдов разгорался все сильнее.
Отъехав от Франкфурта километров на десять, мы остановились. Нам срочно требовался новый план, по причине полного провала предыдущего и, одновременно, полного успеха операции. Учитывая небольшое количество вариантов, для выработки нового плана мне потребовался минимум времени. Раз мы все вопросы здесь решили, отрываться от кортежа королевы нам уже не нужно, а это для нас большой плюс. В этих землях разных ландграфов, как собак нерезаных, поэтому мое герцогство здесь тоже не сильно весит. А вот шведская королева-мать, она же родная сестра пусть и усопшего, короля Фридриха Великого, это в германских землях, как ни крути, фигура первой величины. Значит и я, сопровождая такую фигуру, да еще будучи женихом ее дочери, обретаю совсем другой вес.
Отлично, крыша у нас есть, осталось только Ротшильдов пристроить, а вот здесь могли возникнуть проблемы. Если с Мойшей можно было не церемониться, замотали в ковер и закинули во вторую карету с Архипом, то его беременную супругу стоило поберечь, чтобы не случилось чего ненароком. Ведь Мойша мне еще много чего должен: рассказать про свою тайную организацию, перевести все свои книги на немецкий, ну и наконец помочь обнести короля Густава. Думаю, что несчастье с женой или ребенком, не добавит ему энтузиазма в этом деле. Ладно, подумал я, если с Мойшей проблему решаю я, то с его женщиной, пусть моя женщина проблемы разруливает. По моему справедливо!
***
Добравшись до окрестностей Ханау, я отмыл в ручье лицо и, прикрыв окровавленную одежду плащом, один направился во дворец Вильгельма. Время было далеко за полночь, но меня здесь уже знали и я без проблем попал внутрь. Теперь предстояло самое трудное, попасть в комнату к Софии, расположенную в другой половине дворца.
Скинув с себя окровавленный мундир, я надел черный комплект и вылез через окно на улицу. С расположением комнат мне повезло, нам отвели покои на первом этаже, а густые кусты скрывали нижнюю часть окон. Пробравшись вдоль стены до женской половины, я принялся вспоминать расположение комнат в коридоре и считать окна от угла здания. Это был самый ответственный момент, не хватало еще в чужую комнату вломиться. Два раза перепроверив себя, я решился и аккуратно постучал по стеклу. Тишина. Подождав некоторое время, я повторил и удача не отвернулась от меня. Тюль на окне отодвинулась и я увидел через стекло ласкающий взгляд силуэт.
Перемахнув через подоконник, я оказался в комнате и меня окутал запах моей женщины. Поняв, что нужно срочно переключить сознание на выполнение задачи, пока у меня не сорвало крышу, я быстро, но тихо, заговорил:
– Софи, мне нужна твоя помощь, немедленно!
– Что-то случилось! – встревоженно спросила она и вдруг перевела взгляд на расстегнутый ворот куртки, – Иван, у тебя кровь на рубашке, ты что ранен? Давай я тебе помогу, – бросилась она расстегивать куртку.
Я понял, что она увидела кровь охранников Мойши, попавшую мне на рубаху, которую я не стал переодевать и поспешил успокоить ее:
– Любимая, тише, не волнуйся. Это не моя кровь!
Осознав мои слова, она выдохнула с облегчением и обняла меня, прижавшись щекой к моей груди, а я тоже аккуратно обнял ее. Простояв несколько минут, наслаждаясь близостью, я понял, что могу так простоять до утра, и снова начал разговор:
– Софи, помощь нужна беременной женщине, которая поможет нам в нашем деле!
После этого, я рассказал ей о последних событиях и обрисовал ей план. Выслушав меня, Софи прошла в другой конец спальни, где стояли приготовленные к погрузке сундуки с вещами, и через десять минут вернулась с большим свертком.
– Вот, отдашь ей эти вещи, она разберется, что с ними делать, – София отдала мне сверток и обняла, – Иван, прошу тебя, будь осторожен!
***
Учитывая, что до рассвета оставалось не так много времени, ночка мне предстояла веселая. Нужно было незаметно забрать из казармы пару бойцов, на замену Доброго и Кнута, не могу же я утром отправиться в путь без командира гвардейцев. Потом добраться до пленников, произвести замену и инструктаж участников спектакля, а после вернуться назад. И все это пешкодралом, благо до схрона было всего километров пять-шесть. Удача, вкупе с дырявой системой охраны дворца, благоволили нам и с первыми проблесками рассвета, мы скрылись в своих комнатах, радостные, словно вампиры избежавшие смерти при солнечном свете.
А потом наступил черед небольшого театрализованного представления. Вскоре после выезда из Ханау, к карете королевы, в которой я ехал на правах будущего члена семьи, подъехал Добрый и доложил мне, что невдалеке от дороги гвардейцы обнаружили повозку с бесчувственной женщиной. Я, без зазрения совести, приказал остановить кортеж и со всей серьезностью обратился к королеве:
– Ваше Величество, я лично разберусь с этим вопросом. Мы, как добрые христиане, не можем пройти мимо человека, нуждающегося в помощи!
Принцесса, как договаривались, тоже не осталась в стороне:
– Герцог, я иду с вами. Ведь помощь требуется женщине, без меня вы не справитесь!
После этих слов, королева с умилением посмотрела на нас и произнесла:
