дуче поползли наверх, как и кончики губ.
— Весьма положительно, ваше имперское величество! Или я могу называть вас… Исмея?
И снова — как счастлива Тильда, что может носить эту свою дурацкую, но такую удобную в подобных случаях маску. Надо было из Мерчевиля взять не только пикканту, но и идею карнавала.
— Я думаю, после нашей прогулки вы сами найдете ответ на этот вопрос, — как могла мягко улыбнулась Ис и велела Барти, обретающемуся за спиной: — Ваша светлость, прошу вас следовать за нами на расстоянии.
Барти что-то ахнул за спиной, но предусмотрительно воздержался от комментария. Великолепный танец в фонтане закончился, Фрида и Бимсу соскочили на аллеи, предварительно незаметно отщелкнув тросы, и Тильда с Чеком и ШурИком повернули зеркала на фонтан, развеивая невесомое волшебство света в нечто осязаемое и постоянное.
Возражения дуче потонули в восторженных аплодисментах:
— …наедине…
Исмея усмехнулась:
— Без свиты наша беседа будет выглядеть слишком… толерантно, вы не находите?
Дуче не знал стольного словечка «толерантно», но решил сойти за умного, а потому кивнул и кликнул пару мерчевильцев следовать за ними. Для приличия.
Исмея накинула поданную камердинером меховую накидку. Полночь. Новый день принес зиму.
— Этот танец… — начал он светскую беседу, пока они спускались по ступеням террасы на виду у всех, — я так ничего и не понял. Они — выходцы из моря Духов?.. Мы правда это видели, ваше имперское величество?.. Или это все обман зрения?..
Но Фриду обступила молодежь, касаясь ее рук, она смеялась и краснела — она была настоящей. И Бимсу ревниво не отходил от партнерши по танцу ни на шаг. Если кто и думал подобным образом, личная встреча с танцорами могла развеять сомнения.
— Я думала над вашим советом, — с кокетливым почти смешком покачала головой императрица, — открыть школу. И придумала, что он хорош. Там вы непременно сможете постичь все секреты, ваше величество. Вы ведь… захотите записаться?
Хотите играть по мерчевильским правилам? Будут вам мерчевильские правила.
— Ваше имперское величество! — дуче схватился за сердце, а Исмея, непринужденно обернувшись через между их соединенных локтей, заметила, что к мерчевильцам и Барти присоединились и все трое послов, а еще Жек Обри, один из экспедиторов тайной канцелярии.
Все ждут продолжения первого акта, сыгранного дуче у трона в миг, когда она столь легкомысленно отплясывала крейц.
— А давайте мы ее откроем в Мерчевиле? — предложил дуче. — С видом на море! Стоит обсудить с Альваром, но уверен — он бы одобрил вашу мысль… Исмея.
Он назвал ее по имени весьма проникновенно, но Ис совершенно не проняло. Пусть глаза и сверкнули, как звезды с небес. Она потянула его в сторону на боковую аллею.
— Ваше величество… мне нужно вам кое в чем признаться.
И она скромно потупилась.
— Исмея? — он двумя пальцами приподнял ее подбородок и заставил посмотреть себе в глаза.
Красавец, сирены тебя съешь. Быть красавцем — это слишком мало.
— Ваше предложение дало мне… хороший шанс.
Фальке разулыбался. Из-за поворота появились мерчевильцы, и дуче сделал им нетерпеливый жест «исчезнуть». Барти вышел следом да так и замер на месте. Исмея быстро сверкнула глазами «стой, где стоишь».
Недалекий буканбуржец… Нет, нет. Нельзя так говорить.
— Это не шанс, Исмея. Мы просто сделаем это. Я…
Она покачала головой с улыбкой и сняла его руку со своего лица. Сцепила пальцы в замок, заходила между выстриженных кустов, изображая девичьи отчаяние и растерянность.
— Понимаете — я ведь получила такое же предложение от короля Аяна, а он из древнего рода друидов, и отказать ему означало бы смертельное оскорбление, провокацию войны, которой я всеми силами пытаюсь избежать… Я была в безвыходном положении, пока… ко мне не посватались вы на виду у всех. Монарх из не менее древнего рода, которого я также не могу оскорбить… И теперь я не обязана соглашаться на предложение Тополя, теперь я могу выбрать между вами и Аяном…
— Вы не говорили! — воскликнул Фальке в ужасе. — Король Аян?!
Ну да… с королем Аяном конкурировать — это вам не «малышку Ис» к женитьбе склонять, верно?.. Тут уже подумать стоит дважды, а лучше и трижды. Проиграл, дурень Фальке.
А папочка-король не так уж и плох со своим топольским планом. Кто бы подумал, что сплавить Мерчевиль окажется так просто. Но триумф надо укрепить.
Она резко обернулась, всем своим трепетным существом выражая надежду на его защиту.
— Я не могла… Только сказать, что мы обсудим это позднее… Не могла ведь я объявить на весь зал, что уже просватана…
Ис коснулась щепотью переносицы и прикрыла глаза, изобразила легкую дрожь. Дуче Фальке шумно вздохнул, шагнул к ней, протянул кружевной платок. Исмея горестно покачала головой, не отнимая руки от опущенного лица:
— Вы правы — быть императрицей очень тяжело… Мой совет считает, что я некомпетентна…
Здесь врать и не пришлось. И выступившие слезы были настоящими. Императрица всхлипнула и выдернула из рук дуче платок, принялась утирать щеки и уголки глаз.
— Вы ему… ответили согласием?
— А что я могла?.. Только потянуть время, путать ответы… Но теперь, ваше величество… У меня есть шанс… Не отправляться в Тополь. Я ведь даже в глаза короля Аяна не видела! Теперь я могу сказать ему, что я боюсь обидеть Мерчевиль, что не хочу войны, но если нужен скандал, то да будет скандал… А если ОН захочет войны?..
Она подняла лицо и увидела, что дуче Фальке испуганно попятился, выставляя ладони вперед.
— Мне очень жаль, ваше имперское величество… Я… не это имел в виду! Я тоже… поторопился… Надо было посоветоваться с канцлером, с сенатом, сделать все как приличествует… И… — глаза его забегали.
Исмея горестно вздохнула. Посмотрела с трогательным пониманием:
— И вы боитесь переходить дорогу королю Тополя, да?
— Скорее, не смею, — фальшиво жизнерадостно заулыбался дуче Фальке. — Я ведь… тоже против войны.
— А я думала… вы в меня влюблены… — не удержалась Исмея от искушения подтрунить над мерчевильцем.
Как же он быстро сдулся. Даже обидно. Нет, чтобы побороться за бедную девушку. За корону, в конце концов. А пройдоха хотел лишь сцапать то, что плохо лежит, а чуть что — в кусты.
— О, ваше имперское величество, в вас не влюбиться невозможно!.. Но… теперь это политический вопрос, который я не имею права решать самостоятельно. Канцлер и сенат вынесут
