ему рукой на прощание. Когда Пёрч исчезает, я привычно толкаю дверь библиотеки и звонко здороваюсь в книжную пыль:
— Эрр Гарт! Я пришла…
— Я знаю, — отвечает книжная пыль, — оно на столе.
Хмыкаю. Старик Гарт улыбается мне всеми своими морщинами. Свет, ложашийся на него с окна, заставляет его сиять. Я чувствую, какой признательностью наполняется мое сердце.
— Я сделала все, что смогла, — говорю я библиотекарю тихо, — все, что было в моих силах, чтобы исправить эту несправедливость.
Все с той же улыбкой он кивает. Я неловко смеюсь и меняю тему разговора:
— Ох, какая жалость! Наверное, я опять разминулась со своим дядюшкой!
— Он ушел буквально пару минут назад, — кивает старик и вдруг, глядя мне в глаза, добавляет, — но и он, и Леенна просили передать, что очень гордятся вами, Елена Владимировна.
Мое сердце пропускает удар.
Конечно… Ведь он все знает… Особый дар Круга отрешения. Опускаю голову, спрашиваю тихо и надломленно:
— И что теперь?
Я имею в виду другое. Ведь я исполнила свое предназначение: то, ради чего меня сюда призвали. Кто знает, может, теперь древняя магия захочет отправить меня обратно?
Старик Гарт меня понимает. Он мягко говорит:
— А теперь у тебя, юная Эрра, все будет хорошо. Тебя ждет долгое, счастливое, благополучное будущее с любимым человеком.
Вскидываю на него глаза. Будущее… с любимым человеком? Это невозможно. Я… люблю Дастана — но никогда не буду с ним.
— Был рад нашему знакомству, — добавляет старик Гарт, и эти слова вдруг наполняют меня тревогой.
— О чем… О чем вы говорите, Эрр Гарт? — пугаюсь я. — Вы… куда-то уходите?
— Мне пора, — отвечает он.
— Пора? Но… куда?
По его глазам я понимаю ответ.
— Нет… Нет, Эрр Гарт, что вы такое говорите! Вы не можете… Не можете сейчас уйти! Ведь мир с салларами только-только восстановлен, нам еще столько всего предстоит сделать! Восстановлить земли, проследить, чтобы началось сотрудничество с Арияром, чтобы их начали принимать в Саморрии, а затем и в столице… Эрр Гарт, не бросайте меня, прошу вас!
— Я так долго ждал твоего прихода, что попрал абсолютно все земные законы, — рассмеялся старик Гарт, — и все это время я жил только одной мечтой. Теперь она сбылась — и все лишь благодаря тебе. Ступай, юная Эрра. Моя семья уже давным-давно меня заждалась. Геркхард проводит меня к ним.
На моих глазах вскипают слезы.
— Это несправедливо, — говорю я сердито, вытирая слезы тыльной стороной руки, — вы не должны меня покидать!
— Разве я покидаю? Я всегда буду рядом, Эрра. Всегда буду здесь. Когда ты почувствуешь, что тебе нужно место, чтобы перевести дыхание и собраться с силами, ты можешь прийти сюда. Двери этой библиотеки всегда будут для тебя открыты — так же, как и мои уши, и моя душа. А теперь иди. Не хочу заставлять своих друзей и любимых ждать еще дольше.
— Прощайте, Эрр Гарт, — тихо произношу я. А затем, поддавшись порыву, бросаюсь к нему, крепко обнимаю его сухие плечи и, всхлипнув, выбегаю из библиотеки прочь.
80. Однотомник
— Дрянная девчонка, — шипит Дерр Мариадна. Ее бородавка шипит вместе с ней. Какие же они обе все-таки мерзкие… — Ты притащила в дом какого-то жулика и вместе вы украли у меня докрокки! Думаешь, я оставлю это просто так? И не надейся! Я уже связалась с магистратом, и совсем скоро ты понесешь свое справедливое наказание!
— А вы, моя дорогая тетушка, — я ехидно вздергиваю бровь, — что насчет вас? Вы готовы понести свое наказание за кражу докрокка? Готовы гнить в тюремной камере со мною вместе?
— Ах ты…
— Леенна, что ты делаешь? — раздается голос Варры. — Почему мы тут?
«Тут» — это в особняке Дерр Мариадны. Дом забит до отказа: уж я постаралась собрать тут всех, кого только могла. Легкое пространственное вмешательство — и вот уже добрая половина Саморрии — и не только — находится здесь. Вот из-за спины Дерр Мариадны гневно фыркают мои сестрицы. Вон со второго этажа осторожно кажет свой нос Карт. Вон у дверей презрительно сверкает глазами экономка. Рядом с Дерр Мариадной, по правое ее плечо, стоит насквозь продажный староста и важно поддакивает каждому ее слову. Вон у у горшка с цветком хохотушка Зелла, которая затем разнесет новость среди тех жителей, которые тут не присутствуют. Вон облокотился к двери Пёрч и с видимым удовольствием вкушает представление. Вон ворчун Эл, к мнению которого прислушиваются все старики деревни. Вот стоит обеспокоенная Варра, которую я выдернула десять минут назад прямо с грядок. Вон за ее спиной недоумевающе переглядываются остальные наши работники. И кругом еще десятки других людей, коих я призвала в свидетели.
— Хороший вопрос, — я улыбаюсь Варре, — мы тут, чтобы восстановить справедливость.
Пёрч хмыкает. Я посылаю ему быструю улыбку и возвращаю все свое внимание шипящей Дерр Мариадне.
— Восстановить справедливость? — ее так и трясет от злости. — О чем ты, мелкая дрянь?! И вообще… какого черта ты себя так ведешь? Ты ведь не было… такой! — она машет на меня рукой, явно имея в виду, что я всегда была тихой и робкой — а тут вдруг посмела устраивать нечто из ряда вон.
— О, тетушка, — я улыбаюсь, — я говорю о краже докрокка. Я тут, чтобы наказать человека, который незаконно присвоил себе это лечебное растение.
Она на мгновение немеет. Все тоже удивленно замирают, ибо каждый тут в курсе моего набега с Арсахом, и теперь никто не понимает, отчего я сейчас сама себе рою могилу. Ничего, скоро поймут.
— Ты… — говорит Дерр Мариадна. — Ты признаешь свою вину?
— Я? Нет. Ведь я ничего не крала. Вы сами подарили нам ящик докрокка. Но я говорила не о себе. Я говорила о вас, моя дорогая тетушка. Вы признаетесь, что вы украли докрокк?
Ее глаза округляются, челюсть падает. Наконец, она восстанавливает самообладание и возмущенно восклицает:
— Что за чушь! Я никогда не воровала у самой себя!
— Правда? — «удивляюсь» я. — А вот это… завещание говорит о другом.
Я вскидываю лист бумаги, который всего несколько часов назад взяла со стола старика Гарта. Сердце вновь наполняется тоской и грустной нежностью, но я отгоняю их прочь. Я буду скорбеть позже. Сейчас мне нужны выдержка и все мое присутствие духа, чтобы разрешить последнюю несправедливость, что годами творилась в Саморрии.
— Что это? — спрашивает Варра.
— Это, — громко говорю я, — завещание моего дяди, Дерра Геркхарда. Настоящее завещание.
— Настоящее? — Варра хмурится. Все остальные переводят недоумевающие взгляды с документа в моих руках на вмиг побледневшую Дерр Мариадну. — Что ты имеешь
