страницах учебников в разделе «Смутные времена».
Как бы то ни было, но именно с этого момента появлялись первые упоминания башен.
«И Риган Бладсворд доказал свое право на власть, защитив народ и своим именем, и своим мечом, и кровью своей. В одну ночь разом он обрел мощь ястреба и ловкость сокола, и укрыл своими крыльями всю землю от Дайны до северных гор. И да на гербе его обе птицы и горный барс, попирающий меч врага».
Изображенный рядом герб привлек мое внимание.
Прежде Бладсворды имели одну птицу и барса, а теперь две. И не просто, а сидящих не вершине башен, которых раньше не было. И не просто так они оказались увековечены.
«Бладсворд принес мир, и отступили война и голод. Земля одарила богатым урожаем, вернувшиеся с поля боя возродили детский смех в селениях, благоденствие наступило».
В этом месте я даже фыркнула.
Можно было подумать, что владетель лично сам сеял и пахал, и детишек делал.
Хотя…
Количество бастардов в округе говорило о том, что как раз к этому Бладсворды могли приложить руку.
О! Вот и оно!
«На границе заповедника повелел он поставить еще и Невестину башню, что сейчас зовется «Соколиной», да так, чтобы Источник располагался аккурат по середине между обеими ими, и запретить ход туда незнающему.
Оставил Риган завет: возродить Старфайр и Дженингейм и блюсти их законы…»
Дженингейм? Это еще что такое?
Тоже праздник? У них были какие-то законы?
«На Дженингейм проводить обряды во славу земли Бладсворд в Ястребиной башне и дары возносить. На Старфайр в обе башни не ходить, священное действо не нарушать никому, кроме владетеля, и Источник в неделю костра не тревожить».
Силы небесные!
Я ведь к источнику ходила как раз на Старфайр!
Будем надеяться, это всего лишь суеверия.
При мысли об этом плечо словно ужалило!
«Пока хоть единый камень с каждой башни на своих местах стоит, потомкам Ригана вменено ради блага земель…»
Проклятье! Страницы склеились!
Можно было подцепить за уголок, да только я боялась повредить чужую книгу, я бросилась к маленькому бюро у окна, надеясь, что там есть канцелярские принадлежности. Нож для бумаг сейчас мне был жизненно необходим.
И только я обнаружила искомое, как в дверь негромко стукнули.
Я развернулась и увидела, что, не дожидаясь, приглашения Бладсворд уже зашел внутрь.
Он насмешливо посмотрел на нож, зажатый у меня в руке.
— Настолько мне не рада, Энни? А я, как обещал, с подарками, — владетель показал мне, что у него в руке, которую он прятал за спиной.
Маска. Птичья маска.
Очень похожая на его собственную, но вряд ли бы он принес ее мне. Скорее, это была маска негодяя, опоившего меня на празднике.
— Похожа, — признала я.
— Возьми в руки. Я же правильно понял, что ты Чтец?
Я прислушалась к интонациям в голосе Бладсворда. Никакого пренебрежения.
Что ж. В самом деле, если мы не могли допросить преступника, то его вещь — вполне.
Отложив нож, я подошла к владетелю и настороженно коснулась маски.
Ничего, хотя я ожидала, что меня затянет сразу, как только произойдет контакт, как это случилось с моей шпилькой на лацкане Бладсворда.
Пришлось сосредоточиться.
И лишь несколько минут спустя, я почувствовала, как проваливаюсь в прохладный темный лес.
Глава 29. Еще один неизвестный
Не было полного подключения к мыслям и чувствам, как с Бладсвордом. Я понятия не имела, почему так вышло в тот раз. То ли потому что шпилька была моей, то ли потому что мы оба присутствовали в одном месте. Мне не хватало знаний и практики, чтобы сделать какие-то выводы.
Это же видение уже было привычным.
Привычно неприятным, я бы сказала.
Общий эмоциональный фон давил так, что дышать было сложно.
Однако самые сильные чувства испытывал не носитель маски, поэтому я погружалась в воспоминание медленнее обычного.
Словно затягивая в себя, меня обступил прохладный сумрак. Лунный свет пробивался из-за наплывающих облаков и выхватывал голые ветви деревьев. Где-то неподалеку слышались хохот и музыка, но они не мешали беседе двоих, скрывшихся от посторонних глаз.
«— Ты подумал над моим предложением? — голос мачехи я узнала бы при любом раскладе. Однако алое платье и без того указывало на нее. Наряд Джины был в беспорядке. Она как раз, поднявшись с колен, оправляла юбки.
— Не вижу повода ввязываться, — лениво протянул хозяин маски, сидевший на пне широко расставив ноги. — Ты говоришь, ей заинтересовался Бладсворд. Так с какой стати мне злить владетеля?
Джина фыркнула:
— Не надо прикидываться законопослушным парнем, Ос. Я знаю тебя, как облупленного. Ради того, чтобы насолить Райану, ты готов на многое.
— Да, — застегивая ремень, согласился Освальд. — Но я не готов ставить под удар свои дела. Последнее, что мне нужно, чтобы Бладсворд сунул в них свой нос.
— А ты не подставляйся. Просто проучи дрянь, как ты умеешь. Думаю, эта овца сама пойдет в монастырь после такого, чтобы не быть опозоренной. А я тебя отблагодарю, — мурлыкнула мачеха. — Как ты любишь.
— Джина, не все вертится вокруг твоей задницы, хотя она и аппетитная, — усмехнулся в ответ мужчина.
— Ос, я же вижу, что ты торгуешься, — голос мачехи потерял сладость, в нем прорезались ледяные нотки недовольства. — Чего ты хочешь?
— Бессрочную аренду на охотничий домик в поместье «Соколиная башня». И чтобы никто не совал нос на его территорию.
— Не жирно ли тебе будет? — кажется, мачехе не понравилось, что ее благосклонность ставят ниже материального. — Впрочем, все равно. Ты же знаешь, что пока отродье Чествика жива и не ушла в монастырь, я не имею права заключать подобные договоры.
— Так может мне не обесчестить ее, а самому на ней жениться? Полагаю, дуреха готова выскочить за любого, лишь бы избавиться от твоей опеки, — поддразнил Джину Освальд. — А я получу Башню и разозлю этим Бладсворда. Кругом сплошная выгода. Зачем мне ты?
— Если бы у меня не было планов на ее наследство, я бы только порадовалась вашей свадьбе, учитывая, что твои жены долго не живут. Все, как одна, бросились со скалы, так ведь? Сколько их было, прости? Три?
— Я к этому не имею отношения, — отрезал Ос, давая понять, что эту тему лучше не затрагивать. — И мне все больше нравится идея, надеть колечко тихой Энни.
— Только попробуй, — зашипела мачеха разбуженной змеей. — Мне ведь есть, что рассказать. Ты не забыл?
— Не будь слишком смелой, Джина, — с угрозой посоветовал ей Освальд, но Джине уже попала шлея под хвост.
— Нужен охотничий домик? Так
