Присвоенная ночь. Невинная для герцога - Наталия Журавликова

— Что ж, — пробормотал он, — я весьма разочарован, Арлин. Права матушка, ты о себе только и думаешь. Увидимся на венчании.

Жених, не говоря больше ни слова, покинул мою спальню тем же путем, как пришел.

А я смотрела ему вслед с бьющимся сердцем. Конечно же, я и сама желала оказаться в его объятиях. Но только когда стану полноправной супругой моего любимого Мартина.

1.3

Утром я ждала свадьбы с особенным волнением, переживала, что Мартин обижен на меня, уже простила вчерашнее вторжение и полностью оправдала его. Он молодой мужчина, ему всего двадцать три, горячая кровь бурлит. Тетушка Хильда говорила, что даже эрмины в годах ни о чем думать не могут, когда красотку увидят, что же с такого юнца взять?

Верно, он и правда меня так сильно любит, что эта страсть его разума лишает.

Не может со своими чувствами совладать. Готов жизнью рисковать, в окно ко мне залез!

— Хороша девица! — тетя Хильда отступила в сторонку, чтобы лучше меня разглядеть. — И пристроили мы тебя отлично, в благородную семью. Помни об этом, сиротка!

— Спасибо, тетушка, — поблагодарила я ее вполне искренне, — за то, что отдаете меня тому, кто мне по сердцу.

— Да уж, молодой, красивый, академию закончил недавно. Но ничего, мы тебе тоже воспитание хорошее дали и образование сносное. Виноватить мне себя не за что. Так что, Арлин, иди, не оглядывайся! Теперь у тебя своя жизнь. С мужем все проблемы уж сама решай, мы тебе больше ничего не должны.

— Что вы, тетушка, зачем мне от вас чего-то еще требовать? У меня своя семья будет.

Получив столь странное напутствие, я позволила себя вывести из комнаты под руки, как было положено по брачному ритуалу.

Меня усадили в карету, и пока она медленно выезжала со двора, в окна летели лепестки цветов и зерна пшеницы, на богатство и долголетие.

Дорога до храма выдалась долгая, потому что двигался экипаж очень уж неспешно, вокруг него выстраивалась целая процессия людей, несущих корзины с овощами и фруктами.

Точно, сегодня ведь праздник Урожая, свежие плоды благословляют, чтобы долго хранились и не гнили.

Двери храма Осенней богини были распахнуты, меня там встречали как высокородную особу. Обмахивали пальмовыми ветвями, осыпали зерном и цветами, выкрикивали пожелания “плодородного брака”.

Я отвлеклась от тревожных мыслей, наслаждаясь всеобщим признанием, купаясь в лучах любви, как и положено невесте.

На крыльце меня встречал жених, от его улыбки на душе потеплело еще больше. Разве может что-то помешать нашему будущему счастью?

Мартин был одет в темно-синий, богато расшитый свадебный камзол, горчичного цвета брюки облегали мускулистые длинные ноги. Высокие сапоги из телячьей кожи лучшей выделки придавали его облику особой элегантности.

Длинные волосы стянуты в хвост, перевязаны атласной лентой в цвет камзола.

Жених подал мне руку и проводил в храм. Пока мы шли к алтарю, Мартин склонился ко мне и прошептал:

— Я не сержусь за вчерашнее, милая, можешь не волноваться.

Какой он душка. Счел необходимым меня успокоить.

Я почувствовала новый прилив любви к своему жениху. Правда, к ней примешивался легкий червячок сомнения. Я все же рассчитывала, что он извинится передо мной за свою настойчивость, хотя бы из приличия.

Но моя влюбленность укрывала Мартина Палестри щитом неуязвимости.

Мы подошли к алтарю, за которым ждал нас величественный служитель Осенней богини.

— Возьмитесь за руки, дети Небес! — провозгласил он зычным, хорошо поставленным голосом.

Повернувшись друг к другу, мы с Мартином выполнили его распоряжение.

Служитель читал слова древнего брачного заклятия на мертвом, непонятном простым людям языке.

И каждый звук словно связывал нас с моим любимым все крепче.

Синие глаза жениха сияли, я видела, что его обряд радует так же сильно, как и меня.

— Мартин Палестри, берешь ли ты в жены эту девицу? — спросил служитель, закончив читать.

— Беру, — с достоинством ответил жених.

— А ты, Арлин Демари, берешь ли в мужья Мартина Палестри?

— Беру, — выдохнула я.

— Обменяйтесь брачными браслетами, дети Небес! — велел служитель.

Волнуясь, я подставила руку жениху. Сердце бешено колотилось, пока он застегивал на моем запястье украшение.

Следом и я завершила ритуал.

— Можете поздравить друг друга поцелуем, — разрешил жрец.

Мартин отбросил тонкую фату в сторону, склонился ко мне, я затрепетала в предвкушении первого супружеского прикосновения.

— Обожди, сынок, успеешь еще намиловаться! — строгий голос его матери вернул меня к реальности. — Завершим всю волокиту и уж лобзайтесь!

К нам подскочил шустрый лысый мужчина с острой бородкой, поправил круглые очки и протянул плотный свиток желтоватой бумаги, разворачивая его на ходу. Орелия Палестри сунула мне в руку гусиное перо.

— Подпиши, что должна! — велела она. И после добавила:

— Дочка. И мы станем истинной семьей!

Наконец-то, у меня появится семья. Орелия, конечно, деспотичная и всеми любит командовать. Но со мной Мартин, мой муж, моя опора.

Я легко поставила росчерк, радуясь, что могу подписываться именем мужа. Арлин Палестри! Магические чернила полыхнули синим, скрепляя сделку.

— Вот и ладушки. Теперь целуйтесь.

Мартин вновь повернулся ко мне, но нам опять помешали.

Зазвучали горны, возвещая о прибытии лорда-наместника Эшбена Хорлина.

Первым вбежал его секретарь, исполняющий и роль глашатая.

— Жители Медлевила! Приветствуйте стоя наместника уезда! И его высочайшего гостя, владыку герцогства Ремтиллен, самого герцога Максвелла Коллина, что почтил нас своим присутствием в праздник!

Гости, которым посчастливилось найти сидячие места, тут же вскочили. Стоявшие же расступились, пропуская знатных гостей.

Лорда Хорлина, чьи шаги полностью подчинила себе подагра, вели под руку слуги.

А над ним возвышалась, мощная фигура. Мужчина в великолепном костюме стоимостью как вся наша свадьба, окинул происходящее скучающим взором.

Он был молод, хоть и видно, что старше моего жениха… нет, теперь уже мужа. Темно-русые волнистые волосы почти до плеч небрежно уложены. На широкие плечи накинут красный плащ, приколотый к камзолу дорогой брошью.

Гордая посадка головы, манера держаться и каждое, даже самое мелкое его движение свидетельствовали о высоком происхождении незнакомца.

Это и есть герцог?

Взгляд старичка-наместника уперся в нас с Мартином. На высохшем, морщинистом лице блуждала улыбка.

Он вытянул трясущуюся руку и поманил меня длинным костлявым пальцем.

— Лорд-наместник велит невесте подойти ближе!

Я испуганно посмотрела на мужа. Мартин ободряюще улыбнулся мне и прошептал:

— Все получится, как мы загадывали!

Поверив его словам, я пошла к лорду. Стук каблуков моих туфель отдавался, кажется под куполом храма.

— Дай-ка, посмотрю на тебя.

Согбенный старик казался ниже меня почти на голову. Но слезящиеся глаза оценивали меня чисто по-мужски.

Морщинистая