службе хозяину.
Что касается самой королевы — она, безусловно, красива. Но это не та яркая, сбивающая с ног и сводящая с ума прелесть. Это грамотно подобранный образ, красивая одежда, идеальный макияж, скрывающий всякий изъян, и аура безграничной власти.
Она совсем не проста. А ещё я ей не нравлюсь.
— Потанцуем? — предложил Кай, вырывая меня из облака тяжёлых мыслей.
— Вальс я не умею, а для танца маленьких утят здесь слишком впечатлительная публика. Давай не будем смущать толпу?
— Юрай, ты заболела? С каких пор тебе перестало нравится смущать толпу? — усмехнулся наставник, отбирая у меня бокал, в который я вцепилась как утопающий в бревно.
— Я танцую, как корова, которую какой-то недалёкий выпустил на лёд.
— Ладно. Но теперь ты должна мне танец. А пока предлагаю уйти куда-нибудь. Например, на балкон. Там стоят замечательные диванчики и вид отличный. Что скажешь?
— Отличный план, командир!
Не долго думая, мы отправились к балконам. Но на полпути Кая окликнул какой-то юноша.
— Я сейчас подойду.
— Хорошо, — кивнула я.
Оказавшись за закрытыми дверьми маленького, но уютного балкона, я с наслаждением втянула свежий воздух. Несмотря на холод улицы — всё-таки до начала зимы две недели, здесь тепло. Низкий поклон человеку, придумавшему магические нагреватели. Вот кто воистину гений!
Я посидела на диване. Оглядела сад. Снова посидела на диване. Принца всё не было.
Но вот за дверьми раздались отчётливые шаги. А следом и голоса.
— Ты правда собираешься сделать это? — с удивлением вопрошал кто-то.
— Правда, — самодовольно отозвался… Рандорр.
Я тут же навострила уши и даже подошла поближе к закрытым дверям, чтобы лучше слышать.
— Но ведь девка уже твоя.
— Пока нет. Рядом с ней крутится Майерхольд, будь он неладен.
— Как бы он не увёл у тебя красотку.
— Красоток много. А такая силища лишь у неё. И её нужно окольцевать как можно скорее. Сейчас выжду момент, бухнусь перед ней на колени и попрошу у короля благословения. И тогда она точно будет за мной. Даже принцы не смогут воспротивиться воле венценосного папаши.
47
Вот же гаденыш!
— Ну, дружище, ну, смельчак, — с уважением протянул приятель Рандорра. — Давай же выпьем за твою отвагу!
Правильно. Выпейте. Желательно яду.
Послышались шаги. Мужчины уходили.
Сейчас мне больше всего на свете хотелось броситься следом за генералом и от души оттаскать за волосы. Но я сдержалась. Отдышалась с минуту, похлопала себя по щекам и принялась продумывать план спасения.
По всему выходило, что спасти меня под силу лишь Кайрату. Кстати, а где он?
Озадаченная столь животрепещущим вопросом, я приоткрыла дверь и оглядела зал через щелку.
Ну, что я могу сказать… Ни черта не видно!
— Где же ты, командир?.. — нетерпеливо пробубнила себе под нос.
Рандорр, конечно, идиот, но даже дырявое ведро порой может пригодиться в хозяйстве. Попросить моей руки у короля при всем высшем свете — это, не побоюсь данного утверждения, гениально.
Воле повелителя можно только следовать. А если нет, то изволь выбирать себе гробик попросторнее.
Прикусив нижнюю губу от волнения, я снова оглядела бальную залу. И снова безрезультатно. Выругавшись, прикрыла дверь и прижалась спиной к стене.
Ладно. Главное — не паниковать. Сейчас Кай придет, и я рухну в счастливый обморок, предварительно взяв с него обещание не допустить моей скоропостижной помолвки.
— Давай посидим на балконе? Обсудим дела грядущие, — предложил знакомый голос. А нет, официально заявляю: паниковать можно!
— Мне нужно найти эту девку. Куда она могла запропаститься?
— Никуда твоя ненаглядная не денется. Бал только начался. Она не посмеет уйти так скоро.
Не успела я испугаться, как двери балкона распахнулись, и передо мной оказался Рандорр собственной неприятной персоной. За его спиной маячил незнакомый мужчина с жиденькими усиками на неприятном крысином лице.
— Евангелина! — произнес генерал так, словно нашел заветный подарок под новогодней елью. От его восторга у меня аж зубы свело. — Здравствуй.
— Добрый вечер, — отозвалась я, предпринимая попытку сделать ноги.
Не вышло. Предусмотрительный женишок преградил дорогу.
— Куда же ты? Не покидай меня, — с ухмылкой сказал он. В одной руке генерал держал бокал с чем-то явно не детским, другой же ловко схватил меня за запястье. — Евангелина, прогуляйся со мной… кое-куда.
— Куда? — наивно спросила я, похлопав ресницами.
Понятие «кое-куда» весьма широкое. Отправляясь кое-куда, можно оказаться в саду, в музее, в магической академии, замужем… А замуж за Рандорра я категорически не хочу!
— Кое-куда, — с нажимом повторил «жених», напоминая о своем дурном нраве и взрывном характере. С него станется взвалить меня на плечо и уверенным шагом отправиться в долгое и счастливое супружество.
— Гм… Хорошо, — я красноречиво посмотрела на бокал в его руке. — Это — ваше?
— Моё.
— Позволите? Что-то в горле пересохло.
Генерал со словами «Всё для моей леди» протянул мне напиток.
Я подарила ему самую польщенную улыбку, на какую только была способна… И выплеснула содержимое посудины ему прямо на лицо. После пихнула в грудь, подставив ногу так, чтобы он точно споткнулся.
Он споткнулся. И упал. Причем так удачно — прямо на своего приятеля.
— Иди к черту! — рявкнула я, подхватывая юбки и устремляясь вперед.
Я бежала, как ошпаренная кошка. Однако моя мокрая и изрядно потрепанная компания не отставала. Восторженная публика с интересом наблюдала за нашей игрой в салки.
Но вот на моем пути оказался нерадивый разносчик еды. Заприметив нас, он замер от испуга. Да так, что не обойти и не объехать. Пришлось притормозить, чтобы не врезаться в прибалдевшего юношу.
Тут меня и схватили.
— Попалась! — заявил Рандорр.
Попалась. Причем не так далеко от трона. Вот гадство!
— У меня важное объявление! — гаркнул генерал. Музыка резко стихла, а толпа быстренько и слаженно организовала круг, в центре которого мы и оказались.
— Какое же? — осведомился король, заинтересованно приподняв брови.
— Я… — начал было мужчина, но его оборвали.
— Прощу прощения, но у меня тоже есть объявление, — раздался голос со стороны.
Его Высочество Кайрат выглядел спокойным и собранным, но приближался уверенно и неумолимо. И пусть его лицо оставалось непроницаемым, Рандорр напрягся. Хватка же наоборот — ослабла. А когда Майерхольд замер напротив нас, генерал вовсе меня отпустил.
— Выше Высочество, я не
