свете камина, а глаза светятся холодным голубым светом. Он двигается на меня. Он следит за каждым моим движением, приближаясь с грацией хищника. Каждый его шаг бесшумен, что позволяет мне услышать как громко бьется мое сердце.
Я замираю, боясь пошевелиться. Барс приближается, принюхиваясь. Его хвост нервно подергивается, выдавая напряжение.
Зверь останавливается в паре метров. Припадает к полу, готовясь к прыжку. Я зажмуриваюсь, понимая, что бежать бесполезно.
— Стой! — раздается властный голос, который отчего-то кажется мне знакомым.
Я распахиваю глаза. В дверном проеме стоит Себастиан. Его темные волосы растрепаны, на плечах лежит снег.
— Не трогать, — командует он барсу. — Она со мной.
Хищник отступает, но продолжает внимательно следить за мной. Он фыркает, разворачивается и величественно удаляется в темноту библиотеки. Только теперь я позволяю себе выдохнуть.
— Это Айс, хранитель замка, — поясняет Себастиан, подходя ближе, его движения мне кажутся странными, скованными и напряженными.
Я чувствую как мои щеки розовеют, жар разливается по всему телу, как будто я вовсе и не рисковала несколько минут назад стать ледышкой… Я рада видеть Себастиана. Безумно рада… И в моей груди разрастается томление, которое с каждым его шагом ко мне навстречу опускается вниз живота, заставляя тело покрываться мурашками.
— Тебя не должно быть здесь. — его глубокий голос сейчас звучит угрожающе.
— Я... я не хотела вторгаться, — мой голос дрожит. — Просто искала укрытие от метели.
Он, похоже, зол. Нет. он в ярости.
Я делаю шаг назад, натыкаясь на хрустальный стеллаж. Секунда и горячее дыхание Себастиана обжигает мою щеку.
Моя грудь вздымается вверх, словно решив набрать побольше воздуха, однако я продолжаю чувствовать, что задыхаюсь. Он совсем рядом. Проводит своими пальцами по моим волосам.
Я молчу. Я не могу вымолвить ни слова. Единственный звук, на который я оказываюсь способна — это стон, который срывается с моих губ, когда Себастиан одной рукой прижимает меня к себе, а другой — опирается на хрустальный стеллаж, словно опасаясь падения. Я инстинктивно кладу свои ладони к нему на грудь, такую широкую сильную. Теперь я чувствую как бьется его сердце.
— Тебя не должно быть здесь. — шепчет он мне на ухо…
Я закрываю глаза. По телу пробегает трепет от его шепота и горячего дыхания, которое скользит по моей коже, медленно перемещаясь вниз... К чувствительной зоне декольте...
— Я… Правда… Не хотела… Мне просто нужно было укрыться. Я… Не буду тебе мешать. — задыхаясь, бормочу я себе под нос.
Не знаю почему, но его присутствие заставляет каждую клеточку моего тела вибрировать от непонятного притяжения к сильной груди. Это какая-то необъяснимая магия, словно невидимые нити тянут меня к нему, заставляя забыть обо всем на свете. Мое дыхание становится прерывистым, а в голове появляется легкий туман, заслоняющий все разумные мысли.
— Тебе лучше уйти. Немедленно. — Его слова придавливают к полу, словно на меня только что свалился хрустальный стеллаж с древними книгами.
Я решаюсь посмотреть в глаза дракону, который был таким любезным во время зимнего бала в академии. Тогда он казался настоящим джентльменом, галантно приглашал на танец и даже помог с шаром желаний. Кажется, что теперь он превратился в грубого мужлана, совершенно забывшего о манерах. Как он смеет выгонять девушку на улицу в такую вьюгу? За окном воет ветер и метет, даже дикого зверя в такую погоду не выгонишь, не то, что беззащитную странницу. Ведь есть негласное правило: впустить путника, если тот в беде. И я как раз в этой ситуации! Не умирать же мне перед дверями замка, который к тому же, кажется заброшенным?
Безжалостные темно-синие как сапфир глаза Себастиана пронзают насквозь мое сердце, пока обида глубже разрастается в груди. Как будто я забралась сюда, чтобы что-то украсть! В душе поднимается волна возмущения. Неужели он действительно считает, что я воровка? Или… Виктория что-то наговорила ему про меня… Он знает про скрипку?
— Я пойду. — с трудом шиплю я, а затем, крепко стиснув зубы, делаю шаг в сторону.
Себастиан сразу же занимает мое место, прижавшись к стеллажу, в который только что вжималась я.
Вот же наглость! Он скрещивает руки на груди и провожает меня тяжелым взглядом. Делаю глубокий вдох, поворачиваюсь, гордо расправляю плечи и иду к выходу, стараясь не показывать, как сильно задели меня его слова и подозрения. Однако, чем дальше я отхожу от Себастиана, тем сильнее начинаю дрожать, и не только от обиды. Мокрое платье, прилипшее к телу, помогает пронзительному холоду добраться до самых костей, а зубы предательски начинают стучать. Мне срочно нужно что-то делать, иначе я рискую серьезно заболеть. Если я хочу выжить в этом негостеприимном месте, мне необходимо для начала найти сухую одежду и согреться. Я останавливаюсь рядом с хрустальным столом, который отражает мой жалкий вид, и пытаюсь справиться с трясущейся челюстью и дрожью, мучительно подбирая подходящие слова. Просить помощи у этого высокомерного наглеца — как минимум унизительно и больно. Но не попросить ее — может стоить мне жизни, а умирать из-за собственного упрямства было бы еще глупее. Глупостей я уже наделала достаточно. И мне… Мне еще нужно вернуть скрипку!
— Я… Я… — Меня всю трясет.
Горячие сильные руки разворачивают меня к себе, а пылающие губы крадут мой первый поцелуй. Уверенно и без предупреждения. Сердце в груди замирает, а затем начинает стучать с удвоенной силой. Щеки вспыхивают румянцем, и я чувствую, как земля уходит из-под ног.
Неожиданно для себя обнаруживаю, что сижу на хрустальном столе, а горячие руки Себастиана уже исследуют завязки моего наряда, заставляя вздрагивать от прикосновения. Проклятье! К чему он ведет? Что творит со мной? Внутри разгорается неукротимое пламя страсти, растекаясь по венам жидким огнем, и мне приходится собрать всю волю в кулак, чтобы попробовать оттолкнуть его. Хотя попытка выходит довольно вялой, словно мое тело предает разум, желая продолжения этой сладкой пытки. Но он все же отступает, его дыхание тяжелое и прерывистое, а в темно-синих глазах плещется такое желание, что у меня перехватывает дух.
Я совершенно не понимаю, что происходит, и мысли путаются в голове как снежинки на ветру. Однако я ощущаю себя согретой, точнее, я еще никогда не чувствовала такого пылающего жара внутри.
— Айс! — грубо рявкает Себастиан, заставляя меня вздрогнуть.
Барс тут же появляется возле дверей, недовольно рыча и нервно подергивая хвостом. Его мощные мышцы напрягаются под серебристой шерстью, готовые к прыжку в любой момент.
— Принеси сухую одежду! — командует ему дракон, и в хрустальных стенах библиотеки эхом отдается рычание, которое, видимо, значит согласие, поскольку снежный зверь растворяется
