вновь заблестели отголоски невысказанной боли.
Наконец, когда обсуждение блюд подошло к естественному завершению, Варя глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и тихо произнесла:
— Прошу тебя, милый, не приглашай моих родителей — Родиона и Марфу — на нашу свадьбу. Я не хочу их видеть. Они столько боли причинили мне… И оказались предателями.
Кощей увидел боль и тоску в глазах своей невесты. Не раздумывая, он максимально быстро вычеркнул имена Родиона и Марфы из списка приглашённых на свадьбу.
Ближе к вечеру они снова разошлись по своим комнатам.
Глава 29. Утро перед свадьбой
Пронизанный золотистыми лучами рассвет едва коснулся оконных стёкол, когда Варвара открыла глаза. Тишина дома была особенной — той самой, что предшествует большому событию. Не тратя времени на раздумья, она поднялась с постели, не переодеваясь, и, окутанная тонким пеньюаром, бесшумно направилась к соседней двери.
За ней раскрылся мир умиротворения — ванная комната, продуманная до мельчайших деталей.
Интерьер ванной комнаты
Центральное место занимала
круглая каменная ванна
— монументальная, но изящная. Её поверхность отливала глубоким, насыщенным
тёмно-серым оттенком
, словно полированный базальт. Плавные изгибы чаши создавали ощущение природной гармонии, а массивность материала внушала чувство надёжности.
Стены и пол были облицованы
серо-светлым мраморным панно
Нежные прожилки цвета топлёного молока переплетались с пепельными волнами, создавая уникальный природный узор. Поверхность камня была отполирована до мягкого блеска, отражая свет так, что комната казалась наполненной рассеянным сиянием.
Сантехническое оснащение
было встроено с безупречной точностью:
Кран
— лаконичный, с плавными линиями, выполнен из матового никеля. Его форма напоминала каплю, застывшую в вечном движении.
Раковина
— овальная, из того же тёмно-серого камня, что и ванна. Её гладкая поверхность слегка подсвечивалась изнутри благодаря скрытой подсветке.
Душ
— встроенный в стену, с широкой лейкой, имитирующей дождевые струи. Его хромированные детали контрастировали с матовой текстурой мрамора.
В углу притаилась
тумбочка
из выбеленного дуба. Её фасады были украшены тонкой резьбой в виде виноградных лоз, а ручки выполнены из патинированной бронзы. Внутри аккуратно сложены
полотенца
из египетского хлопка — белоснежные, с вышитой монограммой в углу.
Над раковиной висело
зеркало
в раме из состаренного серебра. Его поверхность была идеально ровной, без искажений, а по краям украшена мелкими гранатовыми вставками, мерцающими при движении. На зеркальной поверхности расположились:
пузырьки
с душистыми эссенциями — из тонкого зелёного стекла с пробками из белого дерева;
мыло
в форме лепестков розы, уложенное на серебряную подставку;
травяные бальзамы
в миниатюрных фарфоровых флаконах с золочёными крышками.
На раковине, в хрустальном стакане с гравировкой, покоился
гребень
— произведение ювелирного искусства. Золотая основа была инкрустирована
драгоценными камнями
: мелкими рубинами, создающими узор пламени, и аквамаринами, имитирующими капли росы. Зубцы гребня выполнены из слоновой кости, отполированной до перламутрового блеска.
Рядом, на узкой полке из оникса, выстроились
масла для купания
— в ампулах из цветного стекла (янтарного, изумрудного, сапфирового). Между ними притаились:
щёточки
из натурального кабана с ручками из чёрного дерева;
губки
из морского люфы, скрученные в спирали;
маленькие чаши
для соли и лепестков роз, выполненные из полупрозрачного нефрита.
Дверь
ванной, выполненная из массива ясеня, была окрашена в
светло-серый оттенок
, почти белый. Её поверхность имела лёгкую текстуру, напоминающую льняное полотно. Центральным элементом служил
бронзовый дверной молоток
в форме львиной головы — его патина создавала эффект старинной вещи, бережно хранимой поколениями.
Ритуал купания
Варвара неторопливо повернула кран, и вода заструилась с тихим шумом, наполняя ванну. Она регулировала температуру, погружая ладонь в поток, пока вода не стала идеально тёплой — той, что обнимает, но не обжигает.
Сняв пеньюар, она ступила на
ступени
, ведущие в ванну. Они были выложены тем же серо-светлым мрамором, но с микроскопической насечкой, исключающей скольжение. Каждый шаг отдавался лёгким эхом, словно шепотом камня.
Погрузившись в воду, она закрыла глаза, позволяя теплу проникнуть в каждую клеточку тела. Время замедлилось. Где-то между реальностью и грёзами она провела
около двух часов
— то погружаясь в размышления, то позволяя себе забыться в ароматах масел, которые медленно растворялись в воде.
После купания она тщательно вымылась, используя мыло с запахом жасмина, а затем облачилась в
платье изумрудно-зелёного цвета
, принесённое служанкой. Ткань была простой, но благородной — тонкий хлопок с едва заметным переплетением нитей.
Завершив ритуал, Варвара взяла золотой гребень и начала расчёсывать свои
огненно-рыжие волосы
Они струились по плечам, словно расплавленное золото, а гребень скользил по ним, собирая непокорные пряди в
лёгкую косу
Косу она перевязала
шёлковой лентой
того же изумрудного оттенка, что и платье. Лента мягко обвила волосы, зафиксировав их в изящном узле.
Последним штрихом стало отражение в зеркале — спокойная, собранная, готовая к новому дню. Варвара глубоко вдохнула аромат трав, всё ещё витавший в воздухе, и неспешно вышла из ванной, оставив за собой шлейф умиротворения и предвкушения.
Дополнение к главе предыдущей
Кощей решил искупаться в той же ванной, где незадолго до этого была Варя. Он справился с этим быстро и, вернувшись в спальню, вновь сел за документы.
Молодой князь твёрдо намеревался завершить все дела до самого важного момента в их жизни — ему не хотелось, чтобы что-либо отвлекало от этого. Поэтому он работал сосредоточенно и оперативно.
Прежде чем войти в ванную, Кощей учтиво дождался, пока его невеста покинет помещение, — он не желал её смущать. Оказавшись в ванной, он сразу сменил воду: налил чистую и отрегулировал температуру до привычной, любимой. Мылся он тоже стремительно, без лишних задержек.
После купания Кощей расчесал свои чёрные волосы и собрал их в хвост. Теперь он чувствовал себя бодрым и готовым двигаться дальше.
Глава 30. Инцидент на свадьбе
И вот наконец настал тот вечер, которого Варя и Кощей так ждали. Воздух в замке дрожал от предвкушения: каждый уголок был пропитан торжественным волнением, а слуги сновали по коридорам с особой поспешностью, словно боясь упустить хоть миг этого знаменательного дня.
Варю уже одевали служанки — бережно, почти благоговейно. На неё надевали то самое платье, что Кощей заказал для неё задолго до этого дня. Оно уже было описано в предыдущих главах, и потому мы не будем останавливаться на его деталях. Но стоит лишь упомянуть, что каждая строчка, каждый вышитый узор дышали любовью и заботой, вложенными в этот наряд.
Варя была невероятно счастлива. Её глаза сияли, а на лице расцветала улыбка, которой, казалось, хватило бы, чтобы осветить весь замок. В тот вечер она излучала радость, чистую и неподдельную.
