делал. На самом деле это довольно забавно: несколько раз монсеньоры делали мне выговор за ругань. Меня перевели с тепленьких консультационных постов в хороших городах, перевели, выгнали с хорошей канцелярской работы – и все за ругань. Наверно, я пытался быть "модным" священником, я пытался быть реалистом, но все это было притворством. Сквернословие порочит Бога – вот почему мы не должны это делать. Сквернословие отделяет нас от Благодати.
- Кто такая Благодать? Какая-то цыпочка, на которую ты запал?
- Не обращай внимания...
Он мне выговорил, что я ругаюсь. Я в гребаном аду... Это было просто смешно. Она прищурилась, прикрывая глаза от алого света.
Послышались еще более тихие слова.
- Мне нужно многое тебе рассказать. Лучше начать прямо сейчас. Я постараюсь не перегружать тебя.
- Я и так чертовски перегружена.
Лодка покачнулась на очередной кровавой волне. Торс повернул к ней голову.
- Что-то происходит, Рут, это лучший способ взглянуть на это. И нам нужна твоя помощь.
- Нам?
- Я уже говорил, что у меня есть очень мощный источник информации. И не волнуйся, ты не будешь работать бесплатно. В этом есть что-то для нас обоих.
- А тебе-то что? - саркастически спросила она. - Надеюсь, новые руки и ноги.
- Не совсем. Но если мы добьемся успеха, мой приговор к Чистилищу будет отменен, и я буду переведен на Небеса.
- Ах да? И что в этом для меня?
- Твое собственное осуждение в Аду заменят на осуждение в Чистилище.
Ее глаза метнулись к нему.
- Чистилище – это, типа, не Рай, но...
- Но гораздо лучше, чем это, поверь мне.
Ее грязное, но красивое лицо засияло.
- Эти все меняет, чувак! Я в деле!
- Я имею в виду, ну, - он запнулся. - Тут есть небольшая загвоздка.
Счастливая улыбка Рут сменилась острым, как нож, хмурым взглядом.
- Как всегда, блять.
- Да, ты попадешь в Чистилище, но...
- Но что?! - закричала она.
- Но сначала нужно подождать тысячу лет...
Рут хотелось выбросить его тело за борт.
- Тысячу гребаных лет!
- Это не так уж плохо, Рут, учитывая альтернативу, - поспешно добавил он.
- И как долго тебе придется ждать, пока тебя переведут на Небеса?
- Ну, я имею в виду, что если мы с тобой преуспеем в этой миссии, я попаду на Небеса... немедленно.
- О, это действительно справедливо! - Рут начала подниматься. - Я сброшу твою задницу за борт, ублюдок! К черту все это дерьмо! Провела всю свою жизнь на земле, получая дерьмо от мужчин, и теперь я снова получаю дерьмо! Клянусь тебе!
- Рут! Что ты говоришь! Не упусти свой единственный шанс выбраться отсюда. Тебе предложили то, чего здесь больше никто никогда не получит: надежду.
Эта перспектива заставила ее остыть.
- Честная сделка – никакого дерьма, никакого обмана?
- Честная сделка, Рут. И никакого дерьма.
Рут задумалась над этим. Возможно, причина, по которой она никогда не была хорошим человеком, заключалась в том, что ей никогда не везло на честные сделки. "Наверно, это лучше, чем ткнуть в глаз острой палкой", - подумала она.
- Нам предстоит долгий путь. Прежде всего, мы должны быть очень осторожны, - сказал он. - Я не был и... ну, теперь ты видишь, что со мной случилось.
Она снова посмотрела на его обрубки.
- Что с тобой случилось?
Что-то похожее на жабу с кожистыми крыльями хлопало над головой.
- Мой источник предвидела твое прибытие в Море Калиостро, но, к сожалению, не предвидела, что меня расчленят.
Рут это уловила.
- Она?
Священник проигнорировал вопрос.
- Это не надежно, даже с самой мощной Небесной Магией. По всему Мефистополису разбросаны очаги Гексафлюксов. Это похоже на электромагнитное поле в живом мире, которое мешает радиоволнам. Эти шестигранные флексы интерферируют с телепатическими длинами волн. Мы должны брать то, что можем получить.
- Ты так и не сказал мне, что случилось с твоими руками и ногами! - крикнула она.
- Извини, я иногда путаюсь. В течение нескольких месяцев я наблюдал за районом на материке – за местом под названием Погром-парк, а также за некоторыми другими местами. Я готовился к твоему появлению. Но мне не повезло, я попал прямо в центр Муниципальной Зоны увечий, и Отряд Скифов добрался до меня. Помни, здесь все наоборот. В живом мире есть дворники, которые убирают грязь и мусор с дорог, верно? А здесь у них есть Зоны увечий. Правительственные учреждения убирают людей с улиц. Они убивают все, что движется, и это законно.
Рут уставилась на него.
- Обычно они сгребают трупы и части тел в колесные бункеры, когда все заканчивается, а затем везут все это на Районную станцию варки целлюлозы, но для меня сделали исключение.
- Почему? - спросила она, широко раскрыв глаза и очень тихо.
- Потому что они увидели мой римский воротник. Они знали, что я священник, и, видя, что я один из проклятых людей – так они думали – они знали, что мое духовное тело не может быть убито простым расчленением. Поэтому они бросили меня в море Калиостро, чтобы продолжить мои мучения.
Лодка качнулась. Рут посмотрела на кровь... и могла поклясться, что видела, как что-то плывет в красной мгле.
- Лучше не смотреть, Рут, - посоветовал Александр. - Там внизу есть вещи, которые ты не захочешь видеть. Пятидесятифутовые миноги, Флебото-Рыбы, морские гигапеды... Просто... не смотри.
Рут вздрогнула и отвела взгляд.
- Вот на что я хочу, чтобы ты посмотрела. - Он по ошибке поднял обрубок, как бы указывая на левый борт. - Теперь мы ближе. Надень Глаз бездны и смотри на берег, пока не увидишь порт.
Рут снова поднесла отвратительную штуку к глазам и посмотрела.
Затаив дыхание, она смотрела на странный городской пейзаж, обрамляющий край моря. Перед ним были мириады доков, заполненных лодками, и большие корабли, пришвартованные там. На заднем плане возвышались здания, похожие на кондоминиумы, но они выглядели...
- Что это за место?
- Он называется Порт Вульгаресса, самый дорогой сектор района Гнилого порта. Видишь все эти квартиры? Если ты думала, что во Флориде бум недвижимости, то это ничто по сравнению с этим местом. Гнилой порт – самая дорогая собственность на кровавом фронте во всем Аду.
Рут увеличила Глаз. Показались квартиры с высокими балконами... в некотором роде нечеткие. Никаких ровных краев
