Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 168
Уитни молча уставилась на герцога. Хотя его тон был далек от шутливого, однако уголок рта подозрительно дернулся в гримасе, сильно похожей на улыбку. Подумать только, а она тряслась от страха при одной мысли о том, в каком он, должно быть, бешенстве!
– Вы настоящий дьявол, – прошептала она, не зная, то ли смеяться, то ли наброситься на него.
– Вряд ли вас можно посчитать ангелом, – издевательски бросил Клейтон.
Весь день Уитни терзалась противоречивыми эмоциями: гневом, страхом, тоской и обидой, – не зная, что ожидает впереди и какова будет месть Клейтона. И теперь, глядя в это красивое лицо человека, который вовсе не собирался преследовать ее и, очевидно, забавлялся происходящим, девушка потеряла последние остатки самообладания. Зеленые глаза затуманились слезами усталого облегчения.
– Это был самый ужасный день, – прошептала она.
– Вероятно, потому, что вы тосковали по мне, – заметил он так язвительно, что плечи Уитни затряслись от подавленного смеха.
– Тосковала по вам? – неверяще хихикнула она. – Да я с радостью вонзила бы вам кинжал в сердце!
– Но тогда мой призрак преследовал бы вас до могилы, – угрожающе пообещал он.
– И это единственная причина, почему вы еще живы, – пояснила девушка.
И тут веселый смешок почему-то закончился сдавленными рыданиями, и по щекам потекли слезы.
Клейтон нежно обнял ее за плечи, предлагая безмолвное утешение, и Уитни приняла его. Повернувшись к нему, она уткнулась лицом в его фрак цвета голубиного крыла и выплакала свои беды и неудачи в объятиях человека, ставшего их причиной. Наконец соленый поток иссяк, но Уитни не спешила отстраниться и крепче припала щекой к теплой, мускулистой, надежной груди.
– Чувствуете себя получше? – пробормотал он.
Уитни покорно кивнула и, взяв протянутый платок, вытерла глаза.
– Последний раз я плакала, когда мне было двенадцать лет, но с тех пор, как вернулась домой, только и делаю, что рыдаю. – Подняв голову, она неожиданно заметила в его глазах нечто вроде мучительного сожаления, и тихо сказала: – Могу я спросить у вас кое-что?
– Все, что угодно.
– Все, что в ваших силах и в пределах разумного, конечно, – напомнила Уитни, всхлипывая и улыбаясь одновременно.
Не отвечая на беззлобный укол, Клейтон лишь наклонил голову.
– Что заставило вас пойти на эту… эту выходку в духе средневековья? – спросила она спокойно, без всякой запальчивости. – Что вынудило вас обратиться к моему отцу, не поговорив со мной, едва зная меня?
И хотя его лицо по-прежнему оставалось бесстрастным, Уитни почувствовала, как напряглись его мышцы, и торопливо объяснила:
– Я только пытаюсь понять ход ваших мыслей. Мы не слишком поладили на маскараде у Арманов. Я посмеялась над вашим титулом и отвергла ваши ухаживания, однако вы решили, что желаете жениться именно на мне и ни на ком другом. Почему?
– А что вы думаете по этому поводу?
– Не знаю. Ни один мужчина не делает предложения женщине лишь затем, чтобы мучить ее и разрушить жизнь, поэтому у вас должна быть другая причина.
Несмотря на то, что слова Уитни звучали несколько оскорбительно, Клейтон улыбнулся, поскольку пребывал в прекрасном расположении духа: Уитни позволила ему держать ее в объятиях.
– Не можете же вы осуждать меня за то, что я хочу вас, в противном случае вам пришлось бы проклинать всех мужчин. Я признаю, что браки по расчету отдают средневековьем, но они приняты в лучших семьях Европы. Таков обычай!
– В вашей семье, вероятно, – вздохнула Уитни, – но не в моей. И не могу поверить, будто в подобных браках не существует ни малейшего шанса на то, что супруги в конце концов не начинают испытывать друг к другу какое-то подобие нежного чувства и даже, вероятно, нечто вроде любви.
– Но можете ли вы поклясться, что никогда не испытывали ко мне симпатии? – мягко настаивал он. – Даже против воли?
В голосе не слышалось ни вызова, ни издевательских ноток, провоцирующих на спор, и неизменное чувство справедливости помешало Уитни ответить резкостью. Неловко пожав плечами, она отвела глаза:
– Иногда.
– Но всегда против воли? – шутливо осведомился Клейтон.
Уитни, сама того не желая, улыбнулась.
– Против воли и всех доводов рассудка.
Взгляд Клейтона потеплел, и Уитни поспешила сменить тему:
– Вы обещали объяснить, почему хотите жениться на мне.
– Откуда мне было знать, что вы станете презирать меня с самой первой встречи? – возразил он.
– Клейтон! – взорвалась Уитни, но тут же замерла от удивления при звуках собственного голоса, назвавшего герцога по имени, и поспешно исправила ошибку: – Милорд герцог…
– Мне больше понравилось другое обращение.
– Милорд герцог, – упрямо повторила девушка, поняв, что хрупкий момент перемирия вот-вот грозит закончиться, – не стоит отвечать на мой вопрос вопросом. Почему, во имя Господа, вам взбрело в голову явиться сюда и сделать мне предложение? – Осознав наконец, что он прижимает ее к себе, Уитни поспешно отпрянула. – Только не трудитесь уверять, что влюбились в меня с первого взгляда!
– Я и не собирался, – покладисто согласился Клейтон. – Как вы сами сказали, в то время мы почти не были знакомы.
Уитни повернулась спиной к нему, не в силах понять, почему его ответ причинил ей такую боль.
– Чудесно, – с горечью пробормотала она. – Теперь между нами все абсолютно ясно. Вы встретили меня раза два и, ничего не зная обо мне, приехали в Англию и приобрели себе невесту у моего алчного, оставшегося без гроша отца, который сумел выторговать кругленькую сумму, а потом послал за мной, чтобы вручить вам покупку!
Она резко повернулась, горя нетерпением ринуться в битву, но Клейтон молча смотрел на нее, непроницаемо-хладнокровный, невозмутимый, отказываясь поднять брошенную перчатку.
Рассерженная Уитни в отчаянии рухнула на стул и подняла несколько карт.
– Это солитер, – объявила она, вновь начиная игру. – Последняя мода во Франции, но предназначается лишь для одного человека.
Клейтон внимательно присмотрелся к разложенным картам.
– Кажется, миледи, на этом этапе потребуется двое.
Наклонившись, он сделал четыре хода, которые просмотрела Уитни, потому что Катберт постоянно заглядывал через плечо, мешая думать.
– Спасибо, – поблагодарила Уитни, – но я предпочла бы играть одна.
Клейтон направился к двери, и Уитни облегченно вздохнула, решив, что он наконец уходит. Но вместо этого он подозвал слугу и что-то тихо сказал. Минуту спустя герцог вернулся и поставил на стол красивую резную шкатулку из розового дерева, принадлежавшую ее отцу. Откинув крышку, он вынул оттуда стопку деревянных фишек, похожих на те, которыми пользовались дядя Эдвард и его друзья, когда садились играть в карты на деньги.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 168
