меня, как целовал?! Как любил меня в иллюзиях множество раз.» — Хотелось кричать! Нет, выть от холода.
За стеной творилось неописуемое.Яньши срывал голос, прислонившись ладонями ко льду:— Мин Ю! Не делай этого, я тебя прошу. Ты ведь не такой. Я не верю в это. Он плакал. Ревел, как ребенок, ее совершенно мимолётный знакомый. Ри стало жаль себя ещё сильнее.
Дражайший Жу был без чувств, истратив все силы в попытках разбить барьер. Старик Хуа Вей поддерживал друга, пытаясь привести его в себя.
Для Ри все застыло в единую картину ужаса. Глаза заволокло кровавой проволокой. Он приставил острие меча к ее сердцу. И она в бессилии прижалась к барьеру спиной, стоя на коленях, закрыла глаза. Это не помогло. Слёзы текли даже так.
«Всё кончено! Я так хочу жить! Я так молода ещё! В последней надежде закричала:
— Хорошо! Мин Ю! Хорошо! Забери мою жизнь! Она и так была горькой, как будто я шла под проклятой звездой. — Хотела разбудить его чувства этими словами, идущими с ее сердца, — Сотни лет в бездне, скитания в мире смертных, мои постоянные неудачи на небесах. И ты… даже ты… насмехаешься сейчас надо мной своим предательством! Надо мной! На короткий миг поверившей в твою искренность. А ведь только ты и Дражайший Жу, как лучики света в моей жизни. Ты тот, за кем я хотела следовать всю жизнь. Ты — пример совершенства в моих глазах. Я хочу быть с тобой так долго, пока душа от перенасыщения счастьем не покинула бы моё тело! Я не верю, что ты другой.
Острие меча, вошедшее в грудь, замерло. Ри всё продолжала, видя, что он слушает:
— Ну давай же быстрее покончим с этим! У меня не камень в груди! Я не сделана из куска льда, как ты! Мне больно! Я живая! Я готова отдать тебе жизнь! Ты важнее для меня моей жалкой жизни. Почему ты медлишь? Моя жизнь принадлежит тебе! Возьми ее, если хочешь. Только надеюсь, что ты будешь жалеть об этом!
Ри заметила, что ледяной океан в его глазах колыхнулся. Откликнулся на ее слова и опять замер, скованный.
— Мао Ри, я никогда не испытывал к тебе ничего. Ты всё напутала, бестолковая девчонка! — Ри ощутила ужас и невыносимую боль от его улыбки во время этих слов.
— Ты ничего не значишь для меня, как грязь под ногами. Все мои слова тебе ложь. Лишь достижение моих собственных целей важно. Ты абсолютно бесполезна. Годишься лишь умереть ради меня! — Она не узнавала его голос, безразличный и ледяной тон.
В душу Ри сначала вошла тишина, зазвенела вокруг пустотой, а после будто всё умерло от этих слов. Тупое безразличие сковало разум.
«Я не верю. Не верю!»
Она уже не могла ничего произнести и не слышала окружающий мир. Конечности онемели. Лишь смотрела в упор своими заплаканными глазами. Свет преломился на ее слезах и заблестел каплями на щеках.
Он безжалостно, с силой нажал на меч и пронзил бы ее сердце насквозь, если бы не вспыхнувшая, проклинаемая ею столько времени печать. Она-то и отвела лезвие, защитив сердце.
Ледяная сталь Шао скользнула совсем рядом, пронзая грудь навылет вспышкой раздирающей боли, бесконечно долгой, будто томленой в снежных пустошах северных гор.
Ри никогда не чувствовала ничего подобного. Открыла рот в крике, не в силах кричать. Кровь хлынула на деревянный помост с раны и изо рта. Печать разошлась защитными кругами. Сотни древних знаков вспыхнули со страшной силой, откинув князя. Ещё раз она блеснула и разбилась множеством гаснущих осколков.
Вот уже настоящая Ри, та самая юная нежная девушка, с красотой подобная фее, истекала кровью. Взгляд ее был туманен. Опираясь на саблю, она встала как кукла, повинуясь неведомой силе. Ри чувствовала, как пламя в ней растет. Феникс открывает свои разгневанные глаза. Она не в силах и уже без желания совладать с ним. Огненные крылья раскрылись за спиной, ледяной барьер осыпался от их жара. Но тут же вспыхнул пламенем до небес, закрывая их от всех.
«Он не хотел лишних глаз. Феникс желал только крови».
Она сама будто упала в глубины сознания, выпуская его на волю. Обессилела и замерла. Там было безопасно. Боль там стихала и таяла.
Князь с трудом поднялся. Пойманный ее чарующим взглядом, застыл.Ри поняла, что сейчас произойдет, и зажмурилась, сжалась внутри. Она не хотела этого. Но феникс уже зашёл в его душу, увлекая ее за собой.Мгла его духовного тела окутала ее. Будто чужими руками она ловила капли света на кончики пальцев. Они таяли, освобождая разные картины. Феникс разжигал пламя, а она прятала эти лучики в руках, боясь, что они сгорят.
Глава 45 Шаг за грань
Князь смотрел с насмешкой на этих жалких духов за барьером. Ученики ставили печати, атаковали совместно, но не добивались результата. Этот барьер был высочайшим достижением его матери. Которое она отдала ему перед смертью. Ледяная жемчужина, призванная защитить его в критический момент, но никак не использоваться во вред.
«Это в память о тебе, моя дорогая мама. Ты же хотела, чтобы я стал прежним, стал полноправным правителем Пятых Небес. Пусть ты успокоишься с миром, когда я наконец отомщу за тебя и отца, даже несмотря на то, что вы оставили меня одного.» — Князь тяжело дышал от собственной боли в душе, которую не мог перекрыть даже ледяной Шао, замораживающий эмоции владельца в бою.
«Остался последний шаг! Это безумие.» — Крик досады рвался из горла.
Ри замерла от его ранящих слов, смотря в упор своими желтыми глазами в этой тишине застывших в ужасе зрителей. Смотреть в них было выше его сил. Сомкнул веки, с силой нажимая на клинок, вогнал его в грудь принявшего свою участь мальчишки. Она не открывала печать, и он видел ее именно так сейчас. Это было даже проще.
Он сам был ни жив ни мертв в этот момент, находился так далеко за границей разума, что едва мог различить мрак от света. Бог и демон вступили в спор в его духовном теле и смешались в своем нетерпении в единое месиво. Пришло ощущение, будто он сбился со светлой широкой дороги на темную тропу и весь измазался в грязи.
Это было самое авантажное выступление, которое видела арена храма «Вершин Облаков». Здесь он превзошел самого себя в своей жестокости.
«Я иду на такое, чтобы восстановить свое ядро, чтобы утопить Пятые Небеса в кровной мести! Смешно!
