вчера, да к тому же этот шторм…
Рамзи поморщился:
— Насколько я понимаю, шторм для Торси — явление вполне обычное. Или я не прав?
— Прав, бывают бури и пострашней, но во время вчерашнего шторма умер лэрд, поэтому приготовься принимать соболезнования. К тебе сейчас нагрянет вся округа.
Рамзи кивнул и, повернувшись к лестнице, сообщил:
— Сигни сказала, что позавтракает и придет помочь по хозяйству.
— Она очень хорошая, — тепло сказала экономка. — Старый лэрд успел попросить тебя жениться на ней?
Рамзи замер, положив руку на перила лестницы.
— Да, он говорил мне об этом несколько раз, но у нас с Сигни есть кое-какие сомнения.
— Еще довольно рано, — сказала миссис Донован, меняя тему разговора, — так что приводи себя в порядок, у тебя есть время.
Поднимаясь в свою комнату, Рамзи размышлял о том, что в последние годы, ему без труда удавалось сохранять свою личную жизнь в тайне. Теперь он вспомнил о недостатках жизни на островах: здесь все знали, чем ты занимаешься, ничего невозможно было скрыть от окружающих — и к этому придется снова привыкать.
Быстро умывшись и побрившись, он переоделся в черное — сюртук и брюки, — что подходило для встречи с визитерами. Было еще рано, и он спустился в кухню, чтобы позавтракать.
У кухарки, миссис Амундсон, было мрачное лицо, а у двух ее помощниц — красные от слез глаза, и время от времени они шмыгали носом. Рамзи представился им и поблагодарил за соболезнования. Младшая из помощниц не сдержалась и разразилась бурными слезами. Неделя обещала быть длинной и тяжелой, поскольку все вокруг оплакивали потерю человека, по которому еще долго будут тосковать.
Миссис Амундсон приготовила плотный завтрак из яиц, ветчины и жареного картофеля.
— Тебе нужно набраться сил, парень.
Опять это «парень»… Когда уже старшие слуги перестанут называть его так? Скорее всего, никогда. И что еще важнее, сколько времени потребуется, чтобы он привык к месту, которое так мало ему подходило.
Глава 9
У парадного входа в дом поставили дежурить слугу, и вскоре в дверь постучался первый гость. Рамзи вышел в прихожую и увидел своего родственника Роальда, который прибыл в сопровождении высокого юноши и миловидной девушки, — по-видимому, своих детей, — приходившихся Рамзи троюродными кузенами.
Преисполненный решимости проявить гостеприимство, Рамзи подошел к гостям и протянул руку двоюродному дяде.
— Роальд, рад тебя видеть! Спасибо, что пришел. Как давно мы не виделись…
— И кто в этом виноват? — едва ли не весело спросил Роальд, пожимая ему руку. В его волосах появилась седина, но выглядел он ухоженным и солидным. — Все это время я жил здесь, на островах. Жаль, что мы снова встретились при таких печальных обстоятельствах. Я слышал, ты вернулся домой только вчера?
— Да, но с дедушкой попрощаться успел, чему очень рад, — сказал Рамзи и продолжил, меняя тему разговора: — Я слышал, ты весьма преуспел в бизнесе.
— Так оно и есть, — с самодовольным видом подтвердил Роальд. — Приезжай ко мне на завод, когда будет время.
— Обязательно приеду, — пообещал Рамзи. — Я планирую после похорон, как только немного приду в себя, объехать все острова архипелага: познакомиться с людьми и осмотреть местность.
Роальд кивнул и, с гордостью указав на молодых людей, спросил:
— Ты помнишь моего сына Акселя и дочь Аннабел?
Рамзи протянул Акселю руку:
— Рад видеть тебя. Ты, я помню, подавал большие надежды в школе. Ну и как, университет же закончил?
В глазах Акселя промелькнуло что-то вроде раздражения, но ответил он ровным голосом:
— Нет, я решил остаться на Торси: буду управлять семейным бизнесом.
Похоже, Аксель не по своей воле остался жить на островах под одной крышей с отцом: наверняка предпочел бы отправиться в Эдинбург, что было неудивительно, учитывая возраст молодого человека. Сам Рамзи в свое время с большой охотой отправился учиться в университет, поскольку был рад возможности увидеть мир за пределами островов, а Дункан всегда поощрял его тягу к знаниям.
Повернувшись к Аннабел, которая за эти годы превратилась в юную красавицу, Рамзи улыбнулся:
— Хоть это и звучит банально, но мне хочется воскликнуть: «Боже, как ты выросла!»
Девушка улыбнулась и, окинув его откровенно оценивающим взглядом, заметила:
— Я еще училась грамоте, когда ты уехал с островов. Рада снова видеть тебя, Кай. — Аннабел кокетливо склонила голову. — Говорят, ты собираешься жениться на Сигни Матисон?
— Откуда берутся эти слухи? — раздался резкий женский голос.
В прихожую вошла Сигни. В черном платье строгого покроя она выглядела еще более стройной и властной, а золотисто-рыжие волосы, уложенные в корону из кос, делали ее выше. Нордическая богиня во плоти!
— Мы с Рамзи едва знаем друг друга, — добавила она, подходя к ним.
— Это легко исправить, — сказала Аннабел, бросив на Сигни оценивающий взгляд. — Ведь Кай, насколько я знаю, останется здесь. Говорят, ты была правой рукой старого лэрда, так что, думаю, поможешь Каю справиться с новыми обязанностями.
— Да, тем более, что это не займет много времени: Кай умный парень, — заметила Сигни. — Как только увижу, что он освоился на новом месте, я займусь своими делами.
Рамзи насторожился: ничего подобного она ему не говорила, и заявил:
— Мне кажется, ты переоцениваешь мои способности и недооцениваешь свои знания.
— Поживем — увидим, — сказала Сигни.
По выражению ее лица Рамзи понял, что она заметила интерес Аннабел к нему, и закатил глаза. Аннабел хоть и хороша собой, но слишком молода и, на его взгляд, довольно поверхностна. К счастью, он умел избегать ловушек, которые расставляли на него женщины.
— Предлагаю провести поминки после похорон лэрда в моей усадьбе Морские дары, — сказал Роальд. — У нас много места, да и от собора недалеко.
— Спасибо. Это было бы очень удобно, — поблагодарил его Рамзи.
Он принял предложение двоюродного дяди, хотя подозревал, что оно было продиктовано скорее политическими интересами, нежели бескорыстной готовностью помочь родственникам.
— Мне сказали, что для поминальной трапезы уже выбрали быка, которого зажарят к столу.
— Это прекрасная новость, — сказал Роальд, — особенно для тех, кто в последнее время почти не ел мяса.
Рамзи немного удивился замечанию дяди. Жители Торси питались в основном дарами моря, но на островах к тому же выращивали крупный рогатый скот, так что говядина не была редкостью. Однако что-либо спросить у дяди он не успел: входная дверь снова открылась, и в дом вошли еще несколько человек.
Извинившись перед родственниками, Рамзи и Сигни подошли к новоприбывшим.
— Это Джордж и Бесс Филдинг, фермеры с южной оконечности Мейнленда, добрые люди, — тихо сказала Сигни. — Их младшая дочь Бетси работает учительницей в
