звуки.
Чувство присутствия.
Это было странно, будто воздух за спиной стал плотнее. Я знала, что он там. Знала, что он не ломится напролом, не подгоняет зверя. Он многому научился за последние месяцы. Приспособился. Сейчас он слушал землю так же, как я училась слушать её здесь.
На одном из спусков я рискнула.
Повернула резко, почти на грани падения, и к’тарра, взревев, прыгнула вниз, скользя по камням. Сердце ухнуло в пятки, но мы удержались.
Если он пойдёт следом, значит, он такой же сумасшедший.
Если нет, значит, ещё не готов.
Я услышала шум. Камни. Резкое дыхание другого зверя.
Он пошёл.
Улыбка сама собой расползлась по моему лицу.
Каменные столбы выросли передо мной внезапно, древние, изъеденные ветром, словно кости мира.
Здесь заканчивался путь. Дальше бежать было нельзя.
Я остановилась.
Спешилась медленно, намеренно давая ему время. Повернулась.
Ирай выехал из-за холма через несколько секунд.
Он выглядел иначе, чем прежде. Пыльный, взмокший, с растрёпанными волосами и живыми, яркими глазами. Его к’тарра тяжело дышала, но держалась уверенно.
Он остановился в нескольких шагах.
По правилам, если он подойдёт ближе - это значит, что погоня окончена. Он спешился.
Сделал шаг.
Остановился.
- Ты могла уйти дальше, - сказал он хрипло.
- Могла, - согласилась я.
- Почему не ушла?
Я посмотрела на него долго. Без вуали. Без защиты.
- Потому что я очень хотела, чтобы ты догнал меня, - сказала я.
Он выдохнул, будто только сейчас позволил себе дышать.
Я шагнула к нему сама.
Ирай осторожно коснулся моего лба, знака рода.
- Я поймал тебя, - сказал он тихо.
- Ну уж нет, - ответила я. - Это я позволила тебе.
Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как сердце всё ещё колотится после гонки. Ноги дрожали от усталости, от осознания, что начинается новая жизнь, жизнь вместе с ним.
Я заметила, как он задержал дыхание, будто боялся спугнуть момент. Его взгляд скользнул по моему лицу, по распущенным прядям волос, выбившимся из-под платка, по запястьям, где ещё чувствовался холод ветра.
Он поднял руку медленно, давая мне право отступить, но я не собиралась этого делать.
Когда его пальцы коснулись моей щеки, меня накрыло волной, не воспоминаний, нет. Настоящего. Тепло его ладони, шершавость кожи, чуть дрожащие пальцы. Он был здесь. Сейчас. Со мной. Такой реальный и живой, повзрослевший, изменившийся но мой, самый любимый мужчина.
- Ты такая настоящая... - выдохнул он тихо, вторя моим мыслям.
Я потянулась к нему, сократив то единственное расстояние, которое ещё оставалось между нами.
Поднялась на носки, чувствуя, как мир качается или, может быть, это я теряла равновесие.
Поцелуй случился не сразу.
Сначала я почувствовала как смешивается наше дыхание. Потом лёгкое касание его губ, почти вопрос. И только когда я ответила, позволила себе прижаться ближе, он углубил поцелуй.
Он был долгим. Мы оба знали: спешить больше некуда. В этом поцелуе было всё, что мы не успели сказать, всё, что не решались пообещать. Я чувствовала вкус ветра, огня и его живого, тёплого, моего.
Руки Ирая обняли меня крепче, но не удерживая, а защищая, ограждая от всего. Как будто он говорил мне без слов: я здесь, я больше не исчезну.
Когда мы всё же оторвались друг от друга, я не сразу смогла открыть глаза. Лоб упёрся в его плечо, и я позволила себе эту слабость - несколько секунд просто быть в объятиях того, кого люблю.
- Возвращаемся? - спросил он тихо, словно боялся разрушить хрупкое равновесие.
Я подняла голову.
- Вместе, - сказала я.
Это слово далось легко. Так, будто я ждала его всю жизнь.
Он улыбнулся и эта улыбка была совсем не той, которую носил наследник дома ка Мрайс. В ней было что-то живое, почти мальчишеское.
Ирай повернулся к своей к’тарре. Та переступила копытами, низко фыркнув, словно прекрасно понимая, что сегодня несёт не просто всадников, а новую судьбу.
Он вскочил в седло первым, легко и уверенно, протянул мне руку.
- Иди сюда.
Когда он поднял меня, его ладони были тёплыми и надёжными. Он усадил меня перед собой, аккуратно, почти бережно, устроив так, что моя спина прижалась к его груди.
Я сразу почувствовала его силу, тепло и спокойствие. Его руки обвили меня, взяли поводья, но касались меня чаще, чем кожи к’тарры, будто проверяли: здесь ли я, не исчезла ли.
- Так правильно, - сказал он негромко. - Так я вижу дорогу... и тебя.
Золотая к’тарра тронулась плавно с места, величественно вышагивая, а потом ускоряясь. Я закрыла глаза на мгновение, позволяя себе просто ехать, чувствовать ритм её шага, дыхание Ирая за спиной, биение двух сердец, которые наконец перестали биться вразнобой.
Когда мы выехали из-за холма, поселение уже ждало.
Женщины рода ждали нашего приближения. Их лица были скрыты вуалями, но я чувствовала внимательные, оценивающие взгляды. Здесь не кричали и не праздновали шумно. Здесь признавали факты.
Старшая рода Тарэма шагнула вперёд и посмотрела сначала на меня, потом на Ирая.
- Поймана по всем правилам, - произнесла она.
Я выдохнула. Как будто кто-то снял с груди последний тяжёлый камень.
Ирай наклонился ко мне и тихо сказал мне на ухо, с едва заметной усмешкой:
- Если честно... я бы гнался за тобой и дальше.
Я позволила себе улыбнуться.
- А я бы бежала, - ответила я так же тихо. - Но только, чтобы ты снова меня догнал.
К’тарра двинулась вперёд, унося нас вглубь поселения, в ночь, наполненную огнями, песнями и запахом костров.
Я прижалась к Ираю чуть сильнее.
Впервые за долгие годы будущее не выглядело угрозой.
Эпилог.
Я больше не считаю годы.
Раньше я считала всё: дни до отчёта, часы до вылета, секунды до решения, которое изменит чью-то судьбу. Теперь время перестало быть врагом. Оно просто течёт свободно, как ветер над равниной этой планеты, как рост травы под ногами, как дети, которые слишком быстро вырастают.
Мы здесь уже давно.
Новая планета не имела имени, когда мы прилетели. Только координаты и длинную строку цифр в архиве кристалла. Теперь у неё есть название - Аш-Тарра. Его придумали мы. Его дали те, кто остался.
Земля здесь плотная, тёплая, щедрая. Небо чуть светлее, чем на моей первой степи, а ночами звёзды висят так низко, будто их можно собрать в ладони. Иногда мне кажется, что эта планета тоже выбрала нас не меньше, чем мы её.
Наш
