набираю ответ.
Я: «Давай в другой раз».
На этот раз он молчит не меньше чем полминуты, оставаясь при этом в Сети. Принимает тот факт, что я ему отказываю!
baghunter: «Ок. Спокойной ночи».
Я отмечаю его сообщение сердечком и запускаю телефон в дальний конец дивана.
Глава 32
Среда
В семь утра я гоняю по кругу его голосовое с мыслью о том, как сильно его задела. Я ведь задела! Он собирался отдать мне все свои свободные часы. Минуты. То, чего я так отчаянно добивалась, влезая на его территорию всеми доступными путями, и он меня пустил. Не просто на территорию, а практически себе под кожу, притом что не привык своими чувствами сорить. Я вытащила их из него. Упрямо вытащила.
И у меня от его чувств дрожат колени. Ведь Багхантер тоже живет под моей кожей, даже сейчас, когда в моей голове это гребаная дистанция!
Он разозлился?
Я не в состоянии даже пожелать ему доброго утра. Каждый раз, когда заношу пальцы над клавиатурой телефона, сворачиваю переписку, потому что боюсь получить еще одно приглашение, к которому не готова.
В семь утра я уже знаю, что должна делать. Я должна… попробовать договориться.
Без… эмоций. Без тех чувств, которые я испытываю к Багхантеру. Без своих чувств. Спросить, что мы… моя семья можем сделать, чтобы… урегулировать ситуацию мирным путем.
Обсудить такие возможности. Рассмотреть. Донести до него, насколько это… для моей семьи важно…
Я пытаюсь уложить это обращение в какой-то план. Пытаюсь подобрать слова, частично проговаривая их вслух, перебирая!
Моя кухня позволяет делать только четыре шага в одну сторону и четыре — в другую, этого для меня мало, но я выгляжу слишком замызганно, чтобы выходить на улицу даже для выноса мусора.
Мне нужно в душ, мне нужно поесть, но я продолжаю мерить кухню шагами, потому что мысли тянут меня в разные стороны.
Начиная с того, что, возможно, прямо сейчас Багхантер закручивает гайки моему брату, заканчивая тем, что за вчерашний день он не выложил ни одного сторис.
Его поездка вообще осталась за кадром, я знала о ней только потому, что он мне об этом сказал. И о своем возвращении тоже.
Я привожу себя в порядок горячим душем в десять утра, тогда же получаю звонок от матери. Ее голос уставший, я не сомневалась, что ночь у нее будет бессонной, тем не менее слова звучат… решительно.
— Кирилл дал нам своего юриста, — говорит мама. — Хороший юрист. Он посмотрит договор, отец как раз ему отправляет… Кирилл еще попробует помочь с адвокатом…
С учетом того, какой рывок сейчас сделала карьера Голикова, у него, вполне возможно, есть собственный адвокат, но я… я просто уверена, что у Багхантера он лучше!
Его сторис продолжает молчать и в течение дня. Это непривычно, ведь обычно я могла хоть примерно представлять, как выглядит его день, а теперь я понятия не имею, где он находится даже в четыре часа.
Все это время я мучаюсь от нашей молчащей переписки.
Я не писала, и он тоже.
Багхантер молчит, и, вопреки всему, что я о нем знаю — о его взвешенности и уравновешенности, я терзаюсь вопросом: он меня наказывает?
Этот вопрос к четырем дня сделал из моих мозгов отбивную, и, вполне возможно, в любой другой ситуации я бы спросила у него напрямую. Ведь Багхантер предпочитает демонстрировать свои чувства в совершенно развернутом виде, без утайки! В ответ на эту мысль до дрожи в коленях меня захватывает другой вопрос: он бы сказал мне правду?
Мое сердце стучит в ритме выраженной тахикардии, когда, сидя за столиком уличного кафе, я не знаю, что Охотнику написать.
Спросить, как проходит его день?
Наша вчерашняя переписка делает этот вариант плохой идеей.
Я неподвижно сижу на стуле, глядя на лежащий перед собой телефон и сложив на коленях руки.
В конечном итоге я делаю фото того, как солнечный луч зайчиком играет на моих коленях, и отправляю Багхантеру…
Глава 33
Тимур любит повторять, что я талантливая. Он добавляет слово «очень». Считает, что у меня как минимум фотографический взгляд. Что я могу, выражаясь его словами, «из говна сделать конфетку». Считает упущением то, что я никогда не занималась фотографией или не проходила курсы по современному искусству. Считает, что мне пора расширять диапазон.
Багхантер тоже не остается равнодушным.
В нашей переписке нет ни одного фото, которое он не отметил бы своей реакцией. И я знаю, что он ставит их не просто так. Он… мои фото изучает, даже если это сердечко на кофейной пене…
Паша отправляет свою реакцию через минуту. Читает мое сообщение через минуту.
baghunter: «Красиво».
Я тру ладонями колени, не замечая этой нервозной реакции.
Меня сжирает непонимание того, в каком Паша настроении. Волнует меня настолько, что я на секунду забываю обо всем. О Максе, о родителях. Просто смотрю на подсвеченное экраном слово и тру колени!
За пределами навеса начинают шуршать капли дождя, и это вытряхивает меня из транса.
Я: «Я собираюсь пообедать».
baghunter: «Я тоже».
Я: «Давай сделаем это вместе?»
Написав это, я, разумеется, имею в виду виртуальный обед. Мы ни разу не обедали вместе в реальности, потому что, как правило, находимся в разных частях города, да и вообще наши графики в течение дня абсолютно не совпадают, поэтому ответ Паши застает меня врасплох.
baghunter: «Куда мне подъехать?»
У меня на шее начинает биться жилка. Я зажимаю пальцами виски, заправляю за уши волосы. И слишком задерживаю ответ. Сегодня не специально, просто он выбил меня из колеи!
Я быстро отправляю свою геолокацию, в ответ Охотник присылает сводку со своего навигатора.
Тридцать минут…
Я: «Я сегодня никуда не спешу».
Паша присылает мне «окей».
Это не резиновые тридцать минут, время, наоборот, летит. Я спускаюсь в туалет и прохожусь по волосам расческой. Наношу на щеки слой пудры, нахожу в кармане сумки серьги…
И отдыхаю от экрана.
Смотрю на проходящих по улице людей, считая их, как овечек, пока среди незнакомых силуэтов не появляется такой до боли знакомый.
Паша приближается к кафешке легкой трусцой, потому что продолжает моросить дождь. Меня внутри обдает шипучей волной — я с самой первой встречи не могу смотреть на Багхантера просто так. Без каких-либо эмоций или ощущений. Всегда их куча!
Он одет в голубые джинсы, футболку и джинсовую куртку. Я в основном смотрю на его лицо, хочу
