глубоко поцеловать меня. У меня подогнулись колени от чистой, блядь, страсти, вложенной в его поцелуй, и мы оба тяжело дышали, когда он отстранился.
— Пришлось сделать это еще раз. Твои губы были такими блестящими, влажными и всё такое, — простонал он, подняв руки, чтобы поправить свою дурацкую повязку на голове. — Ладно, хватит разговоров о сексе. Давай начнем с основ. О, секундочку. — Он щелкнул пальцами, и на мне появилась майка. Взглянув вниз, я увидела надпись: «Демоны делают это лучше». — Меньше всего я хочу, чтобы ты когда-либо чувствовала себя некомфортно рядом со мной, моя Златовласка. Хотя я не отказываюсь от своих прежних слов о том, что ты выглядишь сексуально как сам грех.
Я улыбнулась ему, в очередной раз потеряв дар речи от его заботливости.
— Спасибо.
Он откашлялся и тут же вернулся в режим учителя.
— Во-первых, чтобы скрыть свой демонический облик, просто успокойся и сосредоточься на его сокрытии. Обращение связано с эмоциями, поэтому, если ты слишком сильно расчувствуешься от любой эмоции, ты, скорее всего, перекинешься. Особенно поначалу, потому что ты еще учишься. Чем опытнее ты будешь становиться, тем легче тебе будет быстро обращаться, а также подавлять свою демоническую форму, если ты того пожелаешь. — Итак, давай попробуем. Сделай глубокий вдох, сосредоточься на сокрытии своей демонической формы. Закрой глаза, если это поможет тебе сконцентрироваться, — подбодрил он, и я позволила своим векам опуститься.
Я заметила ровный стук своего сердца, шуршание сосновых иголок вокруг нас, когда ветерок пронесся по лесу, запах Брама. Представив свои рога, крылья и хвост, я вообразила, как они исчезают. Спрятаться. Прячьтесь! — приказала я себе и открыла глаза, Брам аплодировал.
— Отличная работа, маленькая воительница. Только посмотри на себя, контролируешь свое собственное дерьмо. — Он широко улыбнулся, и я просияла в ответ. Я была на скоростном пути в один конец с его сумасшедшей задницей.
— Что дальше? — Я подпрыгнула на носочках, волнение затопило мои чувства.
— Я знаю, мы обсуждали это какое-то время назад, но у демонов нет конкретной склонности к стихиям, как у тебя. Хотя у нас есть базовые силы, которыми обладает каждый демон. А еще есть специализации, и их может быть больше одной, или не быть вообще. Это зависит от конкретного демона. Есть смена облика — это означает, что ты можешь изменить свою внешность на любую другую. Сразу предвосхищая твой вопрос, в Бесмете обычно все принимают профилактические меры, чтобы убедиться, что никто не сможет украсть их внешность, но такое случается. Есть амулеты, которые обычно носят при себе, они блокируют возможность демона-оборотня скопировать их личность. Очевидно, что я обладаю этой силой, раз уж смог разгуливать в облике Джонни, — объяснил он, и я кивнула, отчаянно пытаясь запомнить всё, что он мне рассказывал. Мне понадобится толстый блокнот.
— Далее, хождение по снам. Еще одна специализация, которой я обладаю. Я могу переходить из своих снов в чьи-то чужие. Я подозреваю, что эта способность есть и у тебя, поскольку первые пару раз, когда ты астрально проецировалась, это происходило, пока ты спала. Я полагаю, это просто твои силы не понимали, что, блядь, происходит, и вот так это проявилось. Точно так же, как и со сменой облика, другие могут защитить свои сны от ходоков с помощью символов, амулетов, заклинаний и целой кучи других вещей, — пояснил Брам, а затем усмехнулся, глядя на мои широко распахнутые глаза.
— Ты следишь за мыслью, принцесса?
— Да, просто это завораживает, и я хочу запомнить всё, хотя мне уже кажется, что мой мозг вот-вот взорвется, — призналась я. — Но, пожалуйста, продолжай. Расскажи мне всё.
Брам сел и потянул меня за собой так, чтобы мы оказались друг напротив друга. Видимо, предстояло узнать еще довольно много.
— Так вот, следующие силы невероятно опасны. Биокинез — это способность психически манипулировать чьей-либо анатомией, физиологией или внутренней регуляцией организма. Это чем-то похоже на способности Фишера, хотя он может изменять, стирать и внедрять воспоминания. Я однажды видел, как мой отец заставил чье-то сердце разорваться в груди, просто прищурив глаза, — предостерег Брам, это было еще одно предупреждение никогда не недооценивать короля Тейна.
— Телекинез — это способность манипулировать неодушевленными предметами. Как тот жуткий пацан в «Матрице», который гнул и скручивал ложку силой мысли? Телекинетики могут заставлять предметы левитировать, перемещать их, деформировать — всё, что захотят. У демонов также есть своя версия провидцев, они используют специализацию ясновидения, и мы называем их именно так. Ясновидящие. Помимо базовых демонических сил, если демону дается дар ясновидения, это его единственная специализация. Она редка и невероятно опасна в чужих руках. — Но, пожалуй, самое рискованное из всего? Заключение сделок. Отчаянные времена требуют отчаянных мер, и есть демоны, которые наживаются на готовности других сделать всё, что угодно, чтобы получить то, что они хотят или в чем нуждаются. Бедные демоны, которые заключают сделку, чтобы быть уверенными, что их дети накормлены. Демоны, которые слишком глубоко увязают в азартных играх и заключают сделки, пытаясь выбраться из долгов… многие демоны, заключающие сделки, вращаются в кругах азартных игр. Ставки всегда высоки, и заключающий сделку почти всегда выигрывает. Но, как и любая другая форма азартных игр, иногда это становится зависимостью, — объяснил Брам, и я почувствовала, как по моему телу пробежала дрожь. Никаких сделок. Никогда не заключай сделку с демоном, Сэйдж. Ни. При. Каких. Обстоятельствах.
— Вау, — пробормотала я, чувствуя себя на все сто процентов перегруженной информацией.
— Не стесняйся спрашивать меня обо всем, что придет в голову, хорошо? Я хочу рассказать тебе всё, что ты только сможешь придумать, — Брам взял меня за руки и ободряюще сжал их.
— И ты не думаешь, что я потеряю свою зеленую магию? — Я тяжело сглотнула, не готовая услышать никакой другой ответ, кроме «нет».
— Ни единого шанса. Твоя магия связана с твоей душой, дорогая. Это то, кем ты являешься как существо. Если уж на то пошло, теперь она станет еще сильнее. Причина, по которой ты раньше убивала растения, заключалась во всех тех изменениях, которые происходили с тобой незримо. Скоро мы сможем немного попрактиковаться, но сначала я хочу научить тебя кое-чему еще, очень важному, — Брам широко улыбнулся, и мое сердце забилось чуть быстрее от того, каким красивым он был.
— Окей, что у тебя на уме?
Он ухмыльнулся, встал и протянул мне руку, чтобы помочь подняться.
— Полеты, — заговорщически сказал он мне.
У меня открылся рот, а он обхватил меня за талию и подпрыгнул. Его мощные крылья рассекли воздух, и мы взмыли в небо.
— О мои луны, о
