Да-а-а… — простонала я в ответ, потому что слов уже не осталось.
Одна его рука сжимала мое бедро, вторая зарылась в волосы, оттягивая голову назад. Я чувствовала его дыхание на своей шее, его хриплые стоны, его пальцы, которые вдруг скользнули ниже и нашли там, где было жарче всего.
— Здесь? — он надавил на чувствительную точку, и я закричала.
— Дарк, не останавливайся, я почти…
— Кончай, — приказал он. — Кончай на моем члене, ишшара. Покажи, как тебе хорошо.
Волна накрыла с головой, выгибая спину, вышибая воздух из легких. Я кричала его имя, царапала камень алтаря, а он продолжал вбиваться в меня, растягивая оргазм до бесконечности.
— Да, — рычал он мне в ухо. — Да, моя девочка. А теперь, моя очередь.
Он вышел, перевернул меня на спину и снова вошел. Глубоко, сильно, глядя в глаза.
— Ты моя, — выдохнул он, наращивая темп. — Моя ишшара. Моя женщина.
Я обхватила его ногами, притягивая ближе, глубже, и он кончил с рыком, в котором смешалось все. Я чувствовала, как его пульсации отдаются во мне, как горячая влага заливает изнутри, как он падает на меня сверху, тяжелый, разгоряченный, потный, идеальный.
Мы лежали так долго. Его сердце билось где-то в моей груди, наши дыхания смешались, тела все еще были соединены.
— Я не отпущу тебя, — прошептал он вдруг в мои волосы. — Никогда.
Мы не ушли из храма до утра.
Дарк брал меня снова и снова, на алтаре, на полу, прислонив к стене с древними рунами. Я потеряла счет времени, потеряла счет тому, сколько раз кончала. Каждый раз было по-новому: нежно и грубо, медленно и быстро, со смехом и стонами.
— У тебя сил нет? — поддел он меня, когда я уже еле стояла на ногах, а он снова прижимал меня к стене, входя сзади.
— Есть, — выдохнула я, хотя сил действительно почти не осталось. — Но ты меня угробишь.
— Не угроблю, — он поцеловал мою шею сзади, продолжая двигаться. — Ты сильная. Моя ишшара должна быть сильной.
— А если я слабая?
— Значит, буду беречь, — ответил он просто. — Но сегодня, нет. Сегодня я хочу тебя всю.
И я отдалась. Полностью. Без остатка.
…
Утром я проснулась от холода.
Первое, что ощутила — пустота рядом. Там, где ночью было горячее, сильное тело, прижимавшее меня к себе, теперь лишь остывший камень алтаря.
Я села, кутаясь в свою сбившуюся одежду, которую кто-то накинул на меня уже под утро. Тело ломило, между ног тянуло приятной болью, напоминание о прошедшей ночи.
— Дарк? — позвала я тихо.
Никто не ответил.
Я встала, оделась, накинула плащ и вышла из храма. Солнце слепило глаза, отражаясь от снега. Где-то внизу, у цитадели, суетились люди.
— Госпожа, — ко мне подбежала та самая служанка. — Господин велел проводить вас в башню и накормить.
— А где он сам?
— У господина совет. Старейшины решают судьбу Вейна.
Я кивнула, но внутри кольнуло. Ушел, даже не попрощавшись. Не поцеловав. Не сказав ни слова.
— Пойдем, — сказала я служанке, пряча разочарование глубоко внутри.
Мы спустились в цитадель. Мне выделили ту самую комнату в башне, где я была вчера. Служанка растопила камин, принесла еду, помогла умыться.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— Ирма, госпожа.
— Ирма, а где… где обычно спит господин Дарк?
— В своих покоях, — служанка отвела глаза. — В другой башне. Господин редко делит постель с женщинами.
— Понятно, — вздохнула я.
День тянулся бесконечно.
Я сидела у окна, глядя на крыши, и прокручивала в голове прошедшую ночь. Это было невероятно. Это было прекрасно. Но почему же тогда на душе так муторно?
К вечеру дверь открылась.
Дарк стоял на пороге. Уставший, но довольный.
— Как ты? — спросил он, подходя ближе.
— Нормально, — ответила я, не оборачиваясь. — А ты почему ушел утром?
— Дела, — коротко бросил он.
— Поздравляю, — мой голос звучал холоднее, чем хотелось бы.
Дарк подошел вплотную, развернул меня к себе.
— Что случилось?
— Ничего, — я выдернула руку. — Просто я не люблю, когда меня бросают.
Он удивленно поднял бровь.
— Ты обиделась?
— Я не обиделась, я… — я запнулась, подбирая слова. — Я не знаю, что между нами, Дарк. Ты называешь меня ишшарой, берешь меня на алтаре как жену, а утром уходишь молча. Я не вещь, которую можно использовать и отставить в сторону.
Он смотрел на меня долго, потом вдруг улыбнулся. Устало, но тепло.
— Глупая, — сказал он и притянул меня к себе. — Ты не вещь. Ты — всё. Просто я не привык… не привык просыпаться рядом с кем-то. Моя жена…
Я замерла в его объятиях.
— Я не она, — тихо сказала я.
— Знаю, — он поцеловал меня в макушку. — Прости. Постараюсь не уходить молча.
— Постарайся, — буркнула я в его грудь, но руки уже сами обвивали его талию.
…
Я проснулась от странного звука.
Дарк спал рядом, но дверь… дверь была приоткрыта. Я четко помнила, что закрывала ее на засов.
Я тихо встала, накинула плащ и вышла в коридор. Никого.
Но на полу, у самого порога, лежал клочок бумаги. Я подняла его и прочитала при свете луны:
«Она умрет до конца луны. Я позабочусь об этом. Твой любящий брат».
Вейн.
Я похолодела, прижимая бумагу к груди. Вейн не сдался. Вейн не ушел. Он ждал своего часа.
Я обернулась на дверь, за которой спал Дарк. Сказать ему? Разбудить? Но он только уснул под утро, ему нужен отдых…
Я спрятала записку в карман. Утром. Скажу утром.
Но утром Дарка снова не было. А записка… записка исчезла из кармана.
Или мне показалось, что я ее туда положила?
Или… кто-то забрал?
Глава 7
Не уходи
После короткого сна Дарка в постели уже не было. Я решила его найти, и вышла из комнаты.
Его голос заставил вздрогнуть. Он стоял в десяти шагах, разговаривал с воинами. При моем появлении оборвал фразу на полуслове и посмотрел на меня.
Холодно. Отстраненно. Так, будто ночью на алтаре меня не было. Будто он не рычал мое имя, входя в меня снова и снова. Будто он не спал
