два привидения. Отсутствовали двое — наша жена Юля и Энор Новски. Весь его клан валялся тут же, включая его ледяную, совершенную жену.
В груди что-то рухнуло. Не ярость. Хуже…
Пустота та самая, знакомая, выскобленная изнутри пустота, которая ждала меня двадцать лет после первого предательства. После того, как я решил, что свет не для меня. А потом пришла Юля. И заполнила всё. И теперь этот свет украли. Погасили.
— Сбежала? — прошептал Саратеш, и в его шёпоте была отчаянная надежда. Лучше бы сбежала. Лучше бы предала, чем…
— Адмирал, — ко мне подошел боец и передал мне изумрудный лоскут ткани. Я выхватил часть платья Юли и прижал ко носу, едва сдерживая предательские слезы.
— Или он её похитил, — выдавил я беззвучно.
— Ублюдок…
Но та часть меня, что не так давно была военным адмиралом и умела отключать эмоции, работала, фиксировала нестыковки.
Газ. Военный газ. Профессиональное отключение дроидов. Новски тоже отсутствует. Его клан — в отключке. Это не было похищением в порыве страсти. Это была операция.
Кто? Зачем?
Плевать! Вся моя боль, вся пустота, вся ярость внезапно сжались в одну точку. Ледяную. Точную. Как прицел.
Я поднял глаза на Сареша. В его взгляде бушевала разрушительная, хаотичная буря.
— Она не сбежала, — сказал я, и мой голос прозвучал чужим, ровным, безэмоциональным. — Нашу девочку забрали. И мы её вернём.
Я сжал в кулаке кусочек ткани от платья Юли и пообещал себе — найду. Найду и покараю.
— Тарималь, — я повернулся к другу, уже отдавая приказы. — Весь периметр под контроль. Любые следы выноса, транспорта, подавления сигнала! Проверить все челноки, приписанные к клану Новски, и все, что были в радиусе. Всё.
— Саратеш, — мой взгляд встретился с его горящим. — Вскрыть всё, что связано с Новски за последний месяц. Переговоры, покупки, перемещения. Каждую кроху.
— Эрик, Аррис, — я кивнул им. — Вы с ней контактировали много. Вспомнить всё. Каждое слово, каждый взгляд. Что она говорила? Что её беспокоило?
Сейчас я не был мужем. Я был адмиралом Ильхомом Гроссом. И моя охота началась.
Боль? Да, она была. Она рвала меня изнутри, готовая свести с ума. Но я загнал её глубоко, в ту самую старую, ледяную скорлупу. Ей придётся подождать.
Сначала — дело. Сначала — война.
Я посмотрел в окно, на светящуюся полосу рассвета на горизонте. Где-то там была она — моя жена, моя вселенная, моя космическая.
И тот, кто посмел её тронуть, уже мёртв. Он просто ещё не знает об этом.
Глава 108
Юлия
Тихие голоса доносились до меня, как через толщу воды. Чей-то смех, а потом шипение и ругательства, что я не могла разобрать. Тело мое отказывалось шевелиться и даже веки я не смогла разлепить.
Воспоминания накатывали, как ледяные волны, приносящие только страх и панику. Что произошло?
Праздник. Гости. Смех. Потом — зелёные глаза Энора слишком близко. Его губы в миллиметрах от моих. Шок, головокружение, мир поплыл… и темнота.
А усыпление? Почему? Почему именно в момент, когда я проводила праздник?
— Переверни ее! — доносились до меня голоса уже четче. — Да, ближе к нему. И скинь одеяло, чтобы показать тела.
Тела⁈ — не поняла я и мне очень хотелось обрести контроль хотя бы над глазами и языком. Безрезультатно.
Где мои мужья? Ильхом? Саратеш? Аррис? Они должны были быть рядом… Они видели, как я упала? Или их тоже вывели из строя? Будут ли они искать меня? В каком состоянии сейчас?
— Госпожа, что делать с их коммуникаторами? — услышала мужской бас.
— Надо их уничтожить, и чем скорее — тем лучше, — неизвестный женский голос. — Их могут отследить?
— Мы заглушили сигнал, но это ненадежно. Лучше ликвидировать.
— Нет, не стоит. Мне еще нужна будет печать супруга, — ответил знакомый сладкий голосок.
Силия Новски. Теперь сомнений не было. А она тут как?.. Сука! Неужели эта кхарка так сильно меня ненавидит, что пошла на похищение? На убийство? Страх сменился леденящей яростью, но такой же беспомощной, как и моё тело.
Она посмела. Она посмела разлучить меня с ними! Мысль о мужьях снова вспыхнула, теперь уже с новой болью. Каким они застали тот момент? Обморок? Ильхом, с его травмой потери… Он сейчас сходит с ума. Саратеш, с его вспыльчивостью, наверняка уже взламывает все системы. А Аррис… тихий, наблюдательный Аррис. Он поймёт? Он должен был что-то заметить!
И почему я чувствую на своей талии чью-то теплую руку? О, я сейчас бы все отдала, чтобы просто открыть глаза и увидеть не случайного незнакомца, а родное лицо. Любое из трёх.
— Ты слишком эмоциональна, — говорила Силия, и я слышала звук камеры. Съемка? Она снимает меня? Или…
— Сама себя опозоришь, — бурчал рядом недовольный женский голос.
— Нет, наоборот, я сделаю себя мученицей, — посмеивалась Силия. — И получу куда больше, чем осуждение. Поверь мне, я все просчитала.
Рассчитала, кроме одного, — с диким, почти истерическим упрямством подумала я. Силия не учла в своем уравнении моих супругов. Они найдут…
Потом был лязг, скрип, хлопнула дверь. Меня еще раз перевернули чьи-то холодные руки, а я начала немного ощущать: я определенно точно была раздета, в помещении было прохладно, под спиной — мягкий материал, а с боку чье-то теплое тело. И судя по разговору неизвестных и Силии — тоже бездыханное. Энор?
— Достаточно, — хмыкнула Силия спустя несколько минут. — Позови, когда очнуться.
— Оба? Или только ваш супруг? — уточнил мужской голос.
— Оба. Хочу видеть глаза этой твари…
Хлопок, лязг, тишина.
Не знаю, сколько я так лежала, но чувствительность ко мне возвращалась медленно. Голова моя работала хорошо, и я ощущала себя жутко, словно заперта в собственном теле. Мне было страшно. Липкая паника накрывала с головой, хотя я очень старалась сохранять спокойствие и мыслить логически.
Выжить. Нужно выжить. Ради того, кто внутри. Ради мужей. Да просто назло этой кхарской суке!
Мысль о предполагаемой беременности и ребёнке сейчас не была радостным открытием. Это был мой тяжелый и страшный долг. Ещё одна жизнь, зависящая от моих решений. Ещё одна причина бороться, когда всё тело отказывалось слушаться.
Немного успокаивало, что я здесь (где?) не одна. Рядом со мной определенно точно Энор Новски. Но в каком он состоянии? Почему молчит? И если он обездвижен так же, как и я, то какая польза от его присутствия?
Польза в том, что он не Силия. Он тоже жертва в этой игре. Возможно, союзник… Надежда была тонкой, как паутина, но я цеплялась за неё.
— Мкх, — раздался хрип над ухом, и я
