эта ангельская.
Девчонка светится как солнце, и к ней пиздецки хочется постоянно тянуться, потому что она укутывает невероятно уютным теплом.
Диана не похожа на других баб. В ней всё натуральное. Нет ни нарощенных ресниц, ни накаченных губ. Вместо километровых ярко-красных когтей аккуратный маникюр. В ней нет и грамма притворства. Она не пытается казаться кем-то, кем не является. А просто прекрасна своей абсолютной естественностью.
— Скажи мне что-нибудь асексуальное. Противное. Мерзкое. Иначе я, блядь, с ума сойду, пока не трахну тебя.
Не сразу замечаю нужный поворот, поэтому сворачиваю налево, резко выруливая.
— Громов, кто тебя учил машину водить?
И тут подстава в виде мигающего светофора. Торможу со скрежетом колёс, едва не поцеловав задницу джипа впереди нас.
— Аж до тошноты. У меня сейчас желудок вывернет, — Левина прикрывает рот ладонью. — У тебя нет ничего пососать?
— Диана, блин…
— Ой, прости! — хихикает, искоса поглядывая на мой стояк.
— Нам надо срочно потрахаться.
— Прям очень срочно? — чертовка копирует мою мимику.
— Потом я стану спокойнее, — барабаню пальцами по рулю.
— Да ты мне и таким нравишься.
— Нравлюсь, значит?
— Я бы соврала, если бы сказала, что ты мне совсем не нравишься…
— Продолжай.
— На этом всё.
— Без одежды я тебе понравлюсь ещё больше, — подмигиваю, нажимая педаль газа.
— На секс не рассчитывай. Я и так тебе уже позволила слишком много.
— Много? Я даже сисек твоих не видел.
— Глеб, решения своего я не изменю.
— Хорошо, твоя взяла. Не сейчас. Я понял. Подожду, — выждав секунду, которая показалась мне вечностью, уточняю. — А сколько, кстати?
— Если я скажу, что ждать придётся долго, ты выбросишь меня на первом же повороте?
— Поверить не могу, что ты обо мне такого мнения.
— Прости, но секса между нами всё равно не будет. Ни сегодня, ни в ближайшее время.
— Замётано. Я свободен в эти выходные. Могу снять для нас номер-люкс.
Обречённо вздыхает.
— Отвези меня в общагу.
— Эй… ты чего? Обиделась, что ли?
— Нет, но нам явно не о чем говорить, потому что у нас с тобой разные хотелки. Ты хочешь секса, а я хочу в общагу.
— Хорошо. Тогда будет справедливо, если я откажусь от своей, но и ты выбросишь из головы желание так быстро избавиться от меня?
— И ты перестанешь говорить о сексе и утихомиришь наконец ураган в своих штанах?
— Это будет сложно, но я постараюсь… не говорить о сексе. А член меня всё равно не слушает…
— Куда мы, кстати, едем?
— Ехали ко мне, а теперь уже не знаю. Просто едем.
— Сбрось скорость, впереди гаишники.
— Блядь… Поздно.
Торможу на обочине в метре от толстяка в форме, потрясывающего чёрно-белым жезлом.
— Сегодня нам с тобой не дадут соскучиться, — ухмыляюсь, доставая документы из бардачка.
Взгляд цепляется за короткую юбку красотки, которая вообще, блин, ничего не прикрывает. Ревность скручивает кишки. А в груди грохочет возмущение. Если мент сейчас будет зыркать на мою девочку, выколю глаза нахрен.
Пока одной рукой достаю права, второй пытаюсь оттянуть её подол.
— Ты мне юбку порвёшь, — смотрит на меня удивлённо. — Перестань.
Диана кладёт ладонь на мою руку, и от её прикосновения меня уносит. Зажигаюсь как спичка. Накидываюсь на девчонку и, обхватив ладонями её лицо, начинаю целовать.
— Добрый день! Я офицер… — мужской голос слышится глухо, как через вату. — Предъявите, пожалуйста…
Диана прижимается ко мне крепче, обхватывая за шею. Приходится убрать одну руку, чтобы протянуть документы гаишнику. Но разрывать поцелуй нет ни силы, ни желания.
— Ясно. Вижу: невтерпёж, — голос искрит весельем. — Тоже был молод. Понимаю. Следите за скоростью. Помните, что вы не одни на дороге.
И вновь под заливистый смех я поддаю газу, и мы, как сумасшедшие, несёмся по улицам города.
С Дианой необычайно легко. Не помню, чтобы хоть с одной бабой общался так весело и непринуждённо. Левина охотно рассказывает мне о своих планах на жизнь. Где хочет побывать. Чем любит заниматься. Как важна для неё учеба.
Я жадно глотаю каждую фразу. Как будто она мне новый закон физики открывает. Мне интересно буквально всё.
Часы пролетают с какой-то нереальной скоростью, и яркий, солнечный день начинает клониться к закату. Поддавшись уговорам, сдаюсь и привожу красотку в общагу.
Захлопываю дверцу и не могу удержаться от соблазна. Хватаю Диану за задницу и припечатываю к тачке. Сминаю до следов на коже и продолжаю целовать напористо. Много. Жадно. Хочу поглотить её всю. Такую сладкую. Аппетитную.
Диана целуется потрясно. Страстно. Отдавая себя без остатка, будто делает это в последний раз.
Мои фантазии взрывают мне мозг. Я не могу решить чего хочу больше: нагнуть девку и отодрать её упругую задницу прямо здесь на студенческой парковке или засунуть ей в рот и заставить глотать по самые яйца.
Как только “каменная крепость” сдастся, буду трахать её сутки напролёт. И тогда уже выберу, как мне нравится больше.
Вибрация в кармане брюк втягивает меня обратно в реальность. Неохотно отлипаю от полных губ, но одной рукой продолжаю удерживать девчонку за лицо, чтобы не вздумала убежать.
— Да, — принимаю звонок, не глядя на экран.
— Сын, ты где?
Тон отца заставляет меня моментально собраться.
— Что случилось?
— Разговор есть. Дуй срочно домой.
— Скоро буду.
Отключаюсь и вновь смотрю в затуманенные зелёные глаза.
— Мне тоже уже пора, — говорит с осторожной нежностью, будто боится навязаться.
— Я найду тебя завтра, и мы продолжим то, на чём остановились.
— Звучит как угроза, — мурлыча, обнимает меня за торс.
— Скорее обещание, — целую её в макушку.
— До завтра, Глеб.
Резко отстраняется, и мне вдруг становится зябко. Хватаю её за талию и обратно притягиваю к себе.
— Думай обо мне, детка. Все твои желания обязательно сбудутся.
— Ну вот теперь мне точно стало страшно.
Мы опять целуемся, и я начинаю двигать бёдрами, будто трахаю её.
Я держусь. Держусь, как только можно, сидя на пороховой бочке. Если останусь рядом с ней дольше, взорвусь нахрен. Но и отпустить нет сил.
— Я боюсь того, что будет со мной, как только ты уйдёшь.
— До завтра, Глеб.
— Подожди.
— Что?
— Стой вот так и не шевелись, — навожу камеру телефона на её красивое личико и делаю охуительную фотку.
Приеду домой и подрочу, глядя на эти сочные губы.
Пиздец! Дожили. Вместо того, чтобы от души потрахаться, я мечтаю поскорее подрочить, глядя на снимки в телефоне.
Еще какое-то время стою истуканом, глядя, как аппетитная задница Левиной плавно удаляется. Когда она, открыв дверь в общагу, напоследок оборачивается и прижимает мой букет гвоздик к груди, моё сердце ускоряется от тепла её улыбки.
Хочется закричать
