даже на это не хватит смелости, Уолтер. Чем больше людей причиняют тебе боль, тем менее агрессивно ты защищаешься. Ты просто слабак. Ты слишком хороший парень, чтобы сделать это здесь или где-нибудь еще. Я не говорю тебе того, что тебе нужно знать - ты хочешь выбросить меня обратно на помойку. Но даже на это ты не способен.
Мелькнуло лишь смутное желание развернуться и бросить ее. Но она была права. Он не мог никого выбросить, хотя люди выбрасывали его всю жизнь. Безымянная была его единственным другом. Конечно, она была не из таких, но, тем не менее, она была другом.
Металлическая табличка на кирпичной стене гласила: "Обязательная зона проявления привязанности". Мужчина и женщина-бесенок, взявшись за руки, прогуливались по дорожке. Женщина держала цветок, и они оба смотрели друг на друга с глубочайшей любовью в глазах.
- Обязательные публичные проявления привязанности? - Обиженно спросил Уолтер.
Внезапно Бес завыл, и раздался мокрый звук - тук-тук-тук!; Уолтер пришел в ужас от того, что увидел.
Женщина-бесенок вонзила в пах своего партнера маленький топорик. Зеленая кровь взметнулась вверх, когда мужчина забился на тротуаре. А дальше: тук-тук-тук!
... топорик врезался ему в грудь, прямо через ребра. Больше крови петлей вверх. Ее намерения были ясны: она вырывала его сердце.
- Не привязанность, Уолтер. - Безымянная закатила глаза. - Публичные проявления жестокости. Да, и взгляни вон туда. Видишь ее?
Тощая девушка, человек, одетая в парусиновые лохмотья вместо одежды, лежала, раскинув руки и выпучив глаза, в дверном проеме через улицу. Она была беременна, но ее раздутый живот, казалось, резко сдувался, и из-под ее рваной юбки выползали существа, похожие на головастиков - но размером с белок - на маленьких ручках и ножках. Девушка рожала детенышей этих тварей, и когда Уолтер угрюмо взглянул на одного из них, он увидел, что у него было лицо, в котором отражались черты самой девушки.
"О Господи!" - Подумал Уолтер, задыхаясь от одного только вида этого зрелища.
- В аду люди не могут размножаться друг с другом, - объяснила Безымянная из-под его руки, - потому что у них есть души. Но человеческие женщины могут забеременеть от межвидового секса. У этой девушки все плохо, наверно, ее изнасиловал Тролль. Те штуки, что выходят из нее, называются Поллихопперами, продукт новейшего ЗППП - Condylomo Abhorrius. Инфекция производит опухоли шейки матки, которые всасывают любую сперму, попадающую во влагалище, затем мутирует каждый сперматозоид со своей собственной ДНК и выпускает ее обратно в матку.
- Меня сейчас стошнит, сейчас стошнит! - Приговаривал Уолтер.
- Не надо, Уолтер. Ты уже знаешь, что твоя эфирная блевотина светится в темноте. Это выдаст тебя.
Уолтер, пошатываясь, шел вперед по этой адской городской трясине. Ему хотелось плакать, он был подавлен. Это место было таким жестоким и отвратительным - как оно вообще могло существовать? Здесь жестокость живого мира обретала плоть, символы и тонкости становились физическими и реальными.
Все это создано одним человеком, чтобы наказать людей за их грехи?
- Позволь мне сказать тебе кое-что, Уолтер, - сказала голова. - Я понимаю твое замешательство, понимаю, что ты чувствуешь. Ты не знаешь, какой цели на самом деле служит это место - ты ученый, академик, и это кажется нелогичным. Но нелогичность - это сама по себе логика. Ты понимаешь?
- Вовсе нет. Ни капельки, - простонал Уолтер.
- Если возьмешь импульс, стоящий за сознательным желанием быть добрым, и импульс, стоящий за сознательным желанием быть злым, если сложишь их вместе и посмотришь на них очень внимательно, ты увидишь... это одно и то же.
Снова эзотерическая болтовня. Уолтер просто застонал еще сильнее, его отчаяние росло. Каждый шаг, казалось, удваивал его замешательство.
- Что ты имела в виду, когда сказала, что я план Б?
- План А провалился.
- Ты только что мне это сказала! - Он начинал раздражаться. - Что это значит?
- У Люцифера есть грандиозный план. Вообще-то он, вроде как, похож на тебя...
- Спасибо.
- Я имею в виду, что все, чего он хочет, это быть любимым. Но тот, кого он хочет больше всего любить, изгнал его. Так что теперь он живет ради мести. Ты уже знаешь, что такое Эфириец. А как насчет Эфириссы?
Наконец-то прямой разговор.
- Да, я читал о них в "Пробуждениях Люцифуга". Эфирисса - это женщина-Эфириец.
- Правильно. И пока мы говорим, одна из них сейчас в живом мире. Она была планом А. Люциферу для его плана нужны либо Эфирисса, либо Эфириец. Он попытался схватить Эфириссу, но она ускользнула. План А провалился. Остается план Б. Люцифер не смог поймать Эфириссу, поэтому теперь он попытается поймать тебя. Он хочет использовать тебя.
Уолтер, пошатываясь, пошел дальше. "Люцифер хочет использовать меня", - мелькнула вкрадчивая мысль. Он не хотел больше ничего слышать, не хотел даже пытаться понять. Он шаркал по дороге, а Како-крысы попискивали.
- Куда мы идем? - спросил он. Его голос звучал глухо.
- К Кэндис, - сказала Безымянная.
2
Курган лежал к югу от города. Так он и назывался - просто Курган. Он был четыреста футов в длину и тридцать в высоту, просто длинный, поросший травой холм. Никто не говорил об этом, но местные историки точно знали, что это было: братская могила для сотен индейцев Мускоге, которые были убиты адъютантами Эндрю Джексона в начале 1800-х годов. Ходили слухи, что в Кургане водятся привидения. Этот слух был правдой, но это не имело значения.
Курган был мощным Тупиком.
- Я чувствую это, - сказала Кэсси себе под нос.
- О да, - ответила Ангелиза.
Они пересекли город пешком, ускользая в темноте от обломков клиники. После того, как слияние закончилось и все компоненты ада пространственно переместились, клиника и ее собственность лежали в руинах, тлея. В новостях сообщат об очередной катастрофической утечке газа, но это тоже не имеет значения.
Дело в том, что силы, пытавшиеся похитить Кэсси, потерпели неудачу.
Та часть города, что окружала Курган, казалась заброшенной, в основном ветхие солончаки и ветхие машины в выжженных солнцем дворах. Но когда они приблизились, Кэсси почувствовала, как что-то невидимое ползет по ее коже. Ангелиза замолчала, словно что-то почувствовав.
- Кто-то уже побывал здесь через Тупик, - прошептала она.
Кэсси вспомнила, что ангел сказал ей несколько ночей назад.
- Эфириец, - догадалась она.
- Да. Он уже на другой стороне.
- А это хорошо или плохо?
- Плохо, -
