Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
— Блин! Кха-кха! — закашлялся он обезвоженным горлом. — Полцарства за кружку слюней! — желание помятого Адом парня лишь с виду выглядело диким и несуразным, на деле тут каждый мечтал о подобном, а уж потом шли остальные мелкие радости. — Так о чем это мы? — шмыгнув носом, и словно между прочим переспросил юноша, чувствуя саднящее горло, а девушка промолчала. — Надо тебе это знать? — он понял, что та упорная и ненароком скользнул по груди взглядом, морально готовясь ответить, но внешне оставаясь бесстрастным, как подполковник ФСБ.
— Я женщина, а значит любопытная. Такой ответ сойдет? — она вперилась в него карими глазами.
— Любопытная… Хм… Судя по словам Лкетинга… — он повернулся и посмотрел на моргнувшего в ответ масаи. — У тебя душа воина, а уж он в людях понимает больше, чем ты в шампунях, — привычно сыграл на женской слабости мальчишка, зная, как любит мыть волосы слабый пол, а нынешние спутавшиеся сосульки прямо-таки плакали от страданий. — Какое любопытство? Признайся честно! Остальные нас боятся, ты же нет, а ведь им не менее любопытно, чем тебе! — Дима улыбнулся, забыв про красноглазого, покручивающего мачете сатира, держащегося отдельно от чертей.
Та игру приняла, продолжая машинально раскачивать мирно сопящего малыша.
— Хорошо. Представим, что он отличный чтец человеческих душ и характеров… — Лкетинг кивнул, будто говоря: «Спасибо, аплодисментов не надо!» — Увидевший во мне душу воина, но… Здесь, в Аду любая мать обзаведется душой воина. Разве нет?
— Нет! — совершенно серьезно ответил юноша, поправляя круглую железяку на шее и механически ковыряясь в грязном пупке. — Матери бывают разные и некоторые выпьют кровь своего младенца, чтобы избавиться от жажды, ты же ведешь себя подобно обладающей разумом волчице. Рычишь лишь на тех, кого действительно загрызешь, а на управляющих твоей жизнью даже не пикаешь, строя из себя пай-девочку. Так, что не надо ля-ля-ля. Ты очень умная и храбрая.
Девушка любопытно склонила голову набок, изучая парня и ни капли не смущаясь «подружек», замерших в позах «ничего не слышу и почти сплю».
— И почему ты мне при жизни на Земле не попался? Умен, хорош собой, почти бесстрашен внешне, да и уникальный ожог на лбу… — она облизнула белесым языком пухлые, но изрядно потрескавшиеся губы и этой изуродованной жаждой красоты хватило, чтобы у Дмитрия налились кровью чресла, а он сам мысленно застонал «бл. ть». — И здесь очень даже ничего… — девчонка играла в хищные игры, забыв на какое-то время, что у нее все плохо и в этом все женщины.
По крайней мере, настоящие и живущие полной жизнью до победного конца или славной гибели. Они используют любые возможности, дабы поиграть подобно кошкам, кувыркаясь и бесконечно вставая на ноги, но самое главное — они принадлежат, либо одному, либо сразу многим. Ведь, если выбранные ими мужчины не обладают нужными качествами, то их — эти качества — приходится добирать их из других кандидатов в горячие постели озорных красавиц с душой воина.
— Хорош, а? — незлобно и сконфужено пробормотал Дима, прикрывая разбогатевшее хозяйство. — Я понимаю, что мужиками ты крутить умеешь, но это единственная моя слабость, в остальном ты меня не переплюнешь, — уверил он девицу нет-нет, но бросавшую взгляд между ног юноши.
— А я и не спорю… — она еще несколько секунд глядела туда же, а после перекинулась на спящего малыша. — По тебе, да и твоим друзьям видно… — девчонка поглаживала личико младенца. — И когда это вы вообще познакомиться успели? — задала вопрос сама себе, и лишь после повернула голову. — То, что остальные по сравнению с вами ни о чем, сразу видно! — она улыбнулась. — И рядом с вами тремя очень защищено, — ее улыбка стала еще больше, а масаи с японцем кивнули, благодаря за честный комплимент, повышающий личную самооценку. — Меня Лиза зовут! — наконец произнесла свое имя молодая мать, все-таки открывшись странным, выделяющимся спутникам среди массы безликих рабов.
— Дима, а это Такеши и Лкетинг, — лохматый азиат приветливо поднял руку, а покрытый шрамами масаи просто кивнул и отстраненно уставился в противоположную стену, непонятно, что там выискивая.
— Так, кто такие «Спящие»? — настырная девица не собиралась отставать, и юноша открыл рот с разбитыми губами, дабы все-таки ответить целеустремленной женщине, как раздался надрывный вой огромной, открывающейся двери, заставивший напрячься и испуганно дернуться всех до единого рабов.
Одновременно с жалобным стоном металлической воротины слышался приближающийся шум чего-то тяжелого и вроде железного, ну и само собой в уши хлынули насыщенные болью крики заключенных в клетках коридора. Несчастным узникам не давали покоя ни днем, ни ночью, да и отсутствовало в этом месте время суток, что наполняло еще большей безнадежностью.
— Ну, как вы тут!! Небось, соскучились?! Ха-ха-ха!! — гнусавый бас, вкупе с мерзким хохотом, заставили узников еще больше помрачнеть, как-никак крепкий сон в небольшой и тихой компании мускулистых чертей с молчаливым сатиром, являлся более приятным, чем непредсказуемое и полное опасностей времяпровождение с возвращающейся рогатой братией. — Смотрите без резких движений мне! А то укорочу ножи с ручками! — свиномордые демоны вернулись и заходили внутрь, сопровождаясь несколькими, в ногу цокающими чертями, но говорил, как обычно только один. — Мы тут проснулись и представьте себе… Вспомнили! Вы, наверное, пить хотите, а господин Джумоук не любит, когда товар жаждой портится, поэтому вам везут воду! Вкусную и холодную! Предупреждаю! — болтливый, парнокопытный увалень быстро и умело выхватил из-за спины зазубренный клинок, звонко постучав по полу. — Если кто-то не напьется из-за жадности остальных, пострадают все! У нас в Аду, в отличие от Земли не страшно потерять пару конечностей! — он с усилием провел мачте по камню, издав мерзкий звук, усиливающий эффект предупреждения. — Быстро вырастим новые, но до этого ходить без ноги, как минимум неудобно! Ха-ха-ха! — он снова гнусаво захохотал, запрокинув в потолок морду со свиным пятаком, а приближающийся и глушащий коридорные крики боли грохот был совсем рядом.
В ответ сатиру вернулись напряженное молчание и разглядывание собственных грязных ногтей, что в принципе являлось знаком согласия на приведенные выше, веские аргументы. Желающих лишиться ноги, руки, пальца, да и просто случайно дернуться в сторону чертей, так «красочно» расписываемых в детских сказках, не наблюдалось, тем более рогатые себя отлично показали. Многим до сих пор икалось и дергалось глазом, а самых отчаянных дураков убили еще в Сортировочной, оставив лишь наиболее трезвомыслящих рабов. И пусть многие неустанно ноют, тормозят и остаются непоколебимой в своей серости безмозглой толпой, но все-таки идут, подгоняемые электрическим кнутом и несколькими десятками адских жителей.
Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
