монахов. Такая особа, оказавшись без всяческой поддержки, в экстремальной ситуации может много чего наворотить. Я сама при первом контакте с местными старцу Власию лицо разбила. А тут больше месяца одной в непонятной, местами враждебной обстановке… Ужас!
Но чем дольше мы разговаривали, тем больше таял лёд между нами. Праведницей Аделаиду, конечно, сложно назвать, но ничего сильно криминального она не совершила. Да, иногда прибегала к не самым законным методам. Но исключительно для того, чтобы выжить. И зарабатывала на хлеб насущный, помогая людям, пользуясь не только своим Даром, но и знаниями будущего.
В какой-то момент мы переместились на кухню, где Ада угостила меня не только чаем, но и замечательным пирогом с капустой. Заодно рассказала подробнее о своём Даре. Своеобразненькие таланты! Не только гадает, оказывается, но также видит всякие проклятые места и тварей, связанных с водой, или, как говорит сама Аделаида: с “туманом”.
Наша спокойная беседа внезапно обострилась, когда Крестовская узнала, что я не сама по себе “тусуюсь” в прошлом, а являюсь членом некой тайной государственной организации.
— Шпионка? Из полиции? — с тоской посмотрев мне в глаза, обречённо спросила Аделаида, понимая, что ей плотно “сели на хвост”.
— Нет, конечно, — попыталась успокоить новую знакомую я. — Ты же всё в картах видела.
— Да. Борьба с нечистью.
— Именно. Борьба с упырями всякими, бесноватыми людьми и просто маньяками. Ну это у меня так. Есть и другие девочки, со своими паранормальными способностями. Все вместе мы и присматриваем за городом.
— Не боишься мне с первого раза такую, явно тайную информацию вываливать? — напряглась Ада.
— А чего бояться? — пожала я плечами. — Ты такая же, как и я — попаданка со способностями. Чужая в чужом времени. Ну а то, что вокруг да около не хожу… Ты либо с нами, либо против нас. Решила сразу это выяснить.
— Выяснила?
— Вроде да.
— Следила за мной долго? — не унималась Крестовская.
— Только вчера узнала о твоём существовании. Сама виновата! Нефиг было всякими странными для этого мира словечками разбрасываться. Петька-сапожник про тебя рассказал. Запугала парня на ровном месте.
— Блин… — вздохнула Ада. — Зла я была на него. Из-за денег. Негусто их у меня, вот за языком и не следила.
— А надо следить! — уже жёстко попеняла я.
— Согласна, — не стала оправдываться собеседница. — И сколько вас таких?
— Немного, но все со способностями.
— И все на правительство пашете?
— Естественно. Для того в прошлое и выдернули. Но жалование неплохое получаем, жильём обеспечены. К тому же прикрытие хорошее, и полиция в наши дела не лезет. Ну а если возникнут проблемы, то мигом набегут правильные люди, способные их решить.
— Даже так? — немного повеселела Крестовская. — И всё же, чем вы занимаетесь? Подробнее можно?
Я быстро перечислила фронт работ Стражниц, особо не вдаваясь в детали и делая акцент на собственной службе. Пока ещё рано вводить во все подробности эту не совсем понятную особу.
— И я, получается, такая же?
— Пока, Ада, ты — новенькая. Но мы можем помочь друг другу.
— Зачем? И не называй меня “Ада”. Не люблю.
— Извини, поняла. Затем, что сложно одной выжить в этом мире.
— А если откажусь?
— Тогда, — не стала скрывать я, — мне всё равно придётся доложить о тебе начальству. И уже иные люди будут решать, что с тобой делать.
— Угрожаешь, Ирина?
— Ни в коем случае! Это честное предупреждение. Пойми, что дикой попаданкой ты вряд ли сможешь остаться. Рисковать и пускать дело на самотёк никто не пожелает. А тут тебе и защита, и прочие блага, если сделаешь правильный выбор.
Аделаида надолго задумалась, потом удручённо произнесла:
— Работать на правительство? М-да… К этому меня жизнь не готовила.
— Да я тоже не так своё будущее представляла, — мягко ответила я, не желая сильно давить на собеседницу. — Но ты подумай! Ведь не просто же “на дядю” горбатиться будешь, а за приличное вознаграждение. Смотрю, у тебя и платье, и дом в не самом лучшем состоянии. В деньгах явно нуждаешься. Так почему бы их не заработать официально? Давай, я завтра приду за ответом? Сутки на размышления тебе. Нормально?
— Да. Давай завтра, — слегка отстранённо согласилась Крестовская, погружённая в собственные мысли.
Выйдя на улицу, я направилась к обер-прокурору, абсолютно не переживая, что Крестовская сбежит. Да, барышня она очень сложная, словно дикий зверёк настороженная. Явно помотала её жизнь в прошлом, поэтому никому не доверяет. Но раз умудрилась выжить в такой непростой обстановке, значит, с головой дружит и должна понимать всю выгоду моего предложения.
К тому же я видела, с каким облегчением Ада восприняла тот факт, что не одна в этом мире. Что есть ещё похожие на неё девушки. Не захочет Крестовская сбежать, полностью отрезая себя от крупиц прошлой жизни. Это тонюсенькая ниточка общности согревает не только мою душу, но и остальных Стражниц. И Крестовская исключением не станет, раз таким странным образом, но всё же переместилась в девятнадцатый век. Всё предопределено, и кандидатки выбраны не случайно!
Одновременно впервые посочувствовала Победоносцеву, припомнив наши с ним первые встречи. Даже с поверившей в новую реальность Аделаидой у меня сложился непростой разговор. После него чувствовала себя выжатым лимоном. А каково пришлось Константину Петровичу, пытавшемуся достучаться до разума нескольких эмоциональных девиц из будущего?!
Мысли о Победоносцеве заставили меня остановиться. Так… А стоит ли идти к нему прямо сейчас? Как он себя поведёт, узнав о ещё одной попаданке? Зная маниакальную осторожность и не самый мягонький характер этого политика, можно допустить всё что угодно. Вплоть до того, что к Аде заявится рота жандармов, и упекут бедную девчонку в тюрьму. Ведь её в планах не было! Кресты для Крестовской… Не самый весёлый каламбурчик.
Решено! Пойду на доклад завтра, не давая обер-прокурору времени для размышлений.
Развернувшись, направилась к Петру. Увиденное меня удивило. Сапожник приседал, держа два тяжеленных утюга словно гантели.
— Ты чего тут устроил? — поинтересовалась у раскрасневшегося парня.
— Проклятье гимнастикой выгоняю, — пыхтя, пояснил он. — Как вы велели.
— И что? Есть успехи?
— Не понял. Только пить хочется.
— Расслабься, "атлет". Опасность миновала. Больше нет на тебе сглаза.
— Уф… — бросил он утюги на пол и потянулся за папиросой, лежащей на столе. — Вот спасибо вам, Ирина Петровна! Век благодарен буду! Свечку за вас в церкви…
— А ну, стоять! — жёстко заявила я. — Проклятия больше нет, но осадочек от него остался! Так что полчаса гимнастики в день делать придётся. И курить никак нельзя.
— Совсем? Даже одной затяжечки?
— Не знаю. Не уточняла. Но ты попробуй. Если не скрутит в предсмертных судорогах, то иногда
