лекарственными травами. Я скажу, что именно нужно купить. Обязательно раздобудь всё!
Преданная служанка торопится выполнять указания хозяина, мельком взглянув на меня с озабоченным лицом. Уверена, мой вид и правда не слишком хорош.
* * *
Наконец, после множества выпитых отваров, различных лекарственных примочек и поддерживающих обрядов девушек из королевства Осеннего Леса я чувствую себя вполне неплохо. Рыжая магия начинает снова шевелиться в глубине моего сердца, а значит, травы, которые назвала Тэйна, действительно помогли.
Только вернувшись в столицу, я поняла, что давно считаю дворец Рэндона моим домом, а его самого — семьёй.
— Знахарь сварил ещё один отвар. Выпей! — Стоило вспомнить мужа, как он пришёл в спальню с новым лекарством для меня.
Покорно беру большую чашу из рук Ледяного Дракона и осторожно, боясь обжечься, пью маленькими глотками горькую мутную жидкость.
— Вот и молодец! Тебе ведь лучше? — Рэндон забирает чашу и осматривает меня с ног до головы.
— В чём дело?
— Ты сама не могла видеть, но из-за злого духа на твоей коже появились пятна. Сейчас они полностью исчезли. Ты почти здорова.
— Я отлично себя чувствую, и у меня ничего не болит.
— Это прекрасно! Значит, мы можем приступить к последнему необходимому действию для твоего выздоровления — особой близости между нами.
Судя по голосу — Рэндон настроен решительно.
А я… В королевстве Тьмы я поняла кое-что важное — нельзя ничего откладывать, ведь «потом» может никогда не наступить.
Обнимаю Рэндона за шею и без раздумий ищу пуговицы на его рубашке. Мой дорогой муж выглядит ошарашенным. Он точно не ожидал от меня такого. Но теперь я знаю, чего хочу, и полностью к этому готова.
75 Глава
Кровь пульсирует в висках, оглушая меня. Это из-за близости Рэндона или действие последних капель горького отвара? Дракон всё ещё держит чашу, вцепившись в неё так, что костяшки пальцев побелели. В его растерянном, но жадном взгляде неверие. Он удивлён, что я действительно потянулась к нему сама. В полумраке спальни синие глаза кажутся двумя бездонными озёрами, в которых плещутся страх, восторг и надежда.
— Мирэль… — с придыханием шепчет Рэндон, и в этом звуке слышна целая буря невысказанных чувств.
Я не даю ему времени на сомнения. Пальцы скользят по его шее, ощущая ритмичное биение вен под кожей. Это похоже на магическую вибрацию, мощную, будто барабанный бой, задающую такт моему собственному сердцу.
Король Огненных Гор вздрагивает, словно от удара, и замирает. Затем чуть наклоняется ко мне, притягиваемый невидимой силой истинной любви.
— Я больше не хочу ждать, — говорю тихо, почти беззвучно. — Ни минуты.
Стук наших сердец меняется и сливается воедино. В этом единении — что-то первобытное, настоящее, существовавшее задолго до слов и правил.
Дыхание дракона прерывается. Он медленно опускает чашу на столик, будто боится, что любое резкое движение разрушит этот миг. Потом поворачивается ко мне, и в его глазах бушует синее море чувств. Они очень долго прятались глубоко внутри и теперь рвутся наружу, желая быть высказанными.
— Ты уверена? — голос низкий, напряжённый, пронизанный тревогой и надеждой одновременно.
— Да.
Короткий ответ, открывающий дверь в неизвестность.
Рэндон делает шаг вперёд, и вот уже его ладони ложатся на мои плечи, медленно, почти робко. Словно я хрупкий цветок, который может рассыпаться от одного неосторожного прикосновения, и он боится сломать меня.
Хочу закричать ему, что я не цветок, а женщина, которая, наконец, осознала свои желания. Больше я не намерена прятаться за страхом и сомнениями.
Мои пальцы цепляются за ткань его рубашки. Рэндон ловит моё движение, на мгновение замирает, а потом сам тянет края одежды вверх, обнажая плечи и грудь.
В полумраке спальни его кожа отливает бронзой, а шрамы словно тени прошлого, которое больше не властно над нами. Хочу превратить в воспоминания о выживании и любви все рубцы на теле Рэндона, прикоснувшись к ним губами.
Он смотрит на меня, словно спрашивает разрешения. Я отвечаю улыбкой, касаюсь пальцами ключиц мужа. Он вздыхает, и этот звук — его признание капитуляции. Все наши внутренние баррикады и крепости, возведённые вокруг сердец, рушатся в одно мгновение.
Руки Ледяного Дракона скользят по моей спине, находят завязки платья. Движения медленные, почти ритуальные. Он не торопится… Хочет запомнить все линии моего тела, каждое прикосновение. Ткань падает, оставляя меня почти обнажённой. Я чувствую холодный воздух спальни, но он мгновенно рассеивается от жара ладоней Рэндона.
Мой любимый муж замирает, разглядывая меня. В синих глазах — восхищение, трепет и любовь, которую он так долго скрывал за маской суровости. В этот момент я вижу его настоящего — не короля, не воина, а мужчину, который любит меня своим горячим драконьим сердцем.
— Ты прекрасна, — говорит он, и голос дрожит. — Даже не представляешь, как долго я мечтал об этом… Воображал, что держу тебя в своих объятиях, а ты смотришь на меня так же, как сейчас…
Я улыбаюсь, провожу пальцами по его лицу, ощущаю щетину, тепло кожи, биение пульса… Рэндон закрывает глаза и прижимается к моей ладони, словно ищет в ней спасение от всех своих страхов.
— Теперь ты моя, — шепчет он. — Навсегда.
Эти слова — его клятва… Обещание вечности вместе… Я киваю, и моё сердце бьётся так громко, что заглушает мысли. В этой тишине я слышу только дыхание моего дракона, стук сердца и шёпот души, обращённый ко мне.
Рэндон наклоняется, касается губами моей шеи. По телу пробегает волна дрожи, но это не страх… Скорее предвкушение и жажда любви. Жаркие губы скользят ниже, к груди, оставляя невидимые метки, следы ледяного огня. Я задыхаюсь от ощущений, сжимаю пальцы в его волосах, притягиваю ближе.
Он поднимает голову и смотрит в глаза. В его взгляде вопрос, беззвучная мольба. Я отвечаю поцелуем, вкладывая в него всё, что не могла высказать: любовь, благодарность, надежду. Наши губы соприкасаются, и мне кажется, что мир вокруг разлетается на множество осколков.
Разгорячённые тела сливаются, наконец нашедшие друг друга. Это не просто страсть, а соединение душ, обещание, которое мы ни за что не нарушим. Счастье начинается здесь и сейчас, в этой спальне, где стены хранят наши тайны. Рэндон не торопится, двигаясь медленно, осторожно, будто проверяет, готова ли я принять его целиком. Я отвечаю движением, приглашаю глубже, ближе, так, чтобы между нами не осталось ни тени сомнения, ни намёка на страх.
В какой-то момент мир исчезает. Остаёмся только мы. Дыхание, руки, сердца, бьющиеся в унисон. Теряюсь в ощущениях, в тепле, в звуках, которые издаёт Рэндон, когда
