я, чувствуя, как холод пробежал по спине.
— Полностью, — подтвердил Стеф, его голос был неожиданно серьёзен. — Если ты готова на такие жертвы, то можешь их оставить.
— И позволить всем исчезнуть? — спросила я, пытаясь понять, насколько всё это реально.
— Да, — ответил Маркус, его взгляд был жёстким. — Это твой выбор. Эйлирия, похоже, была готова к этому, раз оставила тебя на своём месте.
Мои пальцы нервно сжались, пока я пыталась переварить услышанное. Всё это звучало как безумие, но их лица были слишком серьёзными. Я смотрела на них, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть.
Я глубоко вдохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, и задала вопрос, который назревал всё это время:
— Где мы вообще находимся?
— Межмирье, — ответил Аэлрион, коротко глянув на меня, будто эта информация была очевидной.
— Межмирье? — переспросила я, растягивая это странное слово.
— Это место, где живут боги и богини, — пояснил Ретом, его тон был мягче, чем у остальных, но взгляд оставался внимательным.
— Боги? — я невольно фыркнула. — Так вы хотите сказать, что вокруг полно таких, как я?
— Таких, как ты, — с лёгкой усмешкой заметил Стеф, — нет. Но да, боги и богини существуют.
— Тогда почему я не видела никого другого? — насторожилась я, оглядываясь вокруг, словно кто-то мог внезапно появиться.
— Потому что они живут довольно далеко друг от друга, — сказал Илион, его тон был холодным, но в нём чувствовалась серьёзность. — У каждого бога своё место, свои миры. И это хорошо, потому что им не стоит знать о твоей… особенности.
— Значит, мы не одни? — спросила я, пытаясь понять масштаб происходящего.
— Одни, — коротко ответил Маркус. — Эйлирия особо ни с кем не дружила. У неё был тяжёлый характер, мягко говоря.
— А ещё потому, — добавил Стеф с насмешкой, — что ей нравилось, чтобы её никто не трогал.
— Замечательно, — пробормотала я, чувствуя, как всё это становится ещё хуже. — Но если вокруг столько богов, почему вы сказали, что нельзя никому рассказывать про... ну, про то, что я теперь здесь вместо неё?
Наступила пауза, и мужчины переглянулись.
— Потому что тебя убьют, — спокойно сказал Аэлрион.
Я замерла.
— Что?
— Точнее, тебя и твои миры поглотят, — уточнил Илион, его голос звучал так, будто он объяснял что-то элементарное.
— И нас заодно, — добавил Маркус, скрестив руки на груди.
— Почему? — мой голос задрожал.
— Боги не любят слабости, — пояснил Ретом, его зелёные глаза стали серьёзнее. — А для них ты сейчас — слабость.
— Если они узнают, что вместо Эйлирии появилась новая, неопытная душа, — добавил Аэлрион, — они сделают всё, чтобы захватить твои миры и уничтожить тебя.
— Это... безумие, — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Это реальность, — холодно заключил Маркус. — И тебе придётся её принять.
— А почему мои мужья не боги? — спросила я, пытаясь хоть как-то уложить всё услышанное в голове.
— Потому что Эйлирия не хотела делиться властью, — спокойно ответил Аэлрион. — Поэтому она выбирала нас так, как считала нужным.
— Но вы её не любите, — сказала я, больше утверждая, чем спрашивая.
— Нет, — коротко ответил Илион, его голос был ровным, а серебристые глаза холодными.
— Но всё равно стали её мужьями? — я нахмурилась, чувствуя, как внутри растёт непонимание.
— Как видишь, — лениво бросил Стеф, его алые глаза сверкнули, а губы тронула насмешливая улыбка.
— Зачем? — спросила я, внимательно посмотрев на них, пытаясь уловить хоть намёк на ответ.
Они переглянулись, словно не торопясь с объяснением.
— Это уже не важно, — наконец сказал Маркус, его голос был ровным и холодным, а взгляд ледяным. — Изменить это всё равно нельзя.
— Нельзя? — переспросила я, чувствуя, как эти слова звучат приговором.
— Мы связаны с тобой так же, как были связаны с ней, — пояснил Ретом, его зелёные глаза смотрели прямо на меня, в них было что-то мягкое, но от этого не менее пугающее. — Это часть её силы. Узы, которые невозможно разорвать.
Я нахмурилась, пытаясь найти хоть какую-то лазейку в их словах, но их лица говорили, что выхода нет. Я понимала, что пытаюсь выяснить одно и тоже по кругу. Но мне совершенно не хотелось быть связанной с мужчинами, которые не хотят быть связаны ни то, чтобы со мной. Даже с изначальной хозяйкой этого тела. Пленницей была не только я, они тоже. И вот как пошутила богиня. Она оставила нас… или все же меня? Со всеми своими мирами и всей этой ответственностью. Просто потому что… так захотела?
— Она нас выбрала, — добавил Илион, скрестив руки на груди. — Её выбор был окончательным. Мы смирились. И ты смиришься.
Глава 4
— Я могу где-то побыть одна? — спросила я, чувствуя, что мне нужно хотя бы на минуту отключиться от всех этих людей и всей этой странной ситуации.
Аэлрион коротко кивнул.
— Да, — сказал он.
Один из них, кажется, Ретом, шагнул вперёд и указал рукой, приглашая следовать за ним. Мы прошли через несколько залов, и он остановился перед массивной дверью, толкнув её, чтобы открыть.
— Это твои покои, — коротко сказал он, сделав шаг в сторону, чтобы я могла войти.
Я кивнула, чувствуя, что всё ещё не готова ни к разговорам, ни к каким-либо объяснениям. Когда я шагнула внутрь, он без лишних слов закрыл дверь, оставив меня одну.
Комната оказалась огромной. Точнее, это было не просто комната, а целый комплекс. Первой я увидела просторную прихожую, из которой можно было пройти в другие помещения. Я осмотрелась, чувствуя лёгкую растерянность, и направилась дальше.
Следующей оказалась спальня. И когда я говорю "спальня", я имею в виду место, где могла бы разместиться небольшая армия. Огромная кровать в центре комнаты поражала своими размерами — на ней, без преувеличения, могло бы поместиться человек десять. Я замерла, вспоминая их слова, что нам придётся спать вместе, и почувствовала, как лицо заливает жар.
— Нет-нет, — пробормотала я себе под нос, стараясь прогнать эту мысль.
Я поспешила дальше, пытаясь отвлечься, и нашла гардеробную, которая выглядела как мечта модельера. Шкафы, заполненные изысканными платьями, плащами и аксессуарами, занимали несколько стен. Всё выглядело роскошно, но это только усиливало моё чувство чуждости.
Ещё дальше была купальня. Здесь находилась ванна, которая скорее напоминала мини-бассейн. В ней явно могли уместиться несколько человек.
— Не все пятеро, конечно, но двое точно, — пробормотала я и тут же одёрнула себя. — Лира, хватит. Мысли не туда.
Я вернулась в спальню, не решаясь сесть на огромную кровать. Она выглядела слишком внушительно и слишком… совместно. Вместо этого я нашла большое уютное кресло в углу, которое будто приглашало сесть в него.
Опустившись в него, я почувствовала,
