следующий раз, когда захочется высказаться.
В полной тишине повисает неловкая пауза, а я краснею до кончиков волос.
Совсем не так я представляла себе этот вечер. Пожалуй, Мануэль прав, и я попала в настоящее змеиное логово.
— Карлос, неужели ради какой-то девицы ты будешь так пренебрежительно относиться к нам, твоим близким людям?
— Тере, хватит! Карлос женится на ней, и она тоже станет нашей семьёй. — София почему-то заступается за меня. Возможно, она, как и я, не хочет скандала за ужином.
— Ну и пусть! Не желаю иметь с ней ничего общего! Я ухожу! — Тереза со скрипом отодвигает изящное кресло и встаёт из-за стола. — Мама, пойдём!
— Карлос, прошу нас простить… После смерти отца у Тере был срыв, и теперь она подвержена нервным припадкам. Мы лучше пойдём, чтобы не портить никому настроение. София, ты останься… — Дама в алом торопится к выходу вслед за Терезой, едва взглянув на свою вторую дочь.
— Конечно, мама, я, как всегда, буду терпеть и краснеть за сестру. — София говорит очень тихо, но я сижу рядом с ней, поэтому слышу и её слова, и горечь в голосе. Кузина, которая сначала встретила меня очень грубо, на самом деле не так плоха, по сравнению с сестрой.
— Что ж… Дон Агустин, Клариса, прошу прощения за столь неприятную сцену, но в семействе Альба не все члены семьи — милые люди. Надеюсь, вы не обратите внимания на глупости Терезы.
Глядя на отца, вижу, как неприятно ему было слушать оскорбления в мой адрес, но ведь именно он хочет породниться с уважаемым родом. С самого начала мы знали, что меня будут считать недостойной партией для герцога Альбы.
— Ничего, Дон Карлос, в нашей семье тоже был случай буйного помешательства, так что мы без осуждения воспринимаем такие заболевания.
С ужасом смотрю на отца. Находясь в гостях во дворце Лирия, он обозвал кузину Карлоса сумасшедшей.
Начинаю сомневаться, что эта свадьба состоится…
В тишине зала, где не слышно даже звяканье вилок о фамильный фарфор, вдруг раздаётся громкий смех.
С удивлением смотрю в противоположный конец стола, хотя по голосу и так понимаю — смеётся Мануэль.
— Вот и отлично! Две семьи с психическими отклонениями свяжут себя крепкими, брачными узами… Что может быть прекраснее? Предлагаю отметить, наконец, это грандиозное событие. — Мануэль делает знак слугам, и те наливают херес в бокалы всех присутствующих. — Клариса, добро пожаловать в нашу безумную семью!
София слева от меня, — хихикает, Карлос, сидящий справа — вздыхает, а мне начинает казаться, что всё это действительно какое-то безумие.
За ужином я еле отвечаю на вопросы, не могу сосредоточиться и с трудом запоминаю членов семьи Альба. К моей радости, отец, после своего грубого высказывания в адрес Терезы, воспрянул духом и с удовольствием общается с будущими родственниками.
Ближе к подаче десертов в зал спускается Дон Франсиско. Я снова испытываю тот же стыд, что и в тёмном коридоре. Страх сковывает меня, и я не могу его даже поприветствовать. К счастью, Мануэль заводит с ним какую-то беседу, и дядя Карлоса теряет ко мне интерес.
Когда волна страха отступает, а Дон Франсиско отказавшись от десерта, уходит, я успокаиваюсь и разглядываю Мануэля.
Уверена, сейчас он завёл разговор с дядей специально. Да и в коридоре второго этажа он появился неспроста. Однако у меня нет ответа, почему он мне помогает. Судя по его лицу, манере говорить и особенно острому взгляду, он весьма умён, хоть и прикидывается недалёким и грубым. У него должна быть причина, чтобы встать на сторону невесты Карлоса.
— Клариса, думаю, нам пора. Завтра Карлос нанесёт ответный визит, и все условности, связанные с помолвкой, можно будет считать соблюдёнными.
Отец выглядит вполне довольным, несмотря на малоприятное начало ужина.
— Ваша Светлость, у меня для вас важная новость прямо из дворца! — Слуга вбегает в зал с белым как полотно лицом. В его трясущихся руках виднеется клочок бумаги.
— Что там ещё? Говори быстрее! — В недовольстве Карлоса чувствуется тревога.
— Его Величество король Испании Карлос II скончался…
13 Глава
В главном зале роскошного дворца Лирия воцаряется гробовая тишина. Ни шороха, ни звука, ни жужжания пролетающей мимо мухи… Слышно только напряжённое дыхание членов семьи Карлоса, во взглядах которых читается злорадство.
— Поздравляю, неродной брат! Скоро на тебя откроют охоту, и, надеюсь, ты к ней готов.
Мануэль прерывает молчание в своей издевательской манере. Произнося малоприятные для Карлоса слова, он, скорее всего, надеется вызвать у названого брата раздражение.
Все смотрят на герцога Альбу, ожидая его реакции, но он замер словно статуя.
Не представляю, что он чувствует… Его мать уже покинула этот свет и ушла в мир иной, а отец… В силу обстоятельств не мог признать Карлоса своим сыном при жизни, а теперь мой жених лишился и второго родителя.
Забыв о приличиях и нормах поведения, быстро стягиваю с правой руки тонкую кружевную перчатку и кладу её поверх кулака герцога. Только после этого под осуждающий шёпот его оцепенение проходит, и он окидывает взором присутствующих.
— Не волнуйся брат, я готов ко всему. В том числе стать королём.
Совершенно недопустимые слова, но Карлос произносит их легко и с улыбкой.
Смотрю на него во все глаза… Он непредсказуемый, сложный, резкий, но в то же время умный и внимательный. Брак с ним не будет простым. Убеждаюсь в этом очередной раз и вздыхаю.
— Мне очень жаль… Примите мои соболезнования. — Кажется, я лишилась голоса и могу только тихо прошептать слова поддержки.
— Всё в порядке, Клариса. Мы не были близки при жизни короля, что даёт мне право не особо грустить и после его смерти.
Голос Карлоса не слышен никому, кроме меня, так низко он наклонился к моему уху.
— Монарх только умер, а ты уже нашёптываешь всякие непотребства своей невесте. Поведение, недостойное истинного подданного испанской короны.
Чувствую, как кулак Карлоса сжимается ещё сильнее под моей ладонью, и пристально смотрю на Мануэля. Если он не прекратит так себя вести, приём в честь помолвки может плохо закончиться.
— Дон Карлос, мы с дочерью оставим вас. Смею ли я надеяться нам ваш ответный визит завтра, согласно договорённости? — Мой отец, услышав весть о смерти короля, занервничал.
Герцог Альба не является официально признанным ребёнком, поэтому не обязан держать траур, но все при дворе знают, чей он сын, и людская молва может осуждать его за скорое заключение брака. Поэтому отец и спрашивает Карлоса о завтрашнем визите.
— Не волнуйтесь, Дон Агустин, я обязательно приеду! Свадьба
