ответила она, сжимая телефон дрожащими пальцами. – Извини, что не отвечала на сообщения. Здесь такая суета!
– Могу вообразить. – Даг помедлил. – Милая, в прессе столько пишут о твоем отце!
– Да, я нахожусь в эпицентре событий и, кажется, схожу с ума, – призналась она.
Довериться Дагу было столь же естественно, как почистить зубы утром. С ним она всегда могла быть откровенной, жалуясь на проблемы в университете или какую-нибудь мелочь вроде неудачной стрижки: он всегда готов был выслушать. Очередное качество, которое ей в нем нравилось.
Нравилось.
Слово не давало Хейден покоя, крутилось в голове, как заевшая пластинка. Она раздраженно постучала кулаком по рулю. Ей все нравилось в этом парне. Терпение, нежность, щедрость. И она была уверена, что, когда в определенный момент Даг вознамерится перевести их отношения на физический уровень, ей это тоже понравится.
В этом и крылась основная проблема. Хейден сомневалась, что сможет провести остаток жизни с мужчиной, который ей просто нравится. Разумеется, иногда любовь развивается, чувства разрастаются, друзья осознают, что они и впрямь родственные души… по крайней мере, так она всегда считала.
Но Хейден встретила Броди и начала смотреть на многие вещи под другим углом.
Ей не просто нравилось спать с Броди. Секс был яростным, страстным, всепоглощающим. Когда он целовал ее и обвивал большими, мускулистыми руками, у нее земля уходила из-под ног, тело плавилось подобно асфальту на жаре, а сердце взмывало выше реактивного истребителя.
Когда ее целовал Даг… ничего подобного не происходило. Поцелуи были ласковыми, Хейден они нравились… проклятье, опять это словцо.
– Хейден?
Она усилием воли заставила себя вынырнуть из размышлений и вернуться к беседе, которую слишком долго откладывала.
– Прости, отключилась на секунду. О чем ты говорил?
– Я хочу навестить тебя в Чикаго.
Она чуть не выронила телефон.
– Что? Зачем?
– Я думал о нашем прошлом разговоре, Хейден. Знаю, тебе нужен был перерыв и пространство, но… – В динамике телефона раздался тяжелый вздох. – Полагаю, пространство только увеличит расстояние между нами, а это – последнее, чего я хочу. А вот если я приеду… и мы сядем и поговорим, то, наверное, сумеем выяснить, почему ты чувствуешь дискомфорт.
– Даг… – Хейден отчаянно подыскивала правильные слова. Но можно ли вообще сказать что-то подходящее? – Мне надо прояснить все самостоятельно.
– Но ведь ситуация касается и меня, – заметил он.
– Конечно, но…
«Расскажи ему о Броди».
Черт. Почему совесть проснулась именно сейчас? Хейден чувствовала себя дерьмово, переспав с другим мужчиной спустя несколько недель после того, как потребовала у Дага сделать паузу. Можно ли признаться в своих прегрешениях сию секунду, когда Даг стремится все исправить в их отношениях?
«У тебя нет выбора».
Как бы ни желала Хейден заглушить голос совести, она понимала, что от себя не убежишь. Нельзя скрывать от Дага нечто настолько значимое. Он должен узнать правду. Не надо юлить.
Даг заслуживает уважения.
– Я кое с кем встречаюсь, – выпалила она.
Ответом стала гробовая тишина.
– Даг?
Послышался сдавленный кашель.
– Хейден, прошу прощения…
– Я кое с кем встречаюсь. В Чикаго. – Хейден сглотнула. – Недавно, ничего серьезного между нами нет, но тебе стоит быть в курсе.
– Кто он?
– Он… неважно, кто он. Но, Даг, имей в виду, я ничего подобного не планировала. Когда я просила сделать перерыв, последнее, чего мне хотелось, – прыгать в новые отношения…
– Отношения? – совсем расстроился Даг. – Ты же говорила, что у вас ничего серьезного.
– Ага. В смысле – так и есть. – Она старалась контролировать голос, но стыд был неимоверным, поэтому вымолвить следующие слова оказалось безумно трудно. – Все просто… случилось само.
Даг промолчал, вина, буквально сжимавшая ей грудь, окончательно затянула узел вокруг сердца.
– Ты еще там?
– Да, – резко ответил он. – Спасибо, что просветила.
У Хейден ком встал в горле.
– Даг… – Она запнулась, не представляя, что сказать. Она даже не была уверена, можно ли продолжать этот диалог.
– Мне пора, Хейден, – пробормотал Даг после длительной паузы. – Сейчас я не могу с тобой общаться. Мне необходимо время, чтобы переварить информацию.
– Понимаю. – Она вновь сглотнула. Во рту пересохло. – Позвони мне, когда будешь готов…
К чему готов? Простить ее? Наорать на нее?
– …поговорить, – неловко закончила Хейден.
Даг дал отбой, не попрощавшись. Хейден швырнула телефон в сумочку и откинулась на водительское сидение, от отчаяния запустив пальцы в шевелюру.
Времени прошло всего ничего. Она встретилась с Шейлой, ответила на звонок Дага, а ощущение было такое, будто она все это время махала красным флагом перед носом быка, вознамерившегося разорвать ее на кусочки.
Что ж. По крайней мере, никто не назовет Хейден трусихой.
Глава двадцать четвертая
Настрой в раздевалке был подавленный, хоккеисты молча переодевались, переговариваясь в полголоса, а привычной оживленной болтовни и вовсе не было слышно. Броди с радостью списал бы серьезность товарищей на нервный стресс – в конце концов, в этой серии они сыграли со счетом три – два, значит, чтобы продержаться, надо было выиграть.
Однако он знал: на плечи всем давит бремя совсем иного толка.
Пятнадцать минут назад человек из руководства лиги проинформировал команду о начале официального расследования о взяточничестве. Начиная со следующего понедельника, игрокам предстояло по очереди давать показания. В случае справедливости обвинений команде грозили соответствующие дисциплинарные меры.
А кому-то, возможно, и уголовное преследование за совершенное преступление.
Броди шнуровал коньки и украдкой посматривал на капитана команды, поправлявшего щитки на голени. Уайатт пока не проронил ни слова, но его угрюмое лицо стало еще более мрачным, чем прежде. Одеваясь, он двигался более неуклюже, нежели обычно. А значит, явно волновался.
Черт. Броди понимал: выиграть сегодня будет непросто. Командный дух находился практически на уровне Марианской впадины, а парни вели себя так, будто у каждого над головой завис топор.
Кто же согласился на взятку? Подкупили одного или сразу нескольких?
Броди полагал, что в скандале вполне могло быть замешано несколько человек, и при мысли об этом у него кровь вскипала в жилах. Только настоящий ублюдок способен намеренно слить игру!
В СМИ уверяли, что подстроены результаты одной или двух игр в самом начале сезона, но Броди было все равно, когда состоялись матчи и сколько их в принципе. Любая игра имела значение. Одного поражения достаточно, чтобы выйти в плей-офф или же, наоборот, потерпеть неудачу и преждевременно завершить сезон.
Хорошо, что они прилично играли и могли компенсировать неудачи.
– Давайте сегодня устроим им ад на земле, – тихо произнес Уайатт, когда парни начали выбираться из раздевалки.
Устроим ад на земле?
