в Железную Армию, будучи по локоть в крови, то его просто приняли бы?
— Вступая в Железную Армию, человек лишается своего прошлого, — повторил он. — Однако мы не берём кого попало. Вступающий должен подтвердить физические кондиции. Если Ройм им соответствовал, то его бы взяли. Если нет, то нет.
— Самое бессмысленное, что я слышала, а ведь мне приходится терпеть приступы безумия нашего лидера, — девушка бросила полный презрения взгляд на Ребиса, после чего развернулась, покинув нашу компанию. Путь Веты вёл в сторону выхода из Прантоха, но я не думал, что она собралась уходить. Как минимум, взяла бы припасы. Нет, конечно же нет. Это просто… желание побыть одной?
Брат на её слова лишь фыркнул, но никак не отреагировал.
— Если кто-то сейчас скажет, что мне нужно догнать и успокоить суку, — раздражённо выдала Зана, — тому плюну в рожу. Ну, есть желающие?
— Думаю, найдётся немало извращенцев, которые будут не против, — слабо улыбнулся я.
Зана скривилась, мы продолжили путь.
По дороге я думал обо всём случившемся. Нет, не очередной ссоры с Ветой, которые, признаться, уже стали проходить мимо меня фоном. Я размышлял о правильности собственных действий.
Грайдия… деревня каннибалов. Было ли верным решением убить их всех? Натравить рой, который выжрал бы всю мерзость, заставил её исчезнуть с глаз добропорядочных людей?
И нет, я не считал себя эдаким «мстителем» или «борцом за справедливость». Просто… есть грань.
Есть ведь, верно?
Или… или её нет?
Грань, переходя которую, обычный преступник превращается в мразь, достойную лишь смерти. Есть ли эта грань? Что считается окончательным переходом за неё? Убийство? Если один мужчина убьёт соседа, чтобы забрать его деньги, будет ли он лучше другого, который ограбит сотню людей, но не заберёт ни у одного из них жизнь?
Или ключевую роль играет способ убийства? Удар в сердце или виселица? Яд или потеря крови? А может причина совершения этого убийства? Самозащита или желание наживы? Смерть, как спасение от мучительной боли, или убийство ради причинения этой боли?
Могу ли я определять степень вины? Должен ли руководствоваться неким внутренним компасом или строго определённым кодексом правил? Но какой кодекс взять? Законы прошлого мира? Они здесь не актуальны! Местные? Не проработаны! Ориентироваться на свои чувства? Они могут измениться!
Тупик. Забавно. Нет, правда забавно. Я… не могу сказать, насколько сильно виноваты жители Грайдии. Достойны они жизни или смерти. Я не могу это решить.
Другое дело было с мэром Роймом… Хм, а правда ли другое? Правда ли утверждал Годарт, что нужно наказывать детей, супругу, родителей и близких родственников за грех одного человека? Нужно ли так жестить? И действительно ли вступление в боевое братство «смывает» все преступления?
— Не грузись. Она злится не только на тебя, — тихо сказала Зана. — На всех. На ситуацию. На то, что приходится зависеть от чужих решений.
Моргнув, я несколько секунд соображал, о чём речь. Вета. Точно. Она говорит о ней.
— Честно сказать, я уже смирился, — признался я. — Странно, правда?
Зана хмыкнула и пожала плечами.
— Странно. А что в нашей жизни не странно?
— Решила пофилософствовать? — я растянул Шипы, при этом немного отстав от остальной группы. Не хотел, чтобы подслушивали.
— Самую малость, — Зана показала два пальца на расстоянии сантиметра друг от друга. — Вижу, что ты… задумался.
В отличие от Ребиса, девушка не заметила моего трюка с Аурой. Ну и хорошо.
Я почесал висок. Взгляд скользил по домам и людям, которые выходили наружу. Я смотрел, но почти не замечал их. Просто отмечал краем сознания. Следом покосился на удаляющуюся фигуру Веты. Её тёмные волосы развевались на ветру, а в осанке читалась вся её холодная гордость.
— А ты? — перевёл я взгляд на Зану. Она пожала плечами.
— Злость — роскошь, которую мы не можем себе позволить.
— Думаешь, она успокоится? — спросил я.
— Вообще или сейчас? — русоволоска едва заметно улыбнулась. — Со временем, да.
— Со временем… — протянул я, вспоминая, что с момента моего «предательства» прошло три недели. Три недели! И всё это время Вета демонстрирует свой характер. Сука.
— А ты хочешь, чтобы она простила? Ну, успокоилась? — Зана посмотрела на меня с любопытством.
Коварный вопрос.
— Я хочу вернуть наше прежнее общение, — признался я. — Как когда мы ушли из шахты под Ржавым Источником.
— Только ли этого ты желаешь?
— Хотя бы, — усмехнулся я. — Уже это было бы неплохо.
— Заг… я не считаю, что ты поступил плохо, — её руки обхватили моё плечо. — Может, в той ситуации надо было поступить иначе, но…
Я бросил взгляд на Ребиса. Он негромко болтал с Далконом и выглядел совершенно незаинтересованным нашей беседой. Брага плёлся в стороне, рассматривая носки своих сапог. Ян и вовсе где-то затерялся — видать завернул в один из деревенских домов. Ха-а… я даже не заметил этого!
— Оставим, — взглянул я на Зану и несколько измучено улыбнулся. Смешно, что в последнее время внутренние терзания нагружают меня больше, чем любые внешние. Иной раз кажется, что готов провести десять спаррингов с Годартом, братом или долбаным Зрачком, чем снова столкнуться с Ветой и её претензиями. — Всё слишком сложно. Я… не хочу разгребать поток этого дерьма. Мы с Ветой так и не стали парой, а значит ничего плохого не случилось. Просто не совпали характерами. Не произойди тот случай с Ребом, случилось бы что-то иное с таким же результатом, только и всего.
— Думаешь? По-моему ты загоняешь себя.
— По-моему тоже.
Зана легонько толкнула меня.
— Тогда почему мы продолжаем так страдать?
Я хмыкнул. Задумался.
— Страдать? Не слишком подходящее слово… — сказал я, поймав себя на мысли, что как раз-таки очень подходящее.
— Найди лучше.
— Не знаю, — вздохнул я.
— Зато я знаю, — Зана схватила меня за затылок, наклоняя голову ниже, а потом поцеловала — быстро, почти мимолётно. Её губы, тёплые и мягкие, несли привкус морской соли. — Просто будем счастливы, наплевав на остальных.
Я замер, коснулся лица, будто не веря в только что случившееся. Тепло её ладони на затылке ещё секунду жгло кожу, когда девушка беззвучно хохотнула, подмигнула, разрывая дистанцию и заворачивая за угол ближайшего дома, тут же включая скрытность. Мухи видели, как она оглянулась, чему-то улыбнулась, радостно сверкнула глазами и вприпрыжку понеслась к дому, где мы ночевали.
Лишь сейчас я пришёл в себя. Боже, Загрейн, что за подростковые закидоны, будто бы тебе не под сраку лет! Приди в себя! Начни соображать!
Фыркнув, я мотнул головой. И правда. Загнался. К чёрту все эти проблемы. Зана? Да. Почему нет? Отличная девчонка, которая не ебёт мне мозги. Ну, вроде бы.
