Жена Альфы - Клара Моррис

— Тише, солнышко. Мы в… гостях. Надолго.

Именно тогда, в тишине и одиночестве этой золотой клетки, сквозь шок и усталость, начала проступать моя новая реальность. Стратегия.

Тактика первая: Разведка. Я должна была изучить режим, персонал, слабые места. Ирина казалась ключевой фигурой. Охранники сменялись, но были ли они все одинаково преданы? Врач, который приедет завтра — мог ли он стать каналом связи? Или он тоже куплен и запуган?

Тактика вторая: Маскировка. Я не могла позволить себе открытый бунт. Он ожидал его. Он ждал истерик, попыток бегства, сцен. Это давало бы ему моральное право на ужесточение режима, на еще больший контроль. Нет. Мне нужно было казаться податливой. Сломленной обстоятельствами, погруженной в заботу о беременности. Чем меньше я буду восприниматься как угроза, тем больше свободы маневра у меня будет.

Тактика третья: Использование своего «статуса». Я была не просто пленницей. Я была матерью его наследника. Это давало мне определенную, хрупкую защиту. И определенное влияние. Я могла капризничать насчет еды, прогулок, врачей. Требовать лучшего, другого. В этих мелочах можно было искать слабину.

Тактика четвертая, самая важная и самая опасная: Работа с ним. С Виктором. Он не был монстром в привычном смысле. Он был логичным, расчетливым, одержимым контролем. С ним нельзя было спорить с позиции эмоций. Нужно было говорить на его языке. Языке фактов, выгоды, угроз. И я знала его слабые места. Не как мужчины — как правителя. Его гордыню. Его потребность в порядке. Его ярость от предательства Анны, которая все еще, я чувствовала, кипела в нем.

Я подошла к окну и приложила ладонь к холодному стеклу. Где-то там, в этом городе, металась Анна, чувствуя, как земля уходит из-под ног. И где-то там была Марта, которая к утру начнет сходить с ума от беспокойства.

Мне нельзя было паниковать. Нельзя было позволить страху или ярости ослепить меня.

Я была в логове волка. Моя защита пала. Но я все еще была не просто жертвой. Я была той, кто пережила смерть, время и его собственное равнодушие. Я была матерью. И я была стратегом.

Первым делом — сон. Нужно было набраться сил. Завтра начнется новая игра. И на этот раз ставки были выше, чем когда-либо: не бизнес, не месть, а будущее моего сына. И мое собственное право решать, кем я буду — пленницей в золотой клетке или архитектором своего собственного, нового побега. Пусть даже побег этот займет не день, и не неделю. Но он будет.

Я легла на чужую, огромную кровать, повернувшись лицом к окну, к далеким огням свободы. И впервые за этот бесконечный день позволила себе закрыть глаза, планируя не отчаянный рывок, а долгую, умную осаду собственной тюрьмы.

Я проснулась от того, что в комнате уже было светло. Неяркое, рассеянное зимнее солнце пробивалось сквозь тонированные стекла гигантских окон. Первое, что я почувствовала — это не место, а состояние. Глубокое, почти болезненное спокойствие. Не покой, а штиль перед боем. Я лежала, не двигаясь, сканируя комнату ушами и приоткрытыми веками. Полная тишина. Ни звуков дома, ни шагов за дверью. Это было неестественно, как в вакууме.

Я села. Комната была точь-в-точь как вчера — безупречна и безжизненна. На прикроватной тумбе, где вечером не было ничего, теперь стоял графин с водой, стакан и небольшая коробочка. Я подошла. Вода. И витамины для беременных. Фирменные, дорогие. Ни записки, ни объяснений. Просто факт: твои потребности учтены, о тебе позаботились. Без твоего участия. Метод Сокола: бесшумное, точное снабжение.

Дверь в комнату была закрыта. Я осторожно потянула ручку. Не заперта. Я вышла в коридор — такой же бесшумный, залитый мягким светом. Напротив, в небольшой нише, сидела та самая Ирина. Она не читала, не смотрела в телефон. Она просто сидела, сложив руки на коленях, будто ждала. Ее взгляд тут же нашел меня с соколиной остротой.

— Доброе утро, Лианна. Завтрак подан в зимнем саду. Если вы готовы, я провожу вас. Врач прибудет через час.

Все было сказано ровным, вежливым тоном, но в нем не было ни капли тепла или вопросительной интонации. Это был брифинг. Я кивнула, не в силах пока что вступать в словесные дуэли.

Зимний сад оказался огромной стеклянной галереей, пристроенной к дому. Здесь пахло влажной землей, цитрусами и цветами. В центре, под сенью небольшого деревца, был накрыт столик на одного. Фрукты, йогурт, тосты, свежевыжатый сок. Все выглядело идеально. И снова — ни души вокруг. Только тишина, нарушаемая тихим жужжанием системы вентиляции. Ощущение, будто я нахожусь под стеклянным колпаком, за которым за мной наблюдают.

Я села и взяла нож. Он был тяжелым, дорогим, но… тупым. Идеально тупым для масла, совершенно бесполезным в качестве оружия. Я осмотрелась. В помещении не было ни одной острой или тяжелой детали декора, которую можно было бы схватить в порыве отчаяния. Даже стулья были слишком массивными, чтобы их поднять. Тактика первая Сокола: Устранение рисков с высоты. Он с высоты своего контроля увидел все потенциальные угрозы и устранил их еще до того, как они возникли в моей голове. Чисто, бесшумно, эффективно.

Пока я завтракала, в сад вошел мужчина в белом халате, с цифровым планшетом в руках. Немолодой, с умными, внимательными глазами.

— Лианна, доброе утро. Я доктор Светлов, буду вести вашу беременность. Господин Сокол предоставил вашу историю. Позвольте осмотреть вас.

Его тон был профессиональным, но я уловила в нем легкую скованность. Он не смотрел мне в глаза слишком долго. Он был не просто врачом. Он был наемным специалистом, получившим четкий инструктаж с высоты. Я подчинилась. Осмотр был тщательным, почти дотошным. Он задавал вопросы о самочувствии, о шевелениях, измерял давление, слушал сердцебиение ребенка. И все данные тут же вносил в планшет, который, я не сомневалась, мгновенно синхронизировался с устройством Виктора. Все как на ладони у того, кто парит вверху.

— Все в пределах нормы, — заключил врач, улыбаясь напряженной, профессиональной улыбкой. — Но стресс присутствует. Я пропишу легкие, безопасные седативные на травах. И главная рекомендация — покой. Полное отсутствие волнений.

Я чуть не фыркнула. Покой. В заточении под колпаком.

— Мне нужны прогулки на свежем воздухе, — сказала я, пробуя первую тактику — «разумные просьбы ресурса».

— Безусловно, — кивнул доктор, как будто ждал этого. — Территория поместья охраняема и безопасна. Вам будет составлен маршрут. В сопровождении, конечно. После обеда, если погода