Василиска 10 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Объехали машины имение и остановились у высокого крыльца. А там и папа. Лиска ничего. А вот остальные прочувствовали неприятную давящую силу белого лорда.

— Папа, — подошла белянка и поцеловала нага в щёку. Шамилю для этого пришлось немного опуститься. — Вот! — Достала она малышей, и обоих отдала ему. Корзинку Рис поставил рядом. Хотел помочь. — Рис, Рубина на кухню сводишь, накормишь. Он пока на тебе. — Во время поездки она успела немного рассказать, что случилось. Знала, что белый лорд сейчас приехавших будет допрашивать с пристрастием. Поэтому и детей ему в руки отдала, чтобы сильно не распылялся. Дети на его руках зашевелились. А в глазах дедушки появилась растерянность. А столько бравады с самого утра было. Хотел прошипеть, чтобы белянка забрала малышей, но она пробурчала, что устала и пошла отдохнуть.

Проводили мужчины её взглядом.

Как ни странно, маленький дроу пошёл с магом и оборотнем. Сбежали они, почувствовав, что что-то назревает. Потом они через Истара узнают подробности.

— Пошлите, приглашаю к столу, — согласился Шамиль, что разборки не сразу надо устраивать, сначала выслушает.

На семейном этаже Лиски сидели в общем зале двое из отряда Сэша, нянькаясь с Лунарией. Остальных братьев белый лорд по делам отослал. На того маленького заморыша её фиалковоглазая девочка уже не походила. Она уже уверенно сидела и перебирала игрушки. У-у-у… как Лиска соскучилась по своей куколке. Увидев маму, малышка обрадовано зашипела и потянула ручки.

Тёмный лес вздрогнул от пронзительного громкого рыка пролетавшего над ним чёрного дракона. Пролетел он одну гору, всколыхнул чёрную бездну, метнувшись туда резкой молнией, в два укуса заглотил пойманного монстра. Обогнул по дуге свою сокровищницу. В громадной груди неприятно кольнуло, вернув его в воспоминания давно ушедших лет. Боль. Боль. Боль. Всё чаще хотелось ему последовать примеру слабых сородичей и, взметнувшись ввысь, рухнуть камнем вниз. И он несколько раз так пытался покончить с опостылевшей жизнью. Но звериная сущность не разделяла его суицидальных наклонностей. Цеплялась она за жизнь. Жизнь… в темноте мелькнули огни. Пригляделся он и понял, что добрались людишки до его гор и сейчас активно их грабили. А людишками он всех проживающих в Лиране двуногих существ называл. И змеехвостых до кучи. Разорвал пространство яростным криком. Не будет им пощады.

КОНЕЦ 10-Й ЧАСТИ