Институт благородных дракониц. Самозванка - Лафи Сильвер

Мамзета смотрит на меня недовольно. Неужели она этот кусок себе отложила. Похоже на то.

Не достанется никому!

— Ой, мне пора на лекцию! — пискнула я и лизнула кусок пирога.

Мамзета скривилась. И, кажется, возненавидела меня.

Я выбежала прочь из столовой.

Побегала по первому этажу в поисках нужной аудитории. Потом побегала по второму этажу. Нашла студенток, которые учатся уже третий год. Они вежливо вызвались проводить меня.

И это несколько пугало.

Они были слишком вежливы. Улыбались, шутили, объяснили, что поначалу и сами тут путались.

Я не могла понять, или учеба тут всех делает учтивыми до безобразия, или меня сейчас заведут в какое-то заброшенное помещение и посмеются над новенькой.

Но нет, они довели меня до нужной аудитории, просили обращаться, если мне вдруг что-то понадобиться, и убежали.

Недоумевая, я вошла.

Аудитория показалась мне огромной… хотя, признаться честно, никогда до этого я и была ни в одной из других аудиторий. Скажу честно, вся таверна, могла с легкостью разместиться здесь.

У дальней стены стоял стол преподавателя, книжный шкаф и огромные ящики. На стене была прикручена черная доска.

А напротив стояли стулья.

Стульев было много. Больше половины были пустыми.

Девушки сидели группками по двое-трое, шептались, поправляли прически, крутили перстни. Я нашла свободное место в третьем ряду. Успела как раз вовремя: только плюхнулась на стул — в аудиторию вошел профессор.

— Доброе утро, леди, — сказал он.

Сиктин носил простую темно-синюю мантию без всяких нашивок. Он был низким, плотным, с седой бородой, которую заплетал в косичку — зачем? — и взгляд у него был добрый. Зрачок обычной формы, человеческой, и цвет глаз серый, а не желтый.

Человек.

— Рада видеть всех, кто выжил после вступительных испытаний, — продолжил Сиктин и улыбнулся.

Девушки зашептались. Кому-то такое заявление не понравилось, я видела по лицам.

Профессор подошел к доске. Коснулся пальцем — и на черном камне засветились золотые буквы.

ИСТОРИЯ ДРАКОНЬИХ РОДОВ.

Я прочитала надпись достаточно быстро, примерно за минуту. Но вот остальным девушкам достаточно было лишь бросить быстрый взгляд, чтобы прочесть.

Печально!

— Итак, леди, вы здесь для того, чтобы стать женами драконов. Но знаете ли вы, зачем драконам жены?

Кто-то хихикнул. Профессор не обратил внимания.

— Драконы живут столетиями. Они сильны, могучи, они могут управлять огнем, льдом, ветром. Но они одиноки.

В аудитории стало тихо. Драконы, страдающие от одиночества — это то, что нужно. Любая из девушек была готова скрасить это одиночество.

— Драконицы не появляются на свет уже несколько тысяч лет. Поэтому драконы ищут себе жен среди вас. Вам предстоит почетная роль, выносить и родить наследников для драконов.

Девушки ожидали продолжения. Про дракониц никто не хотел слушать. Несколько тысяч лет назад исчезли и хорошо. С этим исчезновением они дали шанс на лучшую жизнь всем прочим девушкам.

— Расскажите про наше время, — попросила Актиния. — Расскажите, как сейчас становятся женами драконов.

Остальные девушки ее дружно поддержали. Профессор несколько расстроился, было видно, что ему хочется рассказывать про дракониц.

Он вздохнул.

— Дракон может иметь до десяти жен. Хотя обычно ограничивается пятью. Больше — сложно управлять. Жены ревнуют, интригуют, тратят деньги. Драконы — существа практичные, они не любят лишних забот.

Я мысленно хмыкнула. Асклит с его тремя женами — очень практичен. Не хочет себе новые проблемы заводить. Спокойно продолжает свой род. А когда жены состарятся, он практично заменит их на более молодых… на тех, которых сам и обучит в этой академии…

Стоп! Почему я вообще о нем стала думать?

Он ректор, от которого мне следует держаться как можно дальше. Он уже меня в чем-то заподозрил, уже копался в моей голове, но, к счастью, главную тайну не разглядел.

Глава 20

Эранда

Лекция продолжалась. Скажу честно, мне было интересно. Драконы — далекие и опасные, стали немного понятней, и оказались намного опасней, чем я думала.

— Если жена стареет и больше не может рожать наследников, ее отправляют служить в храм Огня, — сказал Сиктин. — Это очень почетно. Жрицы драконьих храмов пользуются уважением, их кормят, одевают, им даже платят хорошее жалование.

— А если дракон любит жену? — спросила девушка с первого ряда. — Что тогда?

Сиктин улыбнулся.

— Если дракон любит, он оставляет ее рядом с собой. До самой ее смерти. А она умирает быстро — человеческий век короток по сравнению с драконьим. Но, поверьте мне, юные леди, такое бывает очень редко. Повторю, драконы очень практичные и они не верят в любовь.

— А если дракон найдет свою истинную? — спросила девушка с длинными черными локонами.

— Такого почти не случается, — вздохнул профессор. — Истинные пары раньше часто можно было встретить, когда дракон находил свою драконицу, все остальные ему становились не нужны. Но когда драконицы перестали рождаться, и драконы вынуждены продолжать свой род с простыми смертными, то истинные пары встречаются крайне редко. Одну минуточку…

Он принялся шевелить губами, достал из шкафа толстый фалиант, пролистнул несколько страниц.

— Последняя истинная пара была сто тридцать четыре года назад. Когда женщина умерла, дракон заполз в ее склеп и отказался выходить. Жить без истинной он уже не смог. Поэтому для блага драконьего рода, им лучше не встречать своих истинных.

Профессор захлопнул фолиант. Пыль поднялась столбом — золотистая, сверкающая в лучах утреннего солнца. Я чихнула. Два раза. Соседка слева чуть отодвинулась от меня.

В аудитории повисла тишина.

Потом кто-то на первом ряду всхлипнул. Кто-то уронил перстень, который покатился по полу, звякнул, замер.

— То есть... — начала девушка с длинными черными локонами, та, что спрашивала про любовь, — дракон может умереть от любви?

— От потери, — поправил Сиктин. — Дракон может жить тысячу лет. Иногда больше. Женщина — семьдесят, если повезет. А если она — истинная, то дракон привязывается к ней так сильно, что ради нее готов на все. Бросить других жен, отдать земли и золото. Но она умирает. Смертная женщина — это не драконица.

Девушки переглянулись. В их глазах я читала страх и надежду. О, да, каждая из них надеялась стать истинной для какого-то дракона. Надеялась на