Институт благородных дракониц. Самозванка - Лафи Сильвер

Глупые. Смешные.

— Вернемся к теме лекции. Любовь дракона отличается от любви человеческой. — Сиктин прошелся вдоль доски, заложив руки за спину. — Человек любит сердцем. Дракон — инстинктом. Инстинкт велит ему выбрать самое лучшее. Чтобы самка была красивой.

Кто-то хихикнул. Профессор не обратил внимания.

— Драконы собственники. Если дракон выбрал женщину, он не потерпит, чтобы кто-то другой смотрел на нее. Не потерпит, чтобы она смотрела на кого-то другого. Это их природа. Драконы не умеют любить иначе. Они не дарят цветы, не пишут стихов. Они дарят драгоценности. Они защищают, обеспечивают, но не говорят о чувствах. Они требуют и берут.

— А как понять, что дракон тебя любит? — спросила я.

Упс. Сама не заметила, как из меня вырвался этот вопрос.

Несколько девушек обернулись, чтобы посмотреть на меня.

— Он будет делать богатые подарки, будет защищать. И никогда не отпустит от себя, — ответил профессор. — Но, поверьте мне, милые леди, это бывает крайне редко. Драконам нужны жены, им нужно продолжать род. Любовь дракону не нужна.

Он подошел к доске и начал писать. Золотые буквы складывались в списки, названия, имена.

Я не успевала читать.

— Вы должны быть готовы к тому, что муж-дракон будет вашим господином. Вы — его собственность. Он может быть ласковым, может быть жестоким. Это зависит от его характера, воспитания, настроения. И вы должны подстраиваться под него. Вы должны научиться угождать. Предугадывать желания. Не перечить, не спорить. Дракон не терпит скандалов. Ему проще сменить жену, чем выслушивать ее претензии. Податливость и покорность — вот девиз жены дракона.

— Это же унизительно, — сказала я.

— Это предназначение, — ответил профессор. — Помните, что я сказал. Вы должны стать послушными и кроткими женами. Ничего другого от вас не требуется.

В аудитории стало тихо. Не в том смысле, что девушкам что-то не понравилось. А в том смысле, что они уже сейчас пытались начать быть кроткими и тихими. Быть удобными и покорными, ни о чем не спрашивать.

— Продолжим. История драконьих родов начинается с момента...

Он повернулся к доске и начал писать. Золотые буквы мерцали, складывались в даты, имена, события.

О, нет! Не так быстро. Я же не успеваю!

— Леди, записывайте себе имена и цифры…

Профессор щелкнул пальцами и перед каждой из нас появилась тетрадь и чернильница с пером.

Все, как в моих худших кошмарах.

Писать я умела еще хуже, чем читать. Убарт меня немного научил грамоте, чтобы я могла долги посетителей записывать. Ну я и выводила иногда пару каракуль, для таверны это было очень круто.

А вот сейчас, моих умений явно не хватало.

Я взяла перо. Поставила в тетради кляксу. С трудом, коряво, вывела первое слово.

Интересно, драконы любят нерадивых учениц?

Перо отказывалось слушаться. Буквы прыгали, строчки съезжали, кляксы расползались, как тараканы по грязному полу. Рядом девушки строчили как заведенные — перья скрипят, чернила блестят, пальцы летают по бумаге.

— Леди Сибастиана, что вы делаете? — голос Сиктина прозвучал у самого уха. Я подпрыгнула, перо чиркнуло по тетради, оставив длинную черную полосу.

— Я записываю.

— Вы не записываете. Вы рисуете каракули. Здесь не урок художеств.

Девушки захихикали. Атиния обернулась и уставилась на меня с любопытством.

— У меня почерк такой. В провинции не было хороших учителей, — пробормотала я.

— В академии они есть, — отрезал Сиктин. — Надеюсь, вы успеете наверстать упущенное. Вечером зайдите ко мне.

Он отвернулся и пошел дальше, шаркая по полу мягкими домашними туфлями с помпонами. Я бы рассмеялась, если бы не была так зла на себя.

Слева от меня сидела девушка в сиреневом платье, с холеным лицом и бровями, выщипанными в ниточку. Она писала так красиво, что у меня глаза на лоб лезли. Буква к букве.

— Ты старайся лучше. Иначе проблемы будут, — шепнула она, не отрываясь от тетради.

— Какие? — прошипела я.

— Если не успеваешь все записать, могут отчислить.

Вот еще одна напасть, будто мало всего на меня свалилось.

Глава 21

Мы прошли в светлую комнату с распахнутыми окнами, за которыми шумели деревья. Здесь не было парт и стульев, нас встретили мягкие кресла с высокими спинками, диваны, обитые бархатом, и пуфики.

Немного постояв в задумчивости, девушки расселись кто куда. Я выбрала диван в углу — подальше от всех, если снова что-то придется записывать, чтобы никто не следил, как я вывожу буквы.

Атиния пристроилась рядом.

— Ты чего такая бледная? — шепнула она.

— От счастья, — брякнула я. Утро началось с того, что я нашла труп соседки по комнате, потом осталась без завтрака, ректор копался в моих мозгах, профессор насмехался над тем, как я умею писать. Что именно из этого списка способствовало моей бледности я не знаю.

— Дальше хуже будет, — порадовала Атиния.

Я не успела уточнить, что именно она хочет сказать, в гостиную вошла невероятно красивая женщина. Лет тридцать, может, чуть больше, а может и меньше. Волосы пепельные, уложены в замысловатую прическу, из которой выбивались несколько кокетливых завитков. Глаза — серые, большие, с длинными ресницами. Платье — нежно-голубое, с кружевами по вороту и рукавам. На шее кулон в виде драконьего крыла.

— Доброе утро, милые леди, — сказала она и мило улыбнулась. — Я леди Илия, ваш преподаватель. Буду учить вас искусству обольщения, улыбок и приятных манер.

— Доброе утро, леди Илия, — хором ответили девушки.

Ну, спасибо, шкодливые духи. Я, которая в таверне училась улыбаться так, чтобы мужики от меня отскакивали, теперь буду улыбаться так, чтобы драконы наскакивали.

— Сегодня мы поговорим об основах, — продолжила Илия, прохаживаясь по гостиной. Ее платье мягко струилось следом, кружева переливались в свете утреннего солнца.

И признаюсь, в комнате стало очень уютно. Все выглядело так, словно мы собрались на девичник. Может, мягкие манеры и спокойный голос Илии создавал такое ощущение.

— Драконы властные существа. Они привыкли завоевывать. А ваша задача сделать так, чтобы драконы захотели завоевывать вас. Вы должны пробудить в них желание, но сделать это настолько тонко, чтобы дракон думал, будто он сам сделал выбор.

Девушки затаили дыхание. Надо же, получается, что можно быть не просто безропотной женой.

— Вы должны быть не просто красивыми, — продолжила Илия. — Красивых много. Вы должны быть желанными.

— А как