семейная реликвия. Подержать не дам — меч нельзя передавать кому-либо, с кем не состоишь в… близких отношениях. Также нельзя оставлять в любом другом месте, кроме руки владельца или родового хранилища в подпространстве, откуда я меч и достал. И да, он всегда был со мной, — невозмутимо ответил эльф сразу на все вопросы. После этого забрал у меня сумку и велел:
— Шевелись активнее, Генриетта. Нам надо очень быстро уходить отсюда, пока оборотень не призвал своих сородичей, и они не придумали, как устроить нам ловушку.
— Да я и так из последних сил бегу! — возмутилась я. Он точно думает, что рядом с ним железный человек, робот, который может идти бесконечно долго и не уставать. И, конечно, не хочет ни есть, ни пить, ни спать.
— Уверен, у тебя еще полно энергии, просто ты привыкла считать себя слабой и неумелой, — эльф сбоку бросил на меня быстрый взгляд. — На самом деле ты очень сильная, Генриетта.
— Сомнительный комплимент, — проворчала я. — Сказать девушке, что она сильная, все равно что назвать ее крутым мужиком.
— Сила бывает разной. Я говорю о другой силе, не о телесной, — Далис протянул руку и столкнул с моего плеча Лебовски, удобно устроившегося там.
— Давай сам передвигайся, нечего на Генриетте кататься, — посоветовал недовольно заверещавшему бахромогу. Показал куда-то вперед. — Доберемся вон до той рощи и отдохнем.
— До нее топать и топать! — ужаснулась я, оценив расстояние до едва заметных, стоящих почти на линии горизонта верхушек деревьев. — Еще и по чистому полю идти: ни деревца, ни тенечка!
— Зато там есть вода, и пространство вокруг будет хорошо просматриваться, значит, оборотни не подкрадутся к нам незамеченными.
— Аргумент, — согласилась я. Помялась, преодолевая свое нежелание менять решения, и все-таки выдавила из себя. — Знаешь, я тут подумала… давай отрежем мои волосы и все остальное сделаем, чтобы мне на мужчину походить.
— Доберемся до рощи и обсудим этот вопрос еще раз, — кивнул эльф, и для меня начался, не знаю, какой по счету круг ада…
Луг, по которому мы шли, был ровным только с виду. На самом деле под густой травой нас подкарауливали бесконечные ловушки. То норы сусликов, куда я постоянно проваливалась, рискуя подвернуть, а то и сломать ногу. То крупные камни, о которые я регулярно спотыкалась, кочки, за которые цеплялась. Да и трава так и норовила обмотаться вокруг лодыжек, словно не хотела меня отпускать.
Солнца стояли в самом зените и просто сводили с ума своим жаром. Про пить и есть я уже и не вспоминала, просто переставляла ноги, машинально отсчитывая одну сотню шагов за другой и надеясь не умереть прямо на ходу.
Лебовски, поначалу бодрячком летевший за нами, вскоре сник, начал бухтеть и жаловаться на тяжелую долю. В конце концов, он просто шлепнулся в траву и прокричал нам вслед, что умирает. Далис развернулся, молча подхватил серо-розовую тушку с земли и закинул себе на плечо. Я с настоящей завистью посмотрела на довольного бахромога: вот бы и меня так, раз и на широкое плечо!
— Крепись, Генриетка, — ехидно прокурлыкал Лебовски в ответ на мой взгляд. — Тебе положено быть сильной и стойкой, а я могу и слабеньким побыть, от меня не убудет.
— От меня бы тоже не убыло, — промычала я сквозь зубы.
Далис оглянулся и вдруг взял мою ладонь в свою. Переплел наши пальцы и потянул меня вперед:
— Еще немного, Генриетта, роща ближе, чем кажется.
Не знаю, что повлияло на меня: удивление, что эльф сам добровольно взял меня за руку, или тепло, идущее от его ладони, но у меня словно второе дыхание открылось. По телу прокатилась волна энергии, воздух перестал казаться сухим и горячим, жажда притихла. Да и на солнца словно накинули полупрозрачную вуаль, сделав их лучи не такими обжигающими.
— Это эльфийская магия мне передалась? — не удержалась я от вопроса.
— Что ты имеешь в виду? — после паузы спросил Далис, не глядя на меня.
— Ну… ты взял меня за руку, и у меня словно сил прибавилось. Уже не так жарко, и пить меньше хочется.
— Возможно, хотя странно. У тебя ведь непроходимость магии, я недавно пробовал с тобой поделиться, и ничего не вышло.
— Странно, — согласилась я и покрепче сжала его приятную, теплую ладонь. Какая бы причина у этого явления ни была, мне только в радость.
Рощи мы достигли минут через сорок. Зашли под сень деревьев, и тут мое ухо уловило божественный звук — журчание ручья.
— Вода! — прохрипела я ликующе.
— Пошли, ручей там, в корнях диралиса. То, что нам нужно, — Далис потянул меня к огромному дереву с белоснежной корой, испещренной черными пятнами. Очень похожее на нашу березу, только по размеру оно было как баобаб: толстенный ствол, раскидистая крона, а вершина теряется где-то под облаками.
Ручеек вытекал прямо из-под его узловатых, выступающих на поверхность корней в неглубокую ямку в земле, и лучшего зрелища я в жизни не видела! Вырвала руку из ладони Далиса, упала рядом на колени и, зачерпывая ладонями воду, постанывая от счастья, начала пить, пить, пить…
Не знаю, через сколько минут я опомнилась и отстранилась от воды: Далис ведь тоже умирает от жажды.
— Твоя очередь, — предложила, поднимаясь с колен. Он отрицательно качнул головой:
— Пей сколько надо, я подожду.
— Успею еще, тебе сейчас нужнее… — отказалась я и отошла в сторону. Мне бы еще и другие потребности удовлетворить, а для этого нужно отыскать укромное местечко. Например, во-он за теми симпатичными кустами.
Сделала к ним несколько шагов, но тут земля ушла у меня из-под ног, и я с громким воплем полетела вниз…
Принц Далисносиор Сталонианиас
Не успел я сделать и пары глотков из ручейка, как раздался вопль, а затем шум падения. Со вздохом поднялся — опять Озерова во что-то вляпалась. Не спеша пошел к тому месту, откуда раздался вскрик: судя по несущимся снизу звукам, с девчонкой все в порядке.
Присел на корточки возле довольно глубокой и узкой ямы в земле, полюбовался на торчащую оттуда рыжую всклокоченную макушку и со вздохом спросил:
— Генриетта, я неясно выразился, когда велел тебе ни на шаг не отходить от меня?
— Мне в туалет надо было! — возмутилась девчонка, задрав ко мне лицо.
— В туалет ходишь со мной, это я тебе тоже говорил.
— Ты что, я буду стесняться! — отмахнулась она и огорошила, ткнув пальцем себе под ноги. — Зато смотри, что я тут нашла! Настоящий клад!
— Что такое «клад»? — не понял я.
— В моем мире так называется сокровище, которое кто-то спрятал в тайном месте,
