была чистая правда. Она была искренне хорошим человеком с огромным сердцем, а Энни стала бы просто бонусной дозой доброты.
В нашу сторону шла молодая пара, держась за руки, и когда я поняла, кто это, я постаралась присмотреться повнимательнее. Сэм Кэмпбелл — депрессивный подросток, на которого Фишер указал мне месяц назад на барбекю — прогуливался с влюбленным выражением лица, глядя на свою девушку сверху вниз.
— Кто это с Кэмпбеллом? — спросила Миранда, следя за ними так же, как и я.
— О, это Робин. Дочь мэра Эджертона. Должно быть, это новые отношения, иначе такие новости уже разлетелись бы по городу со скоростью лесного пожара, — отметила я, и моя лучшая подруга кивнула.
— Они такие милые вместе! Посмотри, какими счастливыми они выглядят. Ах, юношеская любовь, — мечтательно вздохнула Миранда, а я усмехнулась. Но она была права.
Вибрация телефона вырвала меня из раздумий, и я рассмеялась, увидев всплывшее «имя» Кая — одно из тех, что он выбрал сам. Я еще никому не рассказывала о связи истинных, я просто хотела пока держать эту информацию при себе, по крайней мере, до тех пор, пока всё это странное дерьмо не уляжется, и у нас не появится больше времени, чтобы понять, как будут выглядеть наши отношения.
Альфа-Зверь: Эй, Росточек, просто хотел сказать, что скучаю по тебе и не могу дождаться, когда укушу тебя, а потом всё залижу.
Клянусь звездами, жар расцвел между моих ног от одной только мысли об этом. Во время секса он постоянно меня кусал, и это было самое горячее, что только могло быть, но то, как он потом зализывал отметины? Это заставляло меня хотеть обвиться вокруг него, как обезьянка, и настаивать на том, чтобы его язык никогда не покидал мое тело.
Пришло еще одно сообщение, прежде чем я успела даже обдумать, что ответить на предыдущее.
Альфа-Зверь: Папочка хочет знать, в безопасности ли ты. Я сказал ему отвалить, но у него появилось такое отцовское выражение лица, где он выглядел настолько разочарованным во мне, что я сдался. Так что, ты в безопасности?
Вздохнув, я провела рукой по лицу.
— Что случилось? — спросила Миранда, оторвавшись от экрана своего телефона, чтобы посмотреть, из-за чего я тут драматизирую.
— Ну, парни были очень внимательны, и мне это нравится. Это заставляет меня чувствовать себя особенной, но Кам, в частности, может перегибать палку. Я долгое время сама о себе заботилась, и мне не нужен парень, чтобы меня защищать. Не пойми меня неправильно, приятно, когда кто-то так о тебе заботится, но я ведь и сама справляюсь, разве нет? Я просто не хочу, чтобы они думали, будто я какая-то беспомощная ведьма, которая не может сама разобраться со своим дерьмом, понимаешь? — Черт, это был целый словесный понос, но теперь, когда я выложила всё начистоту, во мне зашевелился гнев, и крошечная часть меня почувствовала себя нерациональной.
Миранда рассмеялась, качая головой.
— Расскажи, что ты чувствуешь на самом деле, а? Я понимаю. Ты была с парнем, который по сути сталкерил тебя и должен был знать каждый твой шаг в течение дня, поэтому я понимаю, что любое подобное внимание может тебя расстраивать. И черт возьми, да, ты способная, ты потрясающая. Просто некоторые мужчины так ведут себя с теми, о ком заботятся, есть грань между контролем и заботой, между собственничеством и защитой. Просто убедись, что ты понимаешь, что именно это такое, прежде чем срываться на него. Может, просто поговорите об этом, — предложила она, и я знала, что она права.
— Я сделаю это позже, когда увижу его, — решила я вслух. Быстро отправив Каю ответное сообщение, чтобы они знали, что я в парке и со мной всё в абсолютном порядке, я положила телефон и обмахнула лицо руками. — Боже правый, что-то вдруг стало так жарко.
— Ты в последнее время вообще стала горячее, наверное, это из-за постоянного общения с такими горячими парнями.
Лай Мэйвена привлек наше внимание к тому месту, где Энни гонялась за ним возле большого дуба, росшего над озером.
— Не подходи слишком близко к воде, Энни! — крикнула Миранда, но мой взгляд был намертво прикован к стволу дерева — к тому самому месту, которое я исцелила, когда в последний раз была здесь с парнями. Увидев темноту на стволе, я взмолилась звездам, чтобы это оказалась просто тень, чтобы я подошла туда, и с прекрасным деревом всё было в порядке.
Но в глубине души я знала, что это не так. Я даже не задумывалась о том, как использовала здесь свою магию в тот день, но было логично, что большое дерево пострадало бы так же, как и всё остальное, что я осмеливалась затронуть своей силой.
Ноги сами понесли меня к озеру, позади раздавался голос Миранды, спрашивающей, что случилось… но я пока не могла говорить. Не раньше, чем подтвержу то, что вижу.
Мы остановились вплотную к дереву. Моя рука провела по черноте, которая расползалась наружу, почти как вены в теле.
— Блядь, блядь, блядь! — выругалась я себе под нос.
— Деревья иногда болеют, Сэйдж. Всё будет хорошо. Ты ведь можешь его вылечить, правда? — спросила Миранда, положив руку мне на плечо. Она понимала, что смерть живых существ бьет по мне гораздо сильнее, чем по обычной ведьме, ведь мои силы были так тесно связаны с жизнью.
— Да, да, конечно. Но сначала мне нужно покопаться и выяснить, в чем может быть проблема, прежде чем я начну вливать в него магию, — ответила я. Однако факт оставался фактом: я не прикоснусь к дереву или чему-либо еще своими силами, пока эта загадка не будет разгадана. Какой кошмар.
Мы немного погуляли. Мэйвен и Энни носились туда-сюда по асфальтированной дорожке. Было здорово проводить с ними время, но моему разуму было трудно не думать обо всем том дерьме, о котором моя лучшая подруга не знала. Я не рассказывала ей обо всем, потому что у неё и так хватало забот, и я не хотела добавлять ей стресса.
Мы сидели на берегу озера, болтая ногами в воде, смеялись над случаями из школьной жизни, делились новостями о бывших одноклассниках, но солнце начало опускаться всё ниже, а мне еще нужно было заскочить в продуктовый магазин по пути домой.
— Ну что, девочки, думаю, нам с Мэйвом пора домой, — сказала я, разминая спину, когда встала.
— Ой, блин, а он не может переночевать у меня? — спросила Энни, широко раскрыв глаза, как маленький щеночек.
Бросив взгляд на Мэйвена, клянусь звездами, я
