Чтобы защитить твою хрупкую лебединую шейку.
Я фыркнула, но накидку взяла и обернула вокруг плеч. Знала, что это глупо, но кусок ткани и правда заставил меня чувствовать себя хоть немного защищённой. Не так, как броня и плащ, но лучше, чем ничего.
Засунув два кола в карманы платья — Найра закатила глаза, но возражать не стала, — я последовала за ней в коридор.
В конце холла нас ждала металлическая коробка, заключённая в кованую решётку. Найра нажала кнопку на стене, и двойные двери разъехались, открывая тесное помещение с мягкими зелёными стенами.
— Заходи, — сказала она, шагнув внутрь.
Меня охватило подозрение, когда я посмотрела на эту коробку.
— Что это за штука?
— Лифт. Изобретение эферионцев.
Увидев мой пустой взгляд, она добавила:
— Он поднимает и опускает тебя между этажами, чтобы не ходить по лестнице.
Я нахмурилась.
— А что плохого в лестнице?
Найра тяжело вздохнула.
— Ничего. Просто иногда мне не хочется. Ты заходишь или нет?
Осознавая, что понятия не имею, куда мы идём и как туда добраться, я нехотя вошла внутрь. Она потянулась мимо меня к панели с рядами кнопок и нажала вторую сверху.
Решётчатые двери закрылись. Лифт дёрнулся, приходя в движение. Я ударила ладонью о стену, чтобы удержать равновесие, и затаила дыхание, пока механизм скрипел и стонал. Я ждала, что что-то пойдёт не так — что он застрянет и оставит нас подвешенными посреди башни, или, хуже того, что что-нибудь сломается, и мы рухнем вниз.
Но ничего подобного не произошло. Лифт с лязгом остановился, и я с облегчением выдохнула, когда металлические двери распахнулись.
— Видишь? Совершенно безопасно, — заметила Найра.
Она вышла первой, и я поспешила за ней в просторный холл.
Помещение было огромным: под высоким потолком свисали хрустальные люстры. Мягкий рассеянный свет лился из них, отбрасывая вытянутые тени, скользящие по стенам, украшенным картинами — портретами и пейзажами.
Один портрет, висевший прямо напротив лифта, приковал мой взгляд, и из моей груди вырвалось шипение, едва я поняла, кого он изображает.
Найра обернулась, проследив за моим взглядом, и её брови приподнялись.
— А-а, — протянула она, когда я уставилась на изображение Владимира Инвиктуса, короля Ноксалиса, вампирского царства.
Длинные золотые волны волос ниспадали на его плечи, обрамляя резкое, угловатое лицо. На голове — шипастая железная корона, увенчанная чёрными алмазами, такими же жёсткими и безжалостными, как линия его рта. Цитриновые11 глаза сверкали, и, глядя в них, я почти чувствовала, будто сам король наблюдает за мной сквозь полотно.
— Похоже, наш возлюбленный император привлёк твоё внимание.
Я резко повернулась к ней.
— Император? — потребовала я. — Император чего именно?
— Всей Валентаэры, по его собственным словам, — донёсся голос Максимиллиана из-за открытой двери справа. — А теперь, может быть, ты войдёшь, чтобы мы наконец поели? День был долгим, и я умираю с голоду.
Слово «голод» заставило меня поёжиться. Я поспешно проверила карманы — колья были на месте.
Найра распахнула дверь и вошла, затем отступила в сторону и быстро поклонилась, когда я переступила порог.
— Ваша гостья, сир.
Мой взгляд скользнул мимо ряда окон справа — к счастью, занавешенных — и остановился у дальнего конца длинного обеденного стола, где сидел Максимиллиан.
Он переоделся: вместо окровавленного наряда на нём был жилет приглушённо-синего оттенка с серебристо-серым витиеватым узором и простая белая рубашка под ним.
В руке он держал кубок с кровью.
Перед ним стояли две накрытые крышками тарелки — одна для него, другая, как я предположила, для меня.
Его полные губы изогнулись в едва заметной улыбке, взгляд медленно скользнул вниз по всей длине моего платья, а затем вновь поднялся к лицу.
— Ты умеешь привести себя в порядок.
От похвалы щеки предательски вспыхнули, и я нахмурилась.
— Лесть тебе не поможет, — отрезала я, когда Найра поспешила удалиться, и дверь за ней тихо щёлкнула, закрываясь. — Особенно после того, как вы вдвоём уже объявили меня не более чем ходячим скелетом.
— Но каким великолепным, — Максимиллиан лениво махнул рукой, и стул слева от него сам собой отъехал от стола, приглашая меня сесть. — И это легко исправить — стоит лишь нормально поесть пару раз.
Я проигнорировала жест и окинула комнату внимательным взглядом, мысленно отмечая всё, что могло бы пригодиться, если лорд вампиров вдруг решит попытать удачу и поужинать мной.
Помимо двери, через которую я вошла, была ещё одна — позади Максимиллиана и чуть правее. Скорее всего, вход для прислуги. Окна справа могли бы стать ещё одним вариантом, если бы мне хватило смелости, — но они были занавешены, и я понятия не имела, открываются ли они и есть ли за ними вообще выход. Что до оружия — кочерга у камина сгодилась бы в крайнем случае, как и столовые приборы с бокалами, аккуратно разложенные вдоль стола.
— Над дверью у тебя за спиной висит ещё пара мечей, — протянул Максимиллиан ленивым, насмешливым тоном. — Если вдруг захочешь что-нибудь поизящнее.
— Откуда ты знал, что я ищу оружие? — потребовала я, скрестив руки на груди.
Он приподнял брови.
— Любой охотник поступил бы так, входя в логово хищника.
Я смотрела на него, чувствуя, как внутри поднимается тревога от того, с какой лёгкостью он меня читает. Если бы я не знала наверняка, решила бы, что он подслушивает мои мысли.
Не говори глупостей, одёрнула я себя. Вампиры не умеют читать мысли.
И всё же бережёного Бог бережёт. Проигнорировав выбранный им стул, я выдвинула другой — в противоположном конце стола — и села туда.
Владыка вампиров приподнял брови.
— Нет нужды в таких театральных эффектах. Со мной ты в полной безопасности.
— Ты так говоришь, — ответила я, скрестив руки на груди, — но я, чёрт побери, даже не знаю, кто ты такой.
— Ах.
Его губы изогнулись в выражении, которое одновременно было и дерзкой ухмылкой, и почти виноватой улыбкой — поразительное сочетание, сбивающее с толку. Я понятия не имела, как это понимать.
— Полагаю, в отличие от тебя, моё имя не идёт впереди меня в вашем мире. Я — Максимиллиан Старкло, сын Калликса Старкло и наследник Дома Психорос. В настоящее время я также служу вице-королём Люмины — по воле Владимира Инвиктуса, короля Ноксалиса и императора Валентаэры.
Он снова махнул рукой, и вся сервировка, расставленная перед выбранным им стулом — еда, приборы, бокалы и всё прочее, — плавно поплыла вдоль стола и опустилась передо мной. Следом двинулся кувшин с водой: он сам наклонился, наполнил мой бокал и аккуратно встал ближе к центру стола, но так, чтобы я могла до него дотянуться.
Я не
