ты у нас ещё и талантливая? — потёрся он щекой о мои волосы. Ещё какая, — улыбнулась ему Сильвана, — это ведь ты манну сделала, которой Дариса торговала?
Я сжалась, понимая, что Дариса ей всё рассказала, поэтому принцесса и увезла мадам на своей карете. Сильвана, видя, что я не собираюсь ей отвечать, неожиданно замахнулась и ударила меня по щеке. Слёзы брызнули из моих глаз.
Ещё хочешь? — спросила у меня принцесса, и попыталась замахнуться снова. Руфус прикрыл меня рукой. Хватит с неё, — сказал он. Сильвана, прекратите, это ещё не ваша собственность, — истерично сказал Эндаге, откупоривая очередную бутылку. Да успокойся, Буст, может, хоть так Валлери поймёт, что для неё лучше, — нервно сказал Дизер. Бездонную шкатулку ты сделала? — взяв меня за подбородок, спросила Сильвана. — Ну? Ты? — Я кивнула, Гастон присвистнул. Ещё и с такими талантами! Если будет хоть оранжевый сектор, и я женюсь, — натянул улыбку Эндаге. А мы и с фиолетовым на союз согласны, — вставил Гастон. Готово, — показал «попугай» треугольный артефакт и многозначительно добавил, — о как! Что там? — спросил Руфус. В ней есть кровь Аронадаров, но близкой роднёй она вам не является, — магистр показал засветившийся центральный лучик, — скорее всего, она потомок вашего великого предка, кровь чистая, родовая магия присутствует. Вот какую идеальную домажечку мне мой предок заделал, — засюсюкал Руфус мне в волосы, потом вдохнул, — и пахнешь вкусно, клубникой с молоком. Руфус, она ещё не твоя, так что проверяй то, что должен, и отпусти девочку, — не выдержал Гастон. Вот, нужно приложить к низу живота и подержать пять минут, — дал Руфусу в руки круглую пластину «попугай». Прости, Валлери, я не хочу тебя оскорбить, но так надо, — и, не обращая внимания на мои брыкания, Руфус задрал мне мантию и юбку, приспустив трусы, приложил руку к низу живота, — всё… всё… всё… теперь подождём пять минут, и мы тебя отпустим, — поцеловал он меня в висок. Слёзы катились градом, голова кружилась, в низу живота жгло. Чего вы уставились на неё? — зло спросил Руфус, но взгляда никто не отвёл. Ноги красивые, а бельё странное, но очень сексуальное, — сипло сказал Эндаге.
Руфус отвернул меня к стене и свободной рукой послал какое-то заклятие, на стене появилась зеркальная поверхность. Он медленно осматривал меня снизу вверх, но, как увидел слёзы и разбитый нос, изменился в лице.
Прости, — прошептал он, — прости, такого больше не повторится, — и увидел, что домаги смотрят в отражение на стене, — отвернулись, скоты! — приказал он. Не видел такого белья у домагов, — сказал Дизер, тоже рассматривая меня в зеркало. Это детские панталоны, — сказал Эндрю, стоящий к нам спиной, — мои младшие сёстры носят такое.
Все замолчали. Руфус убрал зеркало. В тишине раздавались лишь мои всхлипы.
Всё, давайте его сюда, — сказал «попугай». Парень осторожно убрал руку от моего живота и одёрнул мантию. Развернулся вместе со мной, передал артефакт магистру. Ого, вы прям чудо, Валлери, — сказал мне «попугай». Что там? — схватил его за шкирку Эндаге. Зелёный сектор, — показал тот круглый артефакт ярко-зелёного цвета, — лучше просто не бывает.
Вырвавшись из рук Руфуса, я побежала к выходу. Кто-то попытался остановить меня, но я проскочила в дверь. На улице уже было темно. Преодолев парк, я вбежала в свою комнату, заперла дверь, влетела в ванную и заперлась. Голова кружилась, я ощущала слабость, но хуже всего было от осознания собственной беспомощности. Душу терзал стыд, что все видели моё бельё, что расплакалась, как дура, показав свою слабость… утешало только то, что мне нужно продержаться всего неделю, а потом я буду свободна.
Дверь в ванную выломал Вафел. Взял меня на руки, бормоча что-то успокоительное, и отнёс в преподавательский корпус, в крыло только что вернувшейся леди Линаи.
Устроив меня на своей кровати, леди сделала мне компресс со льдом, который нужно было держать на переносице. Я ей рассказала, что произошло, не вдаваясь в подробности. И, уже засыпая, слышала крики и ругань лорда Адриана, кто-то хлопнул дверью, потом лорд вошёл в комнату, взял меня на руки и унёс в своё крыло. В одной из комнат положил на большую кровать и укрыл пушистым одеялом.
Проснулась я уже утром. В соседней комнате слышались мужские голоса, и я с ужасом узнала голос Руфуса.
Она оскорбила меня, и я дал ей пощёчину, даже не понял, как она отлетела на стол, — оправдывался маг, — это несчастный случай, и я, конечно, готов компенсировать, лорд Фабиа. Мне не нужна ваша компенсация, лорды, — произнёс спокойно лорд Адриан, — и ставлю вас в известность, что все наши договорённости аннулируются. Не кипятитесь, Адриан, — произнёс незнакомый мужской голос, — ребята хотели узнать, за что будут платить такие деньги, да и девушка явно с амбициями. А с чего, дорогой Ривальд, твой сын решил нарушить договорённости и проверить прямо сейчас её плодовитость? — задал вопрос хрипловатый мужской голос. — Кстати, что показал артефакт? Отец, — обратилась в нему Сильвана, и стало понятно, кто задавал вопрос, — она сделала на боёвке файербол Аронадаров, поэтому, во избежание близкого родства, мы приняли такое решение. Не спросив у меня разрешения, — вставил лорд Адриан, — и обманом удалив из школы Линаю с Вафелом. Будь честен, Адриан, ты бы не разрешил, — сказал герцог Винсент Каризало, его голос я прекрасно помнила. Я не буду даже рассматривать ваши кандидатуры, господа, — отрезал Адриан. Лорд Фабиа, мой младший сын предлагает не союз, а брак вашей воспитаннице, — воскликнул отец Эндаге, — глупо отказываться от столь достойного предложения для девочки. Буст же видел, как её ударил Аронадар? — спросил Адриан после минутного молчания. — И не защитил, а стоял и пялился на её ноги, так что не думаю, что это — достойное предложение для домага такой силы. Так что показали артефакты? — раздался властный голос короля. Ваше величество, позвольте заметить, что я там оказался по приказу её высочества и лордов, не по своей воле, так сказать, — начал лебезить «попугай». Что показали артефакты? — повысил голос король. Родовой показал, что в ней есть кровь Аронадаров, но близкого родства нет, родовая магия присутствует, — сказал «попугай», — а второй показал зелёный сектор.
В соседней комнате воцарилось довольно продолжительное молчание, я слышала только, как по комнате кто-то ходит, медленно чеканя каждый шаг.
Скажи мне, Ривальд, ты своего сына через какое место делал? — прервал затянувшееся молчание король. — То он сжигает пол лица принцу в поединке, оставляя его уродом на всю жизнь, то бьёт юную домажку, вместо того чтобы уговаривать девицу на союз…Ульрис, твоя дочь тоже приложила свою руку, — парировал Аронадар. Она скрывала, что
