смог проникнуться к нему доверием. Часто ли я в своей жизни видел такие ситуации, когда недоверие большинства в итоге изобличало плохих людей? Вроде бы немало, но в основном такие случаи касались публичных личностей вроде политиков. Здесь же в случае с Доу что-то другое. У каждого просыпалась к нему какая-то личная неприязнь, иногда труднообъяснимая.
— Спасибо, — поблагодарил я и машинально опустил взгляд на свою перевязанную культю. — Вот удача мне сегодня точно не помешает.
Гриф лишь махнул рукой.
Я вышел из длинного дома. Утро только начиналось: над крышами из печных труб подымался дымок, мне повезло застать тот редкий и короткий промежуток времени, когда люди уже проснулись, но ещё не успели выйти на улицы и заполнить округу привычным гомоном.
В этот раз до святыни горцев меня никто не сопровождал. Ни Кайр, ни кто-то из старейшин, ни даже отряд стражи. Это казалось странным, будто Кайр решил испытать меня или спровоцировать на необдуманный поступок. Впрочем, сегодня мне нужно просто придерживаться плана: встретиться с мастером Алькубере и забрать новую руку. Как бы старейшина ни рассчитывал на сюрприз, удивить его сегодня мне было нечем.
Я понимал: всё необходимое для перемещения подготовили заранее, как и в прошлый раз. Кайру даже не нужно было присутствовать лично. Он уже помолился своей богине, либо провёл некий обряд. Впрочем, после вчерашнего разговора я примерно догадывался, как именно он «договаривается» с Саттин.
Ступив в сад камней, я подумал, что сегодня, возможно, воспользуюсь Оком Саттин в последний раз.
Этот сад вокруг выглядел чуждо даже для столицы Горцев. Он мог быть древнее самого Гордо. Я подозревал, что красиво выложенные камни — дело рук вовсе не коренных синеглазых жителей. Только сейчас до меня дошло, что святыня имела нечто общее с храмом Сталрока. Все эти камни будто хотели поговорить со мной, как тот белокаменный обелиск Сталрока, но не могли. Ощущения, пробивающиеся даже через мою толстую кожу, сильно походили на те же, что появлялись в прошлом при разговорах со Сталроком в его храме.
Ветер затих на входе в сад, что можно было объяснить естественной оградой из невысоких скал, но, как обычно, здесь было ещё и теплее, чем в остальном городе.
Я прошёл в центр круга, туда, где камни образовывали идеально ровное кольцо. Три секунды ничего не происходило, но потом воздух над головой завибрировал, порождая рой маленьких вихрей.
Святыня заработала.
Закрученные потоки воздуха начали сходиться в одну точку, и в теле появилось уже знакомое ощущение, будто мир вокруг сильно смещается в одну сторону, а некая сила тянет меня в противоположную.
* * *
Меня выбросило на знакомую поляну неподалёку от землянки Алькубере.
Уже неплохо: на этот раз не надо плестись через уродливый лес и блуждающие голодные тени.
Немного постоял и потоптался на месте, привыкая к ощущению твёрдой земли под ногами. Вроде бы всё выглядит по-прежнему: невзрачная поляна, окружённая лесом и несколькими мёртвыми деревцами, трава местами пожухлая, и, конечно же, деревянный люк в земле.
Над головой висело неизменно странное светило. Тусклый ореол, пустой круг, словно кто-то начал рисовать в небе солнце, но ограничился бледным кольцом и забыл насытить его светом. Ореол находился в зените, я бы сказал, что сейчас полдень, но вряд ли ворчливый Алькубере согласится со мной.
И как он ещё не свихнулся, живя столько времени в этом месте?
Я постучал костяшками пальцев в люк. Из-под земли донёсся знакомый старческий голос.
— Спускайся.
Я открыл люк и осторожно спустился по деревянной лестнице. Внизу было сумрачно, а в нос ударил незнакомый, но по-настоящему скверный запах.
Старик топтался у стола, сгорбившись так сильно, будто разом постарел ещё лет на двадцать. Он даже не обернулся, потому что был слишком поглощён тем, что поставил перед собой на столешницу. Когда я подошёл ближе, в глаза бросилась только огромная стеклянная банка, литра на три, не меньше.
Сначала я не разобрал, что плавает в мутноватой жидкости, но, всмотревшись в содержимое, невольно вздрогнул.
В банке теснились странные создания размером со средний помидор. Они застыли в мутной жиже и не подавали признаков жизни. На первый взгляд существа напоминали уродливых пираний: выпученные остекленевшие глаза и широкие пасти, усеянные мелкими острыми зубами.
Но чем дольше я всматривался, тем меньше сравнивал их с рыбой. У существ обнаружились тонкие лапки с крошечными коготками. За массивными головами тянулись короткие тела с нелепыми горбами. Кожа была бледной и голой, как у только что вылупившихся доисторических ящеров.
Казалось, кто-то решил скрестить хищную рыбу с лысым динозавром, а результат законсервировать в этой банке.
— Ну и дрянь… — пробормотал я.
Алькубере, наконец, вспомнил про меня. Он медленно выпрямился над столом, хрустнув спиной так, что звук разошёлся по всей землянке.
Старик сегодня выглядел довольным и даже гордым.
— Вовремя ты пришёл. Протез готов. — Алькубере прищурился. — Письмо Грифу отдал?
— Отдал.
— А меч свой взял?
— Нет. А нужно было?
Старик отмахнулся.
— Ничего страшного. У меня есть кинжалы. — Он чуть склонил голову, внимательно глядя на меня своими мутноватыми стариковскими глазами. — Главное, что ты умеешь метать оружие. Причём, — он выразительно посмотрел на мою перевязанную культю, — даже нерабочей рукой.
Мне это уже начинало не нравиться.
— Дайте угадаю. Прежде чем я получу протез, вам от меня что-то понадобится.
Алькубере усмехнулся:
— Ну ты же взрослый человек, вон щетина как растёт. Ум у тебя тоже есть, мог бы и раньше догадаться. И не нужно смотреть на меня как на самого последнего обманщика в этом мире.
— Ну, если вы про этот карманный мир, то на такое звание тянете запросто.
Я невольно коснулся подбородка. И правда, зарос. В таких условиях следить за собой — та ещё задачка, а вот Алькубере как-то умудрялся выбриваться, да явно не тупым кинжалом. Точно магией пользуется.
— И что же? Ты откажешься от уже готовой руки, потому что я не попросил тебя чуть раньше оказать мне небольшую услугу?
Ох, как же он лукавил как лукавил. Всем своим нутром я предчувствовал, что его «небольшая услуга» встанет мне посреди горла.
— Я догадывался, — буркнул я, не скрывая недовольства. — Слишком уж просто всё звучало изначально. Чтобы мастер вашего уровня согласился помогать за сущий пустяк?
Старик лишь фыркнул и пренебрежительно отмахнулся.
— Не ворчи. Дело простое будет. К тому же помогаю я тебе только ради Грифа. Потом ведь будешь всем рассказывать, что рука тебе досталась за самые настоящие пустяки. Управимся быстро, пойдём прямо сейчас.
Я даже не знал, во что мне не верится сильнее,
