из нее распечатку. — Я вывела схему смены микроклимата на период вегетации томатов, используя данные о погоде в Эвере в те годы, когда огородники получали высокие урожаи.
— Постой. А где ты взяла данные об урожаях в частных хозяйствах? — удивился Аран. — Разве их кто-нибудь учитывает?
— Мемосфера помнит все! — с гордостью сказала Лира. — Я зарегистрировалась на садово-огородных форумах и провела опросы, а так же перечитала старые темы за несколько лет. С погодой было проще, все данные есть в мемо-доме Артанского метеорологического центра…
— Отлично. Давай обсудим схему, — с нетерпением сказал Аран. — Ты главному агроному об этом рассказывала?
— Да, но он сказал, что для исследований нужна отдельная теплица и средства на установку вентиляторов.
— А про саму идею что говорит?
— Что мне делать нечего, — рассмеялась Лира. — Что если специально портить жизнь растениям в теплице, то мы без урожая останемся. Но! Я же не дурочка, я не собираюсь создавать невыносимые условия. Надо подобрать такое сочетание факторов, которое простимулирует выработку ароматических соединений и накопление сахаров, но при этом не снизит урожайность.
Остаток пути до «Золотого круга» пролетел незаметно. У Лиры было ощущение, что ей кляп изо рта вынули, потому что она могла свободно высказывать все свои мысли, даже самые бредовые, и они находили отклик у Арана. Он одобрил ее идею с экстремальным изменением микроклимата, потом они обсудили его собственные замыслы. Они говорили, пока шли по красной дорожке ресторана, пока сдавали вещи в гардероб, поднимались на второй этаж. Только там Лира замолчала, уставившись на стол, за которым несколько дней назад ее ждала Гордея Фарни.
Аран тоже замолчал и осмотрелся.
— Красиво, — сказал он сопровождавшей их распорядительнице. — А есть что-то… более уютное?
— Давайте посмотрим столик на первом этаже с видом на внутренний парк? — предложила женщина.
Они спустились, прошли по широкому коридору и Лира ахнула: за панорамным окном в лучах солнца сверкали покрытые инеем деревья. Возле окна стояли небольшие, круглые столики и стулья с подлокотниками.
— Почти как морозник, — одобрительно сказал Аран, показав взглядом на белые ветви деревьев. — Лира, тебе здесь нравится?
— Да. Очень, — тут же ответила она.
Они сели, заказали подошедшему официанту фирменные блюда, чтобы познакомиться с кухней ресторана, а потом замолчали, глядя друг на друга. Лира хотела сказать, как она счастлива, что Аран выслушал ее, но он первым нарушил молчание.
— Лира Вейн. Прости, что так спешу, но я не прощу себе, если кто-то меня опередит.
Аран достал из кармана ювелирную коробочку, открыл ее и положил на стол перед Лирой. Затем он встал перед ней на одно колено и сказал:
— Лира, я хочу, чтобы ты стала моей женой и матерью моих детей. Хочу, чтобы ты знала о моем желании быть с тобой. Я прошу тебя принять мое предложение, если оно откликнется в твоем сердце. Прими это кольцо в знак моего восхищения тобой. Оно ни к чему тебя не обязывает. Это лишь знак моей любви и знак того, что я сказал тебе о своих чувствах. Если к тебе подкатит какой-нибудь Лорден, ты покажешь ему это кольцо и скажешь, что дракон оказался быстрее. Пусть знает, с кем ему придется соперничать.
Легким движением он поднялся и вернулся за столик. Лира молча смотрела на кольцо, не зная, что сказать. Ее сердце быстро билось, а по коже пробегали искры, которые зажглись от слов Арана. Мысли и воспоминания вихрем неслись в ее голове. И в этот момент прозвучала мелодия ее дальнофона. Лира на ощупь достала его из сумки, и поднесла к глазам.
— А вот и Лорден, — тихо сказала она пересохшими губами.
Глава 17
Признания Арана
Пока Лира думала ответить или нет, а если ответить, то что сказать Лордену, Аран поднялся. Он забрал у нее дальнофон, положил на стол. Взял из коробочки кольцо и надел его ей на палец. Затем вручил обратно звенящий на весь зал аппарат и сел на свое место.
— Вот-вот. О чем я и говорил. Отличный мастер по микроклимату всегда нарасхват, — сказал он ей. — Ответь. Поговори с ним первая. Я потом. Мне тоже есть что сказать директору Фарни.
Лира прыснула. У Арана определенно был талант снимать напряжение и делать сложные вещи простыми. Она ответила на вызов и поднесла дальнофон к уху левой рукой. Правую положила на стол так, чтобы удобно было смотреть на элегантное кольцо с завораживающе голубым камнем.
— Лира, ты где⁈ — Крик Лордена заставил ее поморщится и убавить громкость. — Нам надо встретиться и поговорить.
Его тон возмутил ее до глубины души, и в Лире проснулась та ее сторона, которая досталась ей от бесстрашной бунтарки Алессы Вейн.
— И тебя с Новым годом, Ден, — сказала она невозмутимо. — Я обедаю в «Золотом круге».
Последовала легкая заминка, затем быстрое:
— Жди меня, я сейчас приеду, нам надо…
Выпалив это, Лорден сбросил вызов.
— Надеюсь, он сообщил, что ты не уволена, и «Цветущий сад» с нетерпением ждет тебя, — тихо сказал Аран, глядя в окно на заснеженные деревья.
— Нет. — Лира растерялась. — Сказал, что приедет сюда… Наверное, подумал, что я одна, проматываю деньги, которые мне дала его мать, чтобы я его бросила. Прости, надо перезвонить, сказать, чтобы не ехал.
Лира подняла дальнофон, но Аран мягко взял ее за руку.
— Не надо. Зачем откладывать? Я буду рядом, за соседним столиком. Дашь мне свои тетради, я поработаю над экспериментом, пока вы беседуете.
Лира схватилась за голову, взъерошила волосы, потом уставилась на кольцо. И перевела взгляд, полный вопросов, на Арана.
— М, я объясню, — тут же ответил он. — После того как я влюбился в тебя, я стал за тобой наблюдать. Ты была погружена в свои мысли и в работу, поэтому не замечала этого. Ты вообще не замечала меня. Даже когда я обнял тебя в «Сказке», ты смотрела на меня так же, как на мебель или колонны зала. Мне кажется, только по пути домой ты рассмотрела меня.
Щеки Лиры залились краской. Уши вспыхнули стыдливым жаром. Распахнув в ужасе глаза, она прижала к ним ладони.
— После того как влюбился⁈ — хриплым от волнения голосом переспросила она.
Аран ненадолго прикрыл глаза и тоже покраснел.
— Лира, сначала твое поведение возмутило меня. Какой-то мастер по микроклимату смеет мне перечить и, несмотря на запрет, льет воду… Когда ты попросила… Нет, приказала отпустить твою руку, я был готов взорваться. Готов был поставить тебя на место, представившись, кто я такой. Но… Потом ты сказала, что слишком любишь растения,
