опыт.
— Красивым женщинам нелегко приходится в этом мире, — задумчиво произнес Брок. — Мужчин ослепляет красота.
— Верно. — Она одарила его искренней улыбкой. — Я принимаю ваше предложение, майор Маккензи. Мне потребуется неделя, а возможно, и две, чтобы собрать материалы, необходимые для занятий с вашей Сигни, и подготовиться к отъезду. Вас это устраивает?
Брок предпочел бы отправиться на острова раньше но, что поделаешь: придется подстраиваться под мисс Маклауд.
— Да, вполне, а что касается Сигни — она вовсе не моя.
— Чья же она? — зачем-то поинтересовалась Софи.
Ее вопрос так удивил Брока, что он брякнул не подумав:
— Кая Рамзи. Мы вместе выросли, и вот теперь, похоже, дружба Кая и Сигни перерастает в нечто большее…
Софи рассмеялась и стала похожа на озорную семнадцатилетнюю девчонку.
— Значит, я участвую в кампании вашего лэрда по завоеванию сердца дамы?
Теперь рассмеялся Брок:
— Я только высказал свое предположение. Но Сигни действительно талантлива, вам будет интересно поработать с ней, а поскольку вы сами родом с островов, думаю, вам понравится эта поездка. У нас нет гор, как на вашем родном острове Скай, но вас не оставят равнодушной дикие суровые пейзажи Мейнленда и наша переменчивая погода.
— Острова — это что-то особенное, — проговорила Софи с мечтательным выражением лица. — Каждый из них уникален, но, когда живешь на архипелаге, создается ощущение, что оторвана от мира.
— Честно говоря, я не задумывался об этом, — признался Брок. — Я родился на острове и отношусь к нему так же, как рыба относится к воде. В детстве это был мой мир, и теперь я снова вернулся туда, где вырос.
— После того как побывали в Португалии и Испании?
— И не только.
Софи давно догадалась, что он воевал. У Брока сложилось впечатление, что она видела его насквозь. Казалось, ее кошачьи глаза смотрели ему прямо в душу.
— У вас интересное лицо, майор, — задумчиво произнесла Софи. — Я бы хотела написать ваш портрет.
Брок рассмеялся:
— Нет уж, лучше продолжайте писать пейзажи!
Укладывая работы Сигни в папку, Брок с удовольствием подумал, что обратный путь домой, похоже, будет гораздо увлекательнее.
Глава 27
Войдя в покои лэрда, Рамзи увидел, что Сигни разливает вино к ужину. День был трудным и долгим, и он страшно устал. Если бы Сигни не увела его с Фионина склона, он, вероятно, провел бы за раскопками корабля викингов всю ночь. Однако этот корабль простоял там несколько столетий, и мог подождать еще пару суток.
Приняв горячую ванну, Рамзи переоделся в свободный, доходивший до щиколоток черный индийский халат. Сигни тоже была в длинном халате с поясом, только синего цвета. Такая одежда для молодых людей, не состоящих в браке, считалась бы верхом неприличия где-нибудь на континенте, но они были на Торси, где правила можно нарушать.
Сигни протянула Рамзи бокал с вином:
— Я решила, что стоит отметить твое возвращение и сегодняшнюю находку. Попробуй, это лучшее вино из погреба твоего деда.
Он поднял бокал и провозгласил:
— За старого лэрда, который среди прочего разбирался еще и в вине!
Сделав пару глотков, Сигни расплылась в улыбке и спросила:
— Тебе удалось познакомиться с Йаном Маклином в Стромбурге?
— Да, и я согласен с твоим предложением сделать его мировым судьей, непременно назначу его на эту должность.
Выпив немного вина, Рамзи открыл блокнот и просмотрел свои записи. Ему хотелось узнать мнение Сигни по многим вопросам, возникшим у него во время поездок по островам, но настоящая причина, по которой он предложил поужинать вместе в его покоях, заключалась в желании остаться с ней наедине.
Их близкое общение не казалось ему чем-то неправильным.
Рамзи уже заканчивал просматривать свои путевые заметки, когда ему на колени неожиданно прыгнул Один.
— Ты голоден, мой мальчик? — спросил он, поглаживая кота, который смотрел на него своим единственным пиратским глазом. — Ты пришел ко мне, потому что пропустил ужин и умираешь с голоду?
Сигни рассмеялась:
— Он, скорее всего, уже поужинал на кухне, но решил, что можно еще поживиться. Вот и явился сюда в надежде разжалобить тебя и выпросить что-нибудь вкусненькое.
— Один не был бы Одином, если бы упускал возможность поесть и поспать, — рассмеялся Рамзи.
Серая шерсть кота была невероятно мягкой, лоснящейся. Это был настоящий красавец среди сородичей. Рамзи гладил Одина, а думал о великолепных волосах Сигни. В нем вспыхнуло желание прикоснуться к этим золотисто-рыжим прядям, сейчас стянутым голубой лентой. Хоть все ее женские прелести, кроме ладоней и волос, были тщательно прикрыты, в комнате царила какая-то особая, даже интимная атмосфера.
Рамзи опять подумал, что ужин не состоящих в браке мужчины и женщины в совершенно неподходящем одеянии и в такой возмутительной обстановке в Лондоне привел бы к необходимости немедленно пойти к алтарю. Что, в общем-то, было бы и неплохо…
— Мне не хочется сегодня говорить о делах, устал, — признался Рамзи. — Поездка была полезной, я увидел острова нашего архипелага, познакомился с интересными людьми, но разговор об этом можно отложить на завтра.
Сигни улыбнулась:
— Тебе не терпится поговорить о корабле викингов, я права? Да, это необыкновенная находка. Мне хочется поскорее узнать, что скрывается под слоем песка и почвы.
— Мне тоже. — Рамзи столкнул Одина с колен. — Иди к своей подруге, лодырь, а то она заскучала.
— Они с Фионой неплохо поладили, — заметила Сигни.
Рамзи встал и посмотрел ей в глаза:
— Да, мне хочется поговорить о корабле викингов, но гораздо больше я хочу обнять тебя. Две недели разлуки показались мне целой вечностью.
Он протянул ей руку, и она вложила в его ладонь свою и поднялась со стула, не сводя взгляда с Рамзи. Не говоря ни слова, они слились в объятии и долго не размыкали рук. Сначала Сигни была немного напряжена, но вскоре расслабилась, ее теплое тело стало податливым. Как хорошо, что она высокая: можно зарыться лицом в ее густые шелковистые волосы. Вот только лента мешала, и он ловко развязал ее.
— Я постоянно думаю о тебе, — прошептал он ей на ухо. — Не могу спать.
Сигни тихо рассмеялась:
— Бедный, ты спал один! Мне-то было проще: я делила постель с Фионой и Одином — а с ними не соскучишься.
— Когда я гостил у Янсенов на Истри, со мной в постели спал Чифтен, их гигантский пес, сам пришел и лег ко мне под бок. Прогонять его не было никакого смысла, у меня бы это все равно не вышло. Я уверен, ты с ним знакома. — Рамзи усмехнулся. — Эта огромная зверюга воняла так, как и положено псу,
