к ней ладонь, и она протаяла, открывая вид на темное озеро и впуская влажный сырой воздух.
— Боже, дай мне силы ко всему этому привыкнуть. — Прошептала, тяжело опускаясь на стул, когда стена восстановилась полностью.
Как долго так просидела даже не знаю, но, очнувшись, попроведовав раненого, пошла в свою комнату. В которую еще не успела заглянуть со всей этой суетой.
Усталость навалилась разом и такая, что ноги едва передвигала.
Я просто дошла до кровати, рухнув на нее, как была — одетая, лишь тканевые тапочки успела снять, блаженно вытянувшись на мягкой перине.
Разбудил меня протяжный тихий стон, а затем громкое бормотание. У Гарольда начался жар, сопровождаемый бредом.
— Плохо дело, парень. — Проговорила, отнимая от горячего лба руку. — Будем теперь тебя вытаскивать. Ты уж только мне помогай, одна не справлюсь.
Я быстро поставила на огонь кастрюльку с кусочками курицы — будет бульон. По пути в холодной комнате обнаружила пресловутую бруснику — морс сварю, никаких травок-муравок я не нашла, но переживать рано. Организм должен сам справится. Пока лишь перевязки делать нужно, помогая коже очиститься.
Весь день не отходила от мужчины, сократив его сложное имя до Гарри. А он будто одобрительно хмыкнул, когда спросила у него разрешение.
Жар к вечеру спал, мне удалось влить в его рот немного бульона.
— Спасибо, красавица! — прошептал мужчина, то ли в бреду, то ли мне это сказал.
— Пожалуйста! — ответила ему также тихо и вздрогнула, от грохота, раздавшегося в кухне.Дорогие мои, чтобы оставаться в курсе событий. Следить за новиками, участвовать в розыгрышах и выигрывать доступы к книгам, подписывайтесь на автора! Это сделать легко, перейдите по ссылке, а затем нажмите подписаться. Магия свершится!https:// /profile/412160/books
Глава 22
Я замерла, прижав в страхе к груди сжатые кулаки, неуверенно сделав шаг к выходу из палаты.
— Не ходи! — закатив глаза, прохрипел Гарри.
Куда уж там! Любопытно же, да, может, и мужчины вернулись, хоть на улице еще светло, но по моим ощущениям точно уже вечер.
«Нужно попросить, чтобы часы принесли!» — сделала себе пометочку, шагнув в гостиную.
В доме стояла гробовая тишина, ни звука, ни шороха.
— Показалось. — Шепотом сказала сама себе, стараясь успокоить разбушевавшееся воображение.
Тут же шорох за спиной заставил меня переменить мнение. Оборачиваться было дико страшно. По позвоночнику поползли мурашки, кожу на руках и затылке стянула, волосы встали дыбом, крича о надвигающейся опасности. Еще чуть-чуть и на визг перейду я.
— Не напугал? — голос, заставивший меня подпрыгнуть. Я обернулась.
В дверях стоял мужчина. Не в тех, через которые ушли еще утром одни, а в тех, через которые мы сюда вошли.
— Вы кто? — едва смогла произнести вопрос, разглядывая незваного гостя.
— Как, кто? Путник. Пустишь или так и будешь держать на пороге.
Я в ужасе смотрела на мужчину. Красив, высок, сложен как бог, с широкой улыбкой на мужественном лице. Но от всего его облика несло такой опасностью, что сердце давным-давно упало в пятки, судорожно стараясь разогнать по венам густеющую кровь.
Я невольно сжала в ладони амулет, который еще утром повесила себе на шею, для того чтобы не потерять, пока возилась с Гарри.
Мы смотрели друг на друга не мигая. И молчали.
Я от страха, а вот он, скорее оттого, что ждал ответ, на заданный вопрос.
Вздохнул тяжело и повторил: — Ну так, что, могу войти?
Ком застрял в горле, кивнула, но, судя по всему, этого было недостаточно, мужчина нахмурился, в глазах сверкнуло что-то хищное, отчего голос совсем пропал.
Оглянувшись по сторонам, ища хоть в чем-то поддержки, но вокруг была идеальная пустота, дом еще не был наполнен милыми сердцу вещами.
— Ты не должен был войти! — голос прорезался, но приглашать гостя мне было страшно, словно что-то забытое билось на краю сознания, предостерегая, пытаясь подсказать.
— Но ведь вошел! — рассмеялся мужчина, не сводя с меня черных, как бездонные омуты, глаз.
— Это и странно. — Я должна была позвать на помощь, но как это делать — забыла. Все стало неважным, серым, блеклым.
— Так впустишь? — пророкотало под высокими сводами внезапно увеличившегося помещения.
Я набрала воздуха в легкие, чтобы согласиться, но за моей спиной послышались шаги и Ярослав, загородив собой, встал напротив красавца, вытаскивая из ножен меч.
— Нет, Кощей! Не твоя она.
На меня словно ушат холодной воды вылили. Это тот, кем нас пугали в детстве? Но там был немощный, страшный старик, а передо мной стоял красивый мужчина с бледной, правда, кожей, но она очень шла к его иссиня-черным волосам, бездонным глазам. Делала его загадочным, притягательным. За таким и на край света пойти легко можно.
Кощей словно прочитал мои мысли, победно улыбнувшись. Впившись в меня взглядом так, что голова закружилась, а ноги совсем перестали держать.
Чтобы устоять, я положила ладонь на спину воеводы. Он напрягся, под моими пальцами ощутимо вздулись тугие мышцы.
— Давай у девицы спросим, могу я войти или нет. Не к тебе Ярослав пришел. К ней, да другу ее.
— Нет. — Снова повторил воевода. — Не твоя она. Слышишь?
Мужчина расхохотался, внезапно выбросив вперед руку, из нее тут же вырвалась яркая молния, которая должна была вонзиться в меня — точно знала, но рядом с Ярославом встал Фазиль, легко отбив атаку Кощей.
— Зря пришел, парень! — Презрительно сжав губы, проговорил лекарь. — Сказано не твоя.
Мужчина усмехнулся и сделав шаг назад пропал, словно его и не было.
— Что это такое? — спросила, прижимаясь лбом к широкой спине воеводы.
Глава 23
— Кощей. — Спокойно повторил Фазиль, внимательно меня рассматривая. — Привлекла ты его чем-то, хотелось бы узнать чем.
Я помотала головой из стороны в сторону, все еще прижимаясь лбом к широкой спине воеводы — ответа у меня не было.
Ярослав, осторожно повернувшись, легко взял меня за плечи, на мгновение прижав к могучей груди, где бешено колотилось его сердце.
— А правда, что у него, смерть в яйце спрятана? — задала вопрос, от которого округлились глаза у обоих мужчин.
Воевода вздрогнул, но смеяться не стал, зато Фазиль разразился заразительным хохотом.
— Где? — спросил, вытирая выступившие на глазах слезы.
— В сказках у нас пишут, что он бессмертный. Да не совсем, конец его жизненного пути спрятан в яйце, в виде иглы.
— Охты! — проговорил лекарь, кинув на воеводу пристальный взгляд.
Ярослав продолжал нежно прижимать меня к себе, не делая никакой попытки отстраниться, а я, если бы не цепкий взгляд Фазиля, даже бы не поняла, что все еще нахожусь в
