заднее сиденье и пристегиваю Дитона обратно в автокресло.
Как только я устраиваюсь, возвращается Чейз. Он видит Мейсона на его месте и заходит с другой стороны.
– Вот, – он улыбается, протягивая мне содовую и пачку сырных крекеров.
От этого зрелища у меня вырывается тихий смешок, но я напрягаюсь, когда краем глаза я замечаю, что Мейсон разворачивается к нам.
Я благодарю Чейза и откидываюсь на спинку стула, пряча свой перекус, чтобы никого не расстроить, а потом накрываюсь с головой одеялом, притворяясь, что хочу попытаться немного поспать.
Да, это трусливый поступок, особенно когда я знаю, что не смогу заснуть еще несколько часов.
И все же я сижу молча, пока машина не останавливается и мой брат не объявляет, что мы приехали.
Вот тогда-то я и узнаю о том, как мы все будем спать.
Если я раньше думала, что эта поездка будет напряженной…
Я просто начинаю сходить с ума.
Глава 18
Мейсон
Сейчас, сентябрь
«Девяносто семь, девяносто восемь, девяносто девять…»
Я достигаю своей цели, затем делаю еще два. Я быстро вскакиваю после отжиманий и бегу трусцой на месте в течение тридцати секунд. Плечи ноют, мышцы пульсируют, но я снова опускаюсь, на этот раз на пятипальцевую планку.
Жжение в животе очень сильное, но я дышу, считая от сорока пяти, затем задерживаю дыхание еще немного, прежде чем рухнуть на мат.
– Ты здесь уже почти три часа.
Я приподнимаюсь с пола, обхватываю руками согнутые колени и смотрю в сторону двери.
Чейз отталкивается от рамы и медленно заходит в гараж дома, который мы арендовали на Airbnb. Он оглядывается по сторонам, отмечая эллиптический тренажер, беговую дорожку и стойку со свободными весами.
– Так это и есть «домашний тренажерный зал», да? – говорит он, цитируя рекламу.
Я усмехаюсь, кивая на ведро в углу.
– По крайней мере, у них есть коврики, чтобы постелить их. Там еще есть пара скакалок.
Чейз кивает, подходит к беговой дорожке и забирается на нее.
Он стягивает толстовку через голову и начинает медленную пробежку.
– Ты пропустил завтрак.
– Я выпил протеиновый коктейль.
– Ты лег спать, ни с кем не поговорив прошлой ночью.
– Я устал. Почему ты так беспокоишься обо мне? – огрызаюсь я, поднимаясь с земли и стягивая через голову рубашку. Я вытираю ею пот с лица.
– Потому что я вижу, что происходит. – Когда я ничего не отвечаю, он добавляет: – Ты не пришел на занятия в четверг. У нас была контрольная.
Я отвожу взгляд, закидываю футболку на плечи и направляюсь к двери.
– Мы здесь, чтобы расслабиться и провести пару дней с друзьями, Мейсон.
– Я в курсе.
– Не облажайся.
– Я? – Я резко оборачиваюсь. – Что я могу сделать, чтобы все испортить?
Чейз пристально смотрит на меня, увеличивая скорость, с которой бежит, и преодолевает склон.
– Ты накручиваешь себя. И уже довольно давно. Я не уверен, что именно происходит, но, думаю, я знаю достаточно, и ты бежишь к провалу. Постарайся расслабиться.
Я усмехаюсь, поворачиваясь спиной и направляясь к двери.
– Уверен, тебе бы это понравилось.
– Что это должно означать? – кричит Чейз мне вслед, но я закрываю дверь.
В доме тихо и пусто, если не считать телевизора, работающего в гостиной, и Кенры, спящей на диване.
Достав из холодильника четыре бутылки с холодной водой, я опустошаю одну, а три другие несу в комнату. С тихим стуком я открываю дверь.
Брейди лежит без сознания на двуспальной кровати в правом углу комнаты, его кожа липкая, а Кэмерон и Пейдж сидят на другой кровати. Кэмерон, завернувшись в одеяло и держа в руках коробку с салфетками, читает учебник, в то время как Пейдж смотрит телевизор, из которого не доносится ни звука.
Черт, наверное, мне тоже следовало взять с собой учебники. Не то чтобы это помогло. Мой профессор ни за что не разрешит мне сдать тест, ведь я и так отстаю по ее предмету. Я стискиваю зубы, отбрасывая беспокойство в сторону, и встречаюсь взглядом с девушками.
– Привет, – Кэмерон улыбается сквозь легкое покашливание.
Я переворачиваю бутылки с водой.
– Принес вам, ребята, чего-нибудь холодненького попить.
Я ставлю их рядом с ней и смотрю на Брейди.
– С ним все в порядке?
– Последние два часа он храпел, как бульдог.
Кэмерон пожимает плечами:
– По крайней мере, он жив. Думает, что сможет отоспаться.
Пейдж смеется, затем стонет, прижимая руки к вискам.
– Мне так грустно. Не могу поверить, что мы пропустим сегодняшнюю игру.
Как, черт возьми, тебя может тошнить и во время шестичасовой поездки, и после нее?
Они надеялись, что рвота вызвана укачиванием, и все быстро пройдет после отдыха, но все трое проснулись, чувствуя себя так же паршиво, как и перед сном.
– Впереди еще много игр, на которые можно сходить. Просто отдохни, может быть, постарайся отоспаться, как Брейди.
Обе девушки дуются, и мои губы растягиваются в улыбке.
– Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится. Кто-нибудь из нас приготовит вам что-нибудь поесть, прежде чем мы уйдем.
– Ноа здесь нет, чтобы колдовать на кухне. – Кэмерон резко откидывается на спинку стула. – Итак, моя милая Пейдж, это значит, что все, что мы будем есть, – это разогретый консервированный суп.
– Я могу подать его тебе холодным.
Кэмерон притворно улыбается, хлопая ресницами.
– Горячий консервированный суп будет в самый раз, пожалуйста, и спасибо тебе. Но если ты не возражаешь, я заберусь в постель к этому чудовищу. Он весь горит, а я замерзаю.
Покачав головой, я собираюсь выйти, но Кэмерон подскакивает к двери, хватается за косяк, и я останавливаюсь на пороге.
Ее улыбка становится мягче, когда она смотрит на меня снизу вверх и шепчет:
– Ты в порядке, Мейс?
Напряжение сжимает мою грудь, и я заставляю себя кивнуть, но чувствую, как хмурюсь.
– Да, я в порядке. Идеально. Прекрасно.
Она слегка наклоняет голову, достаточно легко распознавая мою ложь.
– Иногда люди борются с чем-то только потому, что боятся, как все сложится после.
На мгновение я застываю, уставившись на нее, но потом мне удается выдавить из себя смешок.
– Я понятия не имею, о чем ты говоришь, красотка. Ложитесь спать. Надеюсь, что завтра вы почувствуете себя лучше.
Я думаю, что мне удается улыбнуться, а затем тихо закрываю за собой дверь.
Как только она закрывается, я крепко зажмуриваюсь.
Возьми себя в руки, дружище.
Вздохнув, я направляюсь наверх. Я собираюсь войти в комнату, в которую меня поселили, но я не могу схватиться за ручку, чтобы открыть дверь. Я прохожу мимо, в ванную,
