состоится, как мы и планировали через три месяца. Ничто не повлияет на моё решение заключить брак с Кларисой.
Карлос провожает меня до экипажа и помогает подняться по ступенькам. Прощаясь со мной, он чуть дольше, чем допускают правила этикета, держит мою руку в своей. Его красивые глаза в темноте подъездной аллеи завораживают меня пугающей глубиной. Я готова тонуть в этих бездонных озёрах всю жизнь. Смотрю на герцога не в силах оторваться. Моё сердце переполняют чувства и мысли, но я молчу, не находя слов, чтобы выразить всё, что у меня на душе.
— Клариса, даже если целое королевство будет против, я сделаю вас своей герцогиней… Моё желание обладать вами слишком сильно, чтобы я мог от него отказаться. Вы с таким жаром и страстью отвечали на мой поцелуй, что мне хочется подхватить вас на руки, отнести в спальню и всю ночь любоваться изгибами обнажённого тела и распущенными волосами на шёлке простыней. — Карлос жадно целует мою руку, а меня трясёт словно в лихорадке. — С нетерпением жду нашу свадьбу…
Поцелуй герцога обжигает мне кожу на руке, несмотря на вечернюю прохладу, и я, почти теряя сознание, не знаю, как остановить это безумие. Вздох от горечи скорой разлуки срывается с моих губ, но я могу лишь смотреть на Карлоса не в силах пошевелиться.
Улыбнувшись мне своей коварной улыбкой, он отпускает мою руку и быстрым шагом возвращается во дворец.
В растерянности от произошедшего, смотрю как отец, вежливо распрощавшись с новыми родственниками, садится в экипаж, и улыбка сразу же сходит с его лица.
— Кажется, моя дорогая дочь, этот брак и твоё будущее висят на волоске.
— Не волнуйся, отец, герцог — человек слова, и раз уж он по неизвестным нам причинам выбрал меня, свадьба непременно состоится. — Мой голос дрожит, но отец занят размышлениями и не придаёт этому значения.
Я в полном смятении… Несмотря на тихую жизнь вдали от светского общества, я, конечно, читала несколько фривольных французских романов и знаю, что имел в виду Карлос. Но сейчас меня больше всего волнует не это. Всё-таки муж и жена должны состоять в близких отношениях.
Поведение Дона Франсиско очень меня напугало. Если бы не Мануэль, всё закончилось бы ужасным позором. Я не могу рассказать об этом Карлосу, тем более сейчас, когда у него и без меня добавится хлопот. Но и сама разрешить эту ситуацию я не в силах.
— Приехали… Клариса, ложись спать пораньше. Завтра важный день… Обговорим с Карлосом последние детали свадьбы и начнём приготовления. Времени у нас немного.
* * *
Глубокой ночью, лёжа в постели и разглядывая причудливые тени на потолке, не могу избавиться от плохого предчувствую. Гнетущая тяжесть в груди давит словно кладбищенская плита, и я еле дышу. Никогда раньше я не страдала бессонницей, но здесь, в столице испанской империи, это уже входит в привычку.
* * *
— Беда! Страшное несчастье вторглось в нашу спокойную жизнь. За что славный род Абрантес подвергся таким испытаниям?
Просыпаюсь под визгливые крики и узнаю голос второй тёти по линии отца. Она приехала для знакомства с моим будущим мужем, но почему рано утром я слышу её высокий голос? И о какой беде она твердит?
— Мария, пожалуйста, тише, Клариса спит. Незачем так пугать её, к тому же ещё ничего не известно…
— Что тебе не ясно? Уже вся столица знает — ваш драгоценный Карлос пропал. Передумал жениться на несчастной простушке Кларисе и сбежал. Агустин, брат, что ты планируешь делать? Ты же понимаешь, такую скомпрометированную девицу никто не возьмёт замуж?
14 Глава
Луна скромно заглядывает в приоткрытое окно, а причудливые тени все так же ползут по стенам комнаты, протягивая ко мне ветви-щупальца.
Прошло уже три дня с того солнечного утра, когда я услышала, что Карлос отказался жениться и уехал в неизвестном направлении, а я никак не могу поверить.
Все эти дни в нашем доме так тихо и тоскливо, словно кто-то умер.
Я всегда знала — мы с герцогом не пара, но всё равно обидно и больно, что он бросил меня вот так, будто вор, исчезнув без объяснений и не сказав ни единого слова.
А что самое обидное — теперь я знаю, стоит ему вернуться, и я прощу всё. Нет смысла врать себе, будто я затеяла это только ради выгодного брака.
Мне нравится Карлос уже давно и очень сильно. Неважно герцог он, незаконный сын короля, генерал военного флота или кто угодно ещё, я всего лишь хочу быть с ним.
— Клариса, ужин на столе. Ты должна спуститься и поесть. Нельзя так себя изводить. К завтраку и обеду ты не притронулась, но подумай хотя бы обо мне, твоём отце, спускайся к ужину.
Голос папы звучит устало и с надломом. Он, конечно, переживает, что из-за его надежд на лучшее положение единственная дочь теперь проживёт жизнь в одиночестве, а в памяти людей останется старой девой.
— Скажи, когда захочешь вернуться в поместье деда, и я отвезу тебя. Там, в домашней обстановке, среди бескрайних полей, твоё настроение улучшится, и жизнь вернётся в привычное русло.
— Я пока не хочу уезжать и оставлять тебя одного. — Стараюсь, чтобы отец не заметил, как охрип от рыданий мой голос.
Нервно теребя кружевную оборку на платье, смотрю в окно.
— Кроме того… — На мгновение замолкаю, и, набравшись смелости, продолжаю со вздохом. — Вдруг Карлос вернётся? Мало ли что могло случиться… Ему пришлось срочно уехать по делам… Что, если он приедет, а меня здесь нет?
— Клариса, ты уже не ребёнок и должна понимать — если бы он хотел, написать пару слов на клочке бумаги и передать со слугой ему бы ничего не стоило. Какие могут быть сомнения в том, что он самым неприличным и жестоким образом тебя бросил?
— Я понимаю, папа, но всё равно…
— Закончим на этом, Клариса. Через десять минут жду тебя внизу и даже не вздумай остаться в своей комнате.
Шаги отца удаляются, и я снова предоставлена сама себе. Пожалуй, мне действительно нужно позаботиться о здоровье и поесть.
Нехотя встаю с кровати и оглядываю себя в огромном зеркале. Тёмные круги под глазами, угрюмо опущенные уголки губ, измождённое лицо… Я выгляжу на десять лет старше, чем была всего три дня назад. Обязательно заставлю себя съесть ужин…
Через десять минут, как и сказал отец, спускаюсь в столовую. Повар приготовил столько еды, что можно накормить всех голодающих в новом свете.
Заставляю
