чуть не кончил от поцелуев.
Светлана Александровна и я как будто исполняли танец. Не какой-нибудь современный брейк-данс. Мы кружились в классическом вальсе, где партнеры отдаются неспешному ритму и наслаждаются объятиями.
Когда я уже чувствовал себя вулканом, готовым к извержению, Шамаханская царица чуть отстранялась от меня и шептала, щекоча ухо:
– Подожди, мой мальчик. Не торопись, полежи, отдохни немного, а я поласкаю тебя.
Я открыл что-то новое для себя. Раньше такого я ни с кем не делал и начал понимать, что иногда главное не оргазм, а сам процесс.
И вот, извержение вулкана, управляемое нежной, но умелой рукой, мы пережили, и умиротворённая Светлана Александровна лежала рядом, положив голову мне на грудь. Царица ласково поглаживала мне живот, задумавшись о чем-то своем, когда я вдруг почувствовал, что объявился Сундукевич.
«Салют! Юный геронтофил! Переводил бабушку через дорогу и так увлекся процессом, что решил довести ее до кровати?»
– Здорово Сундук. Ты, как всегда, не вовремя, но, как говорится, «заходи, раз пришел». А кто такой геранефил? Я только нумизмата знаю, это который монеты всякие собирает. Геранефил, это кто собирает герани?
«Ну в принципе да. Герани и собирает. Да шучу я. Роскошная женщина. Я бы тоже к такой попробовал шары подкатить».
– В смысле – тоже? Я тут, как всегда, косяки твои исправляю. Можно сказать, что все колени стер и лоб разбил, пока грехи твои замаливал. А ты, гад такой, делаешь вид, что в первый раз видишь Светлану Александровну?
«Малой, не кипятись. Не от этого ты колени стер». Рассмеялся Сундук. Чувствовалось, что он в хорошем настроении. «Смотрю я на твою пассию возрастную, конечно же, с удовольствием. Не забывай, что вкус у нас один на двоих, а значит, она мне тоже нравится, но вижу ее в первый раз. Хотя… Вроде и видел где-то. Но точно не общался. Ты же знаешь НАШУ память на лица. Я бы запомнил».
– Да? Странно. А все вроде сходилось. Уж больно много случайностей для случайной встречи. Нас будто кто-то подталкивал друг к другу. Ну и пофиг тогда. Хоть раз с женщиной пообщался без твоего участия. И зажигал с Шемаханской царицей не потому, что должен ее от тебя, зверюги, спасать, а потому что сам захотел с ней побыть. Первый раз в жизни, можно сказать, сам выбрал для себя женщину.
Я выпалил то, о чем даже не думал, но вроде все правильно сказал.
– А ты что пропал-то? Нормально все? Ладно хоть бабушка сказала, что ты живой, а то бы я реально подумал, что кони двинул.
«Здоровье мое, конечно, не очень, но слухи о смерти преувеличены. Не отключают от машинки и ладно».
– Какой машинки? Ты там что, на машинах гоняешь?
«Ага. Гоняю. Машинкой врачи из реанимации называют систему поддержания жизнедеятельности. Ее и гоняю».
– Понятно. Так себе игрушки у тебя. А что не появлялся?
«Как-то не получалось. Просыпался несколько раз, хотел к тебе попасть, но не мог. Чувствовал, что так и лежу в коме своей привычной. А сегодня захотел и получилось. Не знаю я, как это работает. Если интересно, то у бабушки спроси».
– Не надо вот только на бабушку все валить. Вечно сматываешься куда-то, когда нужен.
«Зачем это я тебе понадобился? Ты же всегда самый умный и просишь не мешаться».
– Хотел совета спросить стариковского, как с женщинами постарше общаться.
«У тебя… У нас… Нет, у тебя. Короче, была же Танюша. Она старше тебя на несколько лет».
– Вот именно на несколько. Сейчас-то не на несколько.
«Малой, забей. Какая разница кому сколько лет. Тебе хорошо с ней?»
– Ага.
«Ну и все. На этот раз мой совет тебе точно не нужен. Вон твоя герань какая довольная. Как кошечка. Сейчас мурлыкать начнет».
– Мальчик мой! – словно услышала наш разговор Шамаханская царица, – Спасибо тебе. Ты меня сегодня очень порадовал. Это было восхитительно. Даже когда ты вел себя немного жестко, я наслаждалась. В один момент я почувствовала себя куском мяса, который насаживают на шампур, и, как ни странно, мне это понравилось.
«Геронтофил-шашлычник!». Резвился Сундук в моей голове, отвлекая от общения с прекрасной женщиной. «И что теперь делать будешь? Жениться? Я не против. Женщина видная, но нам не хватало еще твои косяки разгребать. И все-таки где-то я ее видел!»
– Ты хочешь, чтобы я только твои ошибки исправлял? А вот фигушки! Я даже рад, что не иду по твоим стопам. Не хочу принудительно заниматься сексом, даже с самой прекрасной женщиной на земле. А видел ты Светлану Александровну по телеку. Помнишь Лима? Одинокая птица?
«Ага. Точно она. Только сейчас она даже симпатичнее. Милее как-то, что ли. Ну ты и ходок, Малой. В следующий раз выберусь к тебе, а ты уже с Мадонной крутишь. Ну или кто там у вас еще есть из пожилых?»
Светик или Светуля
Следующим утром, по дороге на завтрак, я немного волновался. Вдруг сейчас Шамаханская царица заявит, что вчера произошла трагическая ошибка. Мы разошлись уже ночью, уставшие и довольные друг другом, но мало ли что ей в голову за ночь могло прийти. Чем больше я узнавал женщин, тем меньше понимал их поступки.
Зря я думал плохое. Светлана Александровна уже сидела за столом со своей горсточкой каши, посыпанной орехами, и встретила такой улыбкой, что я снова захотел оказаться с ней в постели.
– Доброе утро, мой мальчик! Как спалось?
– Доброе утро! Спасибо, нормально? Как вам?
– Спала как убитая, и я даже знаю, почему мне так хорошо спалось и кого мне за это благодарить. – Улыбнулась царица. – Я тут подумала ночью...
Светлана Александровна сделала глоток кофе, а я напрягся в ожидании продолжения. Я все-таки был прав? Что она там надумала ночью?
– Так вот. Я думала, а как ты теперь будешь ко мне обращаться? Так же как раньше, по имени-отчеству или более интимно?
Я облегченно выдохнул. Все-таки повезло мне с женщиной. Никаких завихрений после секса.
– А как вы хотите? Если честно, то мне нравится называть вас по имени-отчеству. Вы прекрасная женщина, и мне было очень хорошо вчера, но не называть же мне вас Светкой или Светулькой. Если хотите, я попробую, конечно, но…
– Не хочу, мой мальчик. Это была проверка. Не собьешься ли ты на пошлость мужлана или высокомерность победителя после нашей близости. Я за
