К ней немедленно присоединяется нотариус, и принимается объяснять, что ей нужно сделать, чтобы вступить в права наследования. Все остальные тоже расходятся. Вскоре мы остаемся только впятером: я, Пёрч и мои названые брат и сестры. Даже слуги, поняв, что дело пахнет жареным, разбегаются из этого дома, как крысы с тонущего корабля.
— Вот и все, — я обращаюсь к сестричкам и братцу, — закончилось ваше беззаботное существование. Отныне вам придется повзрослеть — и ради себя, и ради вашей матери. Теперь вам всем придется взяться за ум, получить какое-нибудь образование и научиться зарабатывать себе на жизнь самостоятельно. Пусть ваш отец и оставил вам неплохое обеспечение, но я уверена, жить на него с прежним размахом у вас уже не получится. Надеюсь, сегодняшнее происшествие заставит вас открыть глаза и начать заботиться о себе, как положено взрослым людям. Прощайте.
Я улыбаюсь Пёрчу. Он подставляет мне свой локоть, я вдеваю в него свой — и вместе мы навсегда покидаем дом Дерр Мариадны.
Эпилог 1
Проходит два месяца.
Дела потихоньку налаживаются. Мы с Диарой ставим поливайки на поток. Она представляет наши интересы в Ардоге: сама я в столице из-за неофициального приказа императора персона нон-грата. К счастью, это не мешает Шиэрру Шимеру заключить со мной договор на последующие коммерческие изобретения: мои две стихии открывают мне широкий простор для будущих возможностей. В частности, я решаюсь придерживаться концепции услуга в вещи, и у меня уже есть несколько задумок для следующих проектов.
Саллары уже свободно разгуливают по Саморрии и даже заходят в пару соседних городов. Им везде рады. Особенно Арсаху. Тот привлекает много женских взглядов, и поэтому от девушек у него нет отбоя. Впрочем, он не обращает на них особого внимания, полностью сосредоточившись на посадках и поливайках. Правда, я все равно частенько ловлю на себе его жгучие взгляды. От своих слов саллар не отказывается, и каждую свободную минуту старается проводить со мной, соперничая в этом с Рувваной.
Да, дракон тоже здесь. Помогает с поливайками и восстановлением земель — как и Пёрч, который после расформирования отряда подал заявку, чтобы остаться тут уже добровольцем. Я стараюсь не выходить на улицы Саморрии в сопровождении этих троих — уж слишком много внимания мы привлекаем все вместе.
Варра принимает огороды официально. Выяснилось, что после многолетних продаж у Мариадны были огромные финансовые средства на различных счетах. Полагаю, выжав из огородов все, что только можно было, она планировала со спокойной душой перебраться в Ардог и жить там, ни в чем себе не отказывая. Теперь она только и может, что бессильно кусать локти, ведь все ее деньги перешли к ненавистной ею Варре, которая, вдобавок, еще и стала ее поручителем и работодателем одновременно. Правда, Варра полноправной хозяйкой себя все равно не чувствует: она отправила детей на учебу в столицу, а сама продолжает ходить в старых платьях, потратив огромную сумму денег на поддержание и возрождение Саморрии. В частности, теперь над нами защитный купол, который больше не сбоит, и теперь мы спокойно можем гулять днем. Цены на докрокк она сильно снижает, и теперь приобрести лечебное растение может любой желающий.
Я живу в библиотеке. Вернее, в маленькой комнатке на втором этаже. Здесь мне действительно уютно и спокойно, и не отпускает ощущение, что старик Гарт и в самом деле рядом и поддерживает меня, как и раньше.
Единственное, что омрачает мой настрой, это бесконечная тоска по Дастану, которая охватывает меня каждый раз, когда я не занята делом. Все же остальное кажется спокойным и мирным.
Поэтому несложно представить себе мое удивление, когда меня снова похищают. Тому у меня есть единственное объяснение — император. Поэтому, когда меня везут в карете в неизвестном направлении, я лишь удивляюсь, почему оному взбрело в голову меня еще и похищать. Не иначе, еще что-то задумал. Поэтому, когда карета, наконец, останавливается, и мой похититель, открыв дверцу, снимает с меня чары, я, потирая запястья, лишь холодно интересуюсь:
— Твой император окончательно выжил из ума?
— О, — вдруг раздается знакомый бархатный голос, и мой похититель, наконец, снимает капюшон, — порой я придерживаюсь того же мнения.
— Дастан! — выдыхаю я. — Что… что все это значит? Зачем ты меня похитил?
Мое ледяное спокойствие вмиг разбивается при виде его любимого лица. Сердце бьется пойманной птицей и стремится к нему. Я до боли прикусываю губу, чтобы не броситься ему на шею.
— Затем, что однажды, — говорит Дастан, сверкая глазами, — тебя уже похищали, и после этого ты полностью переменила свое мнение о похитителе. Поэтому я решил, что это сработает и в моем случае.
— О чем ты? — тихо говорю я, не сводя с него глаз.
— О том, что два последних месяца ты меня игнорировала. Я отправил тебе столько голосовых шаров — а ты ответила лишь раз, сказав, что мы слишком разные и что нам больше не по пути. И после этого ты выкинула меня из своей жизни. Но знаешь что, Леенна? Ты нужна мне. Да, я скрывал, кто я такой. Я действительно не хотел показывать тебе, каким я был раньше: жестоким, властным, привыкшим командовать всеми и вся — но рядом с тобой я другой. Ты действительно меняешь меня к лучшему, Леенна. И я… уж прости мне мой эгоизм… не собираюсь от тебя отказываться.
С этими словами он подхватывает меня на руки и выносит из кареты. Я ахаю, когда вижу… поселение салларов. И всех своих знакомых: тут Варра, и Пёрч, и Арияр, и Диара, и Сиерра, и даже драконы. Почти все улыбаются. Перевожу на Дастана потерянный взгляд:
— Что это все значит?
— Это значит, — отвечает он, останавливаясь в круге, но не спуская меня с рук, — что я хочу связать свою жизнь с тобой. Я люблю тебя, Леенна. Люблю твой характер, твое упорство, твою доброту и даже твои шипы. Тебе хватило стойкости, чтобы выдернуть меня из лап магического контракта и моего отца. Ни одна другая девушка в мире не смогла бы этого сделать. И я это знаю. И не собираюсь тебя больше отпускать. Я не могу обещать тебе, что в нашей жизни все будет гладко. Но я никогда тебя больше не отпущу — и никому тебя не отдам. Ты моя, Леенна. Всегда была и всегда будешь. И пока ты рядом, я буду твоим Дастаном — таким, каким был, когда мы познакомились. Не надо думать о нас, как о принце и простой девушке, Леенна, не надо строить
